Борис Слуцкий – 100 стихотворений (страница 10)

                    она — попробуй        перевоевать                  по-своему!

Кёльнская яма

Нас было семьдесят тысяч пленных в большом овраге с крутыми краями. Лежим,       безмолвно и дерзновенно. Мрем с голодухи              в Кёльнской яме. Над краем оврага утоптана площадь — до самого края спускается криво. Раз в день         на площадь                  выводят лошадь, живую      сталкивают с обрыва. Пока она свергается в яму, пока ее делим на доли                   неравно, пока по конине молотим зубами, — о бюргеры Кельна,                да будет вам срамно! О граждане Кёльна, как же так? Вы, трезвые, честные, где же вы были, когда, зеленее, чем медный пятак, мы в Кёльнской яме                 с голоду выли? Собрав свои последние силы, мы выскребли надпись на стенке отвесной, короткую надпись над нашей могилой — письмо       солдату страны Советской. «Товарищ боец, остановись над нами, над нами, над нами, над белыми костями. Нас было семьдесят тысяч пленных, мы пали за родину в Кёльнской яме!» Когда в подлецы вербовать нас хотели, когда нам о хлебе кричали с оврага, когда патефоны о женщинах пели, партийцы шептали: «Ни шагу, ни шагу…» Читайте надпись над нашей могилой! Да будем достойны посмертной славы! А если кто больше терпеть не в силах, партком разрешает самоубийство слабым. О вы, кто наши души живые хотели купить за похлебку с кашей, смотрите, как, мясо с ладони выев, кончают жизнь товарищи наши! Землю роем,           скребем ногтями, стоном стонем            в Кёльнской яме, но все остается – как было, как было! — каша с вами, а души с нами.

Памятник

Дивизия лезла на гребень горы по мерзлому,           мертвому,                   мокрому                         камню, но вышло,         что та высота высока мне. И пал я тогда. И затих до поры.