Борис Сырков – Джонни Уокер. Супершпион КГБ (страница 3)
Джонни был невысоким, худощавым и улыбчивым парнем с прической в стиле «помпадур»[2]. Он купил себе старый драндулет, покрасил в блестящий голубой цвет, подрегулировал двигатель и назвал «Голубой метеор». После этого Джонни познакомился с девушкой: «У меня новая подружка, ее зовут Мэрилин. Напиши мне, если хочешь, чтобы я прислал тебе что-нибудь сексуальное. Ну, ты сам понимаешь что».
А чтобы не было никаких сомнений, о чем именно шла речь, семнадцатилетний Джонни дополнил текст своего письма рисунком обнаженной женщины с телом, по форме напоминавшем песочные часы. Месяц спустя он объявил в письме Артуру об очередной своей победе на любовном фронте: «У меня теперь другая подружка. Она родилась на Миссисипи в одном из южных штатов. Беда в том, что примерно через неделю она возвращается обратно, поэтому я ищу ей замену». В следующем письме Артуру Джонни написал: «Не помню, сообщал я тебе или нет про свою новую подружку, поэтому рассказываю о ней. У нее милое личико. Она очень симпатичная и весьма сексуальная».
В отсутствие Артура и Джоуи Джонни почти ни с кем не общался. Он ходил на работу в «Рузвельт» или оставался у себя в комнате, слушая радио. Однажды вечером от нечего делать Джонни зашел в кондитерскую недалеко от дома. Там он встретил парня, которого все звали Козерогом и считали очень крутым. Козерог не ходил в школу. Несколько предыдущих случайных встреч с ним произвели большое впечатление на Джонни. Разговор зашел про автомобили. Джонни похвастался, что его «Голубой метеор» – самая быстрая машина в Скрэнтоне. Козерог ответил, что слова ничего не стоят без проверки на практике, и вскоре он и Джонни мчались на «Голубом метеоре» по направлению к Питтстону – городу в пятнадцати километрах от Скрэнтона. Козерог сказал, что у него там была знакомая девушка. Ее не оказалось дома, а может, и не было никакой девушки, а Козерог специально все выдумал. Он сказал Джонни, что совершает налеты на магазины и готов биться об заклад, что за последние 2 недели сумел таким способом заработать гораздо больше, чем Джонни за месяц в «Рузвельте». Козерог предложил ему поучаствовать в очередном ограблении. Джонни никак не прореагировал на это предложение. Но Козерог не унимался и стал подначивать Джонни, обвиняя его в трусости.
В итоге Джонни и Козерог вломились в закрытую на ночь заправочную станцию, но не нашли там ничего, чем можно было бы поживиться. Для Джонни это было не так уж важно. Он обрел вкус к подобного рода вещам и не собирался останавливаться на достигнутом. На следующей заправочной станции Джонни и Козерог предприняли еще одну попытку ограбления. Там им досталась небольшая сумма наличными. По пути к выходу Джонни прихватил с собой 2 шины, которые бросил на заднее сиденье «Голубого метеора». Поймав кураж, Джонни и Козерог вынесли все, что смогли, с соседней стоянки подержанных машин – несколько канистр с маслом и полиролью, а также жестяную коробку. К их огорчению, денег в ней не оказалось, а лежали только какие-то деловые бумаги. На полном ходу они выбросили эти бумаги в окно «Голубого метеора» и вернулись в Скрэнтон.
Там Джонни и Козерог решили не останавливаться на достигнутом. Новой жертвой ограбления должен был стать магазин одежды, а потом – соседний с ним магазин похоронных принадлежностей. Несмотря на поздний час, Джонни и Козерог не отважились ломать входную дверь в магазин одежды, боясь привлечь к себе нежелательное внимание. Они проникли туда с заднего двора через широкую вентиляционную трубу. Джонни и Козерог ползли по ней в полной темноте, пока не не попали в какую-то комнату. Включив свет, они обнаружили, что находятся в туалете. Входная дверь была закрыта снаружи и слишком массивная, чтобы выломать ее. Джонни и Козерог поползли обратно по вентиляционной трубе. Оказавшись снова на заднем дворе, Джонни споткнулся обо что-то и наделал много шуму.
Проходивший мимо офицер полиции Уильям Шайгельски услышал подозрительные звуки и заметил убегавших Джонни и Козерога. Он приказал им остановиться, а когда они не выполнили его приказ, выстрелил по ним. Джонни потерял Козерога из виду, перепрыгнул через забор на стоянку для автомобилей, на которой был припаркован «Голубой метеор», вскочил в него и дал газу. Увидев резко стартовавший «Голубой метеор», Шайгельски остановил проезжавший мимо автомобиль и приказал водителю:
– Следуйте за той голубой машиной!
Джонни был уверен, что сумеет легко уйти от погони на своем «Голубом метеоре» и уж тем более от пешего полицейского. Поэтому он решил больше не привлекать к себе внимание правоохранительных органов и, как законопослушный американский гражданин, остановился перед светофором, на котором загорелся красный свет. Ночка выдалась бурной, и слегка расслабившийся Джонни на время утратил контроль за событиями, происходившими вокруг него. Поэтому он очень удивился, когда увидел в зеркале заднего вида полицейского, выбравшегося из остановившегося позади автомобиля. Не дожидаясь, пока включится разрешающий сигнал светофора, Джонни рванул с места. Там, где только что стоял его «Голубой метеор», осталось лишь дымное облако из выхлопных газов и горелой резины. Но полицейский успел прострелить задний бампер «Голубого метеора» и так просто сдаваться не собирался. Он сел обратно в автомобиль и скомандовал водителю броситься в погоню.
Джонни почувствовал себя героем фильма с захватывающим сюжетом. По безлюдным улицам Скрэнтона он быстро добрался до ближайшей скоростной автомагистрали, на которой его «Голубому метеору» не было равных. И через несколько минут Джонни оставил далеко позади преследовавший его автомобиль. Только теперь он осознал, что рисковал быть убитым или тяжело раненным за какие-то жалкие несколько долларов и канистр с маслом и полиролью. И чего этот мент так обозлился на Джонни? Что плохого он ему сделал?
Остаток ночи Джонни провел в пути. К утру он добрался до Уильямспорта – города в ста пятидесяти километрах к юго-западу от Скрэнтона. В местной закусочной, куда Джонни зашел, чтобы выпить кофе, он разговорился с одним из посетителей, двадцатидвухлетним маляром. Джонни рассказал ему, что в Уильямспорте проездом и едет к бабушке. Маляр пригласил Джонни переночевать в «Голубом метеоре», припарковав его рядом со своим домом. Третью ночь маляр разрешил Джонни провести в доме на кушетке. В знак благодарности Джонни подарил маляру две шины, украденные в Скрэнтоне со стоянки подержанных автомобилей.
– Баш на баш, – сказал он.
Предоставленный самому себе, Джонни занялся приукрашиванием обстоятельств бегства из Скрэнтона в своем воображении. Нечто подобное он уже видел на экране «Рузвельта» в фильме «Враг общества» с участием Джеймса Кэгни. Джонни представлял себя крутым парнем, сбежавшим от тупых полицейских. И пусть они его разыскивают. Надо будет – сбежит от них еще не раз. Преисполненный собственной важности, Джонни совершил роковую ошибку: он позвонил знакомой девушке в Скрэнтон, сообщил ей, что с ним все в порядке, и оставил свой обратный адрес.
1 июня 1955 года Джонни был арестован полицией в Уильямспорте прямо напротив магазина, торговавшего поздравительными открытками. На него донесла девушка, которой он звонил в Скрэнтон. Через два дня Джонни перевезли в Скрэнтон и поместили в местную тюрьму. На первом же допросе он сдал своего подельника. Три недели спустя судья Отто Робинсон, председательствовавший на заседании суда по делам несовершеннолетних, на котором Джонни и Козерог предстали в качестве обвиняемых, сказал им:
– Вы двое – самые обычные воришки. В вашу пользу свидетельствует единственный факт: вас еще ни разу не привлекали к уголовной ответственности.
Робинсон приговорил Джонни и Козерога к бессрочному содержанию в исправительной колонии для несовершеннолетних. Артур, специально приехавший на судебное заседание, на котором рассматривалось это дело, встретился с Робинсоном во время обеденного перерыва. Моряк-подводник, одетый в безукоризненно белую форму, выглядел и держался так безупречно, что казался живым воплощением бравого служаки из рекламного объявления с призывом стать военным моряком. Рассказав Робинсону про пьяницу и тирана Уокера-старшего, Артур предложил не отправлять Джонни в исправительную колонию, а разрешить ему поступить на военно-морскую службу. Дескать, там Джонни быстро вправят мозги.
Во второй половине дня Робинсон вновь встретился с семнадцатилетними Джонни и Козерогом в зале для судебных заседаний и сказал, что назначает им испытательный срок:
– Примерно через год вы достигнете призывного возраста, и вас спросят, привлекались ли вы к уголовной ответственности. Такой же вопрос зададут и нам, а мы ответим, что однажды вы попали в небольшую передрягу, но с тех пор твердо встали на путь исправления. На военной службе воришки не нужны. Я даю вам, парни, реальный шанс исправиться. Не совершайте больше никаких ошибок. Оставайтесь честными американскими гражданами. Выучите наизусть 10 библейских заповедей, соблюдайте их и больше никогда не попадете в беду.
Джонни отказался возвращаться в школу и на работу в кинотеатре «Рузвельт». Он заявил, что эта часть его жизни осталась позади и что теперь хочет подождать наступления призывного возраста. В июле 1955 года в письме Джоуи Лонгу Джонни написал: «Я решил больше нигде не работать, а просто побездельничать».