Борис Шатров – Записки путешественника. Части I–II. Удивительные приключения в Африке и Америке: ЮАР – Мексика – США (страница 10)

По дороге первая машина неожиданно остановилась. Мобуту вышел из нее и поднял с земли большие шары из спрессованной травы. С радостной белозубой улыбкой до ушей он показал их нам и объяснил, что это дерьмо слона.

Кайл притормозил рядом, спрыгнул на дорогу, взял один шар и сообщил, что это чистое дерьмо и очень ценный экологичный продукт. Самый дорогой в мире кофе известной марки «Черный бивень» делают путем выдержки кофейных зерен в фекалиях слона. Вкус напитка становится мягче, с более богатым букетом различных вкусовых оттенков, и главное – отсутствует неприятное послевкусие. Цена такого кофе – 2500–3000 американских долларов за один килограмм. Кофе «Черный бивень» дороже в 5–6 раз чем кофе «Копи Лювак», который многие ошибочно считают самым дорогим кофе в мире. Еще слоновий навоз используют для приготовления некоторых сортов пива и в медицине, в частности, как обезболивающее. Африканский слон за день съедает 150–200 килограммов зелени и выбрасывает около 100 килограммов фекалий. Во всем мире осталось около 500 тысяч слонов и более половины из них, а именно – около 300 тысяч, обитает в южноафриканских странах. 300 тысяч слонов – это 30 тысяч тонн фекалий каждый день!

«Представляете, какую коммерцию можно организовать! Сколько вкусного и дорогого кофе и пива производить!» – мечтательно закончил Кайл свой экскурс в бизнес-теорию. Для наглядности он отломил кусок от фекалий и демонстративно принялся его жевать. Все вокруг нервно засмеялись, замахали руками и заявили, что в ресторане их очень вкусно накормили другими африканскими блюдами, и голод как таковой в данный момент категорически отсутствует. Рейнджер задумался на мгновение и потом заявил: «Я по вкусу чувствую, что слон где-то рядом!»

Мы снова стали колесить по округе, пока не заметили на холме за деревьями слонов. Близко подъезжать не решились и остановились поодаль. Когда вышли из машин, рейнджеры рассказали нам немного об африканских слонах и объяснили, как нужно себя вести при встрече с этими животными.

– Прежде всего говорите тихо и никакого шума, никаких громких звуков. Когда будем приближаться, тихонько идите за нами и говорите только шепотом, – сказал Кайл.

Африканский слон – это самое крупное сухопутное животное. Вес самцов доходит до семи – семи с половиной тонн, а рост – около трех с половиной метров. В длину слон примерно семь метров.

Бивни самцов достигают невероятных размеров – до трех с половиной метров. Из-за слоновой кости было уничтожено очень много животных в прошлом.

Самки несколько меньше по объему. У них тоже есть бивни, чего нет у индийского вида, но бивни самок не такие крупные, как у самцов.

Африканские слоны – очень заботливые родители. А если слон будет ранен, сородичи останутся с ним и позаботятся.

В то же время африканские слоны агрессивны, в отличие от «добродушных» индийских слонов. При малейшей угрозе, а тем более при нападении они приходят в ярость и крушат и топчут все вокруг. Часто они используют для этого еще и деревья, ломая стволы или выдергивая их с корнями.

У слонов очень тонкий слух, и слушают они не только большими ушами, но и громадными подошвами своих могучих ног. Зафиксировано, что слон слышит бурю за 250 километров! Но это то, что известно науке, а какие реальные способности у этих животных, можно только догадываться.

Поэтому, учитывая невероятный слух и агрессивность гигантов, не стоит лишний раз раздражать их по пустякам и следует строго соблюдать тишину.

Слон – могучее животное. Огромнейшая масса, мощь и физическая сила позволяют ему уничтожать любых врагов. Даже большой прайд львов ничего не сделает этому великану.

Напротив – слон и сам при случае может напасть на львов и затоптать хищных кошек. Слону есть за что не любить львов: иногда те нападают на слонят или больных взрослых особей.

Львы атакуют слонов, только если у них нет другой добычи, но даже больной слон способен дать серьезный отпор прайду, поэтому такие нападения случаются очень редко.

На большом расстоянии от нас мы видели две группы слонов, которые брели в разные стороны. Поэтому наши машины разъехались – каждая за своим стадом. Когда проехать стало невозможным, мы пошли пешком.

Чернокожий рейнджер Мобуту возглавил нашу группу. Согнувшись, с винтовкой в руках в положении к бою, в зеленой одежде, как партизан, он крался так, что полностью сливался с окружающими кустарниками, только ствол оружия и черное лицо плыли над травой.

Экскурсанты цепочкой, на цыпочках, на носочках, в полуприседе, как бойскауты в разведке во вражеском лесу, шепотом переговариваясь и похихикивая, стали подбираться к африканским гигантам.

Мы с Ольгой фотографировались и отстали от других. Задержались и Бохдан с Магдой из Чехии. Перед поездкой в Африку Бохдан купил в США на распродаже профессиональную фотокамеру со сменными объективами за две тысячи долларов при ее цене в обычный день более пятнадцати тысяч долларов. И на сафари он все время занимался фотосъемкой, постоянно меняя объективы и глядя на окружающий мир, как заключенный по собственному желанию, через окошко камеры. Пусть это было окошко фотокамеры, а не камеры тюрьмы, но, по-моему, разница в этом случае была совсем небольшая.

И вот мы видим: вместо того чтобы двигаться в цепочке за другими, Бохдан с фотоаппаратом наготове направляется в сторону большого ветвистого дерева, стоящего довольно далеко в стороне, что явно и грубо нарушает все инструкции рейнджеров.

Видимо, какая-то милая птичка привлекла его внимание. Птиц с красивой раскраской перьев было вокруг предостаточно, но многие из них почему-то порхали у дерева, а не сидели себе спокойно на ветвях, ожидая, когда незадачливый фотограф запечатлеет их для истории. Причем в птичьих криках и щебетании слышалась тревога и возмущение.

Вскоре мы поняли почему. По одной из горизонтальных ветвей дерева спиралью ползла большая змея, похоже, удаляясь от птичьих гнезд. Влажная чешуйчатая кожа при движениях и изгибах ярко поблескивала на солнце.

Вот длинное гибкое тело соскользнуло на нижнюю ветку, и в следующую секунду змея, выставив голову вперед, уже принялась спускаться по могучему стволу дерева.

Бохдан, разглядев опасность, отскочил назад – и вовремя: через мгновение голова змеи показалась в непосредственной близости от того места, где он только что стоял. Не отскочи он, в него уже, возможно, вонзились бы ядовитые клыки. Змея приподняла голову, широко разинула пасть с острыми зубами, высунула раздвоенный язык и грозно зашипела. Она была, по-видимому, раздражена – скорее всего, из-за провала своих хищных замыслов. Змея не смогла добраться до птичьих гнезд, так как в поле ее зрения появился этот взбалмошный чех с камерой, новоявленный фотограф-натуралист, разрушивший все ее планы на удачную охоту и пиршество.

Магда оставалась на тропинке, протоптанной в траве нашей группой, и со своей стороны – почти как змея! – громко шикала и шипела на супруга, мол, как ты посмел без разрешения моего и рейнджера потащиться в дикие заросли да еще и с дорогим фотоаппаратом!

Следовало срочно отогнать, а затем и прогнать змею подальше от нас, и я стал лихорадочно искать какую-нибудь палку или что-то, что можно использовать как оружие, но ничего подходящего не увидел. Тогда я кинулся к высокому кустарнику и попытался отломить ветку, поглядывая все время в сторону змеи и Бохдана.

Возможно, змея была вполне безобидной тварью, но все же от такой двухметровой особи, даже если она не ядовита, лучше держаться на почтительном расстоянии. Бохдан все это время инстинктивно пятился, держа камеру перед собой, и смотрел на гадину словно загипнотизированный. Он не издавал никаких звуков. Как он потом объяснил: было чувство и уверенность, что как только он отвернется от змеи, та сразу на него набросится и вонзит свои поганые острые зубы в его зад.

Если Бохдан и мы знали бы, к какой породе принадлежал этот вид рептилии, наше поведение было бы совершенно иным. Как выяснилось позже, наш фотограф встретился с глазу на глаз с одной из самых опасных и смертоносных змей на земле – черной африканской коброй, которая гораздо «убойнее», чем ее родственница индийская очковая змея, так как при столь же грозном виде обладает более сильным ядом, более быстрым и подвижным мощным телом и вдобавок ко всему еще имеет и более агрессивный нрав.

Этого мы не знали, и пока никто из нас не отваживался поднять крик и начать панику. Несмотря на опасность, мы соблюдали тишину. Магда продолжала шипеть на Бохдана, я ломал куст, Ольга присоединилась и быстрее меня справилась со средних размеров веткой, пока я продолжал бороться с одной из самых больших, из которой я хотел сделать если не боевое копье, то длинный дротик или палицу.

Бохдан продолжал молча пятиться, иногда спотыкаясь о препятствия, и не отрывал глаз от змеи.

Тем временем рептилия то быстро ползла вперед, вытянув во всю длину по земле свое блестящее черно-зеленое тело, то прямо на ходу сворачивалась в кольцо-канат, над краем которого поднималась злая головка с мешком чешуйчатой кожи на шее, вздувшимся в виде капюшона – отличительным признаком кобры.

Когда змея приблизилась к Бохдану на расстояние трех шагов и готова была в броске атаковать зарвавшегося любителя природы, Магда панически визгливо заверещала изо всех своих супружеских сил: