Борис Соколов – Стив Джобс. Человек-легенда (страница 3)
Едва они попрощались, Мона позвонила Джобсу и договорилась встретиться в кафе Expresso Roma в Беркли. Джобс привел с собой дочь Лизу, которая училась в начальной школе. Времени было почти десять вечера. Джобс был потрясен историей про ресторан около Сан-Хосе. Он вспомнил, как ходил туда, и даже припомнил встречу с человеком, который оказался его биологическим отцом. «Это было удивительно, – утверждал он впоследствии. – Я несколько раз ел в том ресторане и помню, как общался с хозяином. Он был сириец. Мы пожали друг другу руки». Джобс попросил Мону не рассказывать Джандали о себе. Он не мог простить ему уход из семьи, от жены и дочери, и не доверял ему: «Я тогда был богатым – вдруг он стал бы шантажировать меня или рассказывать обо всем журналистам». Впоследствии Абдулфатта все-таки узнал, что Джобс его сын. Эту информацию он получил из интернета. Совершенно случайно. Один блогер обратил внимание на то, что Мона Симпсон в справочнике указала Джандали как своего отца, и Абдулфатта догадался, что, значит, он является также и отцом Джобса. 80-летний Джандали в интервью The Sun в августе 2011 года сообщил, что его попытки связаться с Джобсом так и не принесли результата. Стив наотрез отказался от встречи с биологическим отцом, поскольку, по его словам, Абдулфатта «плохо обошелся с Моной». Мона и Стив стали близкими друзьями. Брат и сестра держали свои отношения в тайне до 1986 года. Только после смерти Клары Мона представила Стива на вечеринке в честь выхода своей первой книги.
Поиски отца легли в основу второго романа Симпсон «Потерянный отец», опубликованного в 1992 году. Она также нашла нескольких представителей семейства Джандали в сирийском Хомсе и в Америке. Мона писала роман о своих сирийских корнях. В свое время посол Сирии устроил в ее честь ужин в Вашингтоне, на котором были также ее кузен с женой, прилетевшие из Флориды. В дальнейшем Мона вышла замуж за телевизионного продюсера и писателя Ричарда Аппела, адвоката по первой профессии. Автор сценария знаменитых «Симпсонов». Аппел назвал мать Гектора Симпсона, свекровь Мардж и жену Абрахама Симпсона в честь Моны, единоутробной сестры Стива Джобса. У Моны и Ричарда Аппела двое детей: сын Габриэл и дочь Грейс.
В отличие от сестры Джобса его сирийские корни совершенно не волновали. Когда в 2011 году в рамках «арабской весны» в Сирии началось восстание против президента Башара Асада, на вопрос своего официального биографа Уолтера Айзексона, должен ли Обама предпринять решительные шаги для урегулирования ситуации в Египте, Ливии и Сирии, смертельно больной Стив, которому оставалось жить считанные месяцы, ответил: «Не думаю, что кто-то действительно знает, что мы должны там делать. Ты крупно попадешь и если вмешаешься, и если не вмешаешься».
Одной из немногих причин для разногласий брата и сестры была одежда Моны. Она одевалась довольно бедно, так как была в начале их знакомства всего лишь начинающей писательницей, не получавшей больших гонораров. Джобс укорял ее за нежелание выглядеть привлекательно. Разозлившись, Мона написала ему письмо: «Я молодая писательница, это моя жизнь, и я не собираюсь быть манекенщицей». Джобс не ответил, но зато отправил сестре посылку из магазина Иссей Мияке, модели которого ценил за строгий и технологичный стиль. «Он ходил покупать мне одежду, – рассказывала Мона впоследствии, – и выбрал замечательные вещи, ровно моего размера и очень подходящих мне цветов». Джобсу очень понравился один брючный костюм, и он послал сестре сразу три одинаковых. «Я до сих пор помню те первые костюмы, которые я послал Моне, – вспоминал Стив. – Они были льняные, серовато-зеленого цвета, который прекрасно подходил к ее рыжеватым волосам».
Впрочем, давайте вернемся к биологическим родителям Стива. Джоан Шибле выбрала профессию логопеда. А Абдулфатта Джандали в 1960-е годы преподавал политологию в университете Невады, спустя несколько лет он ушел в ресторанный бизнес, а в 2006 году стал вице-президентом казино в Рино (штат Невада). В декабре 1955 года, через десять месяцев после отказа от ребенка, Абдулфатта и Джоан наконец поженились, поскольку отец Джоан умер и основное препятствие на пути к браку отпало. 14 июня 1957 года у них родилась дочь Мона. Как говорится, на чужомнесчастье, счастья не построишь. Этот союз был обречен с самого начала. В 1962 году Абдулфатта ушел от жены и потерял связь с дочерью, чего Стив так и не смог ему простить.
Джобс поддерживал дружеские отношения с Джоан Симпсон, которая до сих пор живет в доме престарелых в Лос-Анджелесе. А Мона, автор уже шести романов, также преподает английский в университете Лос-Анджелеса. Говоря о своих биологических родителях, Джобс утверждал: «Для меня эти люди – доноры спермы и яйцеклетки. Я никого не хочу обидеть, я просто констатирую факт».
Когда Стиву исполнилось два года, Джобсы удочерили девочку Пэтти, а еще через три года семья переехала из Сан-Франциско в Маунтин-Вью, небольшой городок в округе Санта-Клара, штат Калифорния. Как впоследствии оказалось, это решение родителей стало судьбоносным для Стива. Маунтин-Вью расположен в знаменитой Силиконовой долине – американском и мировом центре высоких технологий. Впрочем, подростка Стива Джобса это мало интересовало. В те годы он был бесконечно далек от мира информационных технологий. Стив вырос в долине абрикосовых садов. Он вспоминал: «Кремниевую долину в те времена по большей части занимали фруктовые сады – абрикосовые и сливовые – это был настоящий рай. Я помню кристальную чистоту воздуха, когда с одного конца долины можно было видеть другой». Регион уже тогда начал превращаться в мировой центр развития компьютерных и иных передовых технологий – в Силиконовую долину. И она действительно поднималась благодаря военным заказам. Вооруженным силам США нужны были передовые технологии, в том числе и компьютерные. Местные инженеры забивали свои гаражи горами разнообразного электронного оборудования. Здесь это было привычным явлением. Из таких гаражей позднее родились компании с мировым именем. Apple тоже была одной из них. Стив вспоминал: «Впервые в жизни я увидел компьютерный терминал, когда папа взял меня с собой в центр Эймса. Тогда я влюбился в компьютеры». Научно-исследовательский центр Эймса, работавший на Пентагон, располагался в Саннивейле, неподалеку от города, где жили Джобсы. По словам Стива, «все эти военные предприятия были оснащены по последнему слову техники и изготавливали таинственную новейшую продукцию. Поэтому жить там было очень интересно».
О том, что его усыновили, Стив Джобс знал с самого детства. По его словам, «родители не скрывали от меня, что я приемный ребенок». Когда ему было лет шесть или семь, он сидел на лужайке возле дома со сверстницей из дома напротив. Непонятно отчего, мальчик вдруг разоткровенничался и рассказал девочке о том, что его усыновили.
«Значит, твоим настоящим родителям ты не нужен?» – грустно спросила девочка.
Стив вспоминал: «Что тут было! Меня как током ударило. Я вскочил и в слезах кинулся домой. А родители посмотрели на меня серьезно и сказали: „Нет, ты не понимаешь. Мы специально тебя выбрали“. Они сказали это несколько раз. Причем так веско, что я понял: это правда». Это укрепило в Стиве уверенность в собственной избранности.
Дэл Йокам, проработавший вместе с Джобсом много лет, полагал, что вечное стремление Стива контролировать все, что он делает, было обусловлено не только его непростым характером, но и тем существенным обстоятельством, что родители отказались от него: «Он стремится контролировать все, что его окружает. Продукт труда для него служит продолжением собственной личности».
Грег Кэлхун, с которым Джобс сдружился после колледжа, утверждает: «Стив много говорил о том, что настоящие родители его бросили. Признавался, что это причинило ему боль. Но это научило его ни от кого не зависеть. Он всегда поступал по-своему. Выделялся из толпы. Потому что с рождения жил в ином, собственном мире».
Энди Херцфельд, один из ближайших соратников Джобса в течение многих лет, полагал: «Чтобы понять Стива, нужно прежде всего понять, почему он иногда не может сдержаться и бывает жесток и злопамятен. Все дело в том, что мать отказалась от него сразу после его рождения. Именно здесь кроется корень всех проблем в жизни Стива».
Сам Джобс все эти версии категорически отрицал: «Некоторые считают, что я так много работал и разбогател, потому что от меня отказались родители. Поэтому, мол, я лез из кожи вон, чтобы они поняли, какой я замечательный, и пожалели, что меня бросили. Это полная чушь. Я знал, что меня усыновили, и чувствовал себя более независимым, но никогда – брошенным. Я всегда верил, что я особенный. И мои родители поддерживали во мне эту веру».
Приемный отец Стива вскоре после усыновления устроился автомехаником в финансовую компанию CIT Group (Commercial Investment Trust). Он занимался тем, что изымал автомобили у неплательщиков. Столь безрадостные служебные обязанности не прибавляли радости в жизнь четы Джобс. В семейном гараже Пол продолжал ремонтировать подержанные машины для продажи. Вскоре хобби стало приносить больше денег, чем его основная работа. Наконец, отец Стива все-таки не выдержал и ушел из компании. Вскоре после этого он сам стал торговать подержанными автомобилями, открыв небольшую фирму. Это позволило заработать на образование Стива и выполнить обязательства перед Джоан. Стив вспоминал: «Папа покупал за 50 долларов Ford Falcon или еще какую-нибудь развалюху не на ходу, несколько недель доводил ее до ума, а потом продавал уже за 250 долларов – разумеется, без всяких налогов. Так он заработал мне на учебу в колледже».