Борис Шатров – Кот Шредингера, Битлз и Сантана играют в казино в забытой Русской Америке (страница 2)
Но это реалии средневековой Европы и основы законодательства, которое правит миром до сих пор!
Эти официальные акты предоставили Испании (а точнее, Кастилии, так как юридически Испания еще не существовала) исключительные права на колонизацию всего Западного полушария (без восточной Бразилии), включая все западное побережье Северной Америки.
Права на восточную Бразилию отошли к Португалии, так как указанная в договоре параллель обрезала ее от владений Испании.
Эти документы и условия договора имели полную юридическую силу и признавались другими государствами, а чтобы оспаривать в чем-то данные положения, другие государства готовили свои обоснования претензии.
Таким образом, Тордесильясский и Сарагосский договор закрепили на бумаге необратимые глобальные исторические процессы, которые начались с того момента, когда «Родриго де Триана, матрос в экипаже „Пинты“, с носовой надстройки прокричал капитану: „Tierra, Tierra! (Земля! Земля!)“ Было два часа ночи. Вдали, на западе, он увидел холм или утес, контуры которого отчетливо просматривались на ночном небе.
Капитан „Пинты“ Мартин Алонсо Пинсон дал выстрел из бомбарды. Он приказал убавить паруса. „Пинта“ замедлила ход, спустя несколько минут ее догнала „Санта-Мария“, затем „Нинья“. Корабли, обогнув мыс, обнаружили и вошли в большую бухту, где отдали якоря»1.
Утром в пятницу, 12 октября 1492 года Адмирал с двумя капитанами, другими офицерами и нотариусом, захватив с собой королевские знамена, на лодках высадились на берег.
Высадившись на землю, Колумб с испанскими стягами за спиной, первым делом вытащив меч из ножен, опустился на одно колено и торжественно объявил, что он вступил во владение этой землей от имени короля и королевы, его государей, свершив при этом все формальности, какие требовались. Таким образом, около десяти часов утра 12 октября 1492 года первая земля в Западном полушарии планеты торжественно была введена во владение католических королей Испании, королевы Изабеллы I Кастильской и короля Фердинанда II Арагонского. Нотариус Родриго Эсковеда по всей форме составил соответствующий акт. Адмирал скрепил его своей подписью.
Согласие жителей острова на передачу их земли и их самих в собственность испанской короны Колумб почему-то позабыл спросить.
Островитяне не сразу добрались до места высадки представителей европейской цивилизации, на песчаном берегу, над которым кружились встревоженные чайки, в чьих пронзительных птичьих криках уже слышалось отчаянье и ужас от пришедшей в эти райские земли беды. Только конец этой странной церемонии, которая вершила их судьбы, увидели туземцы.
А за спиною Христофора Колумба уже стояли отряды конкистадоров-завоевателей, вооруженных шпагами, мушкетами и пушками, прибывшие из мира больших кораблей, великолепных дворцов и храмов, мира королей, великих мыслителей, поэтов и художников, мира жестоких сражений и многолетних кровавых войн, святой церкви и костров инквизиции.
Мира, где частые эпидемии черной оспы, холеры и чумы опустошали города, еще чаще косила население смерть от голода, где уличные канавы городов служили общественным туалетом, внутренности убитых животных и остатки туш выбрасывались гнить на улицах, а в большие, глубокие открытые ямы, складывались трупы умерших бедняков, и отвратительная вонь шла от этих ям, забитых трупами, особенно в зной и после дождя.
Мира, полного ненависти, злобы и вражды, где в массовой истерии люди объединялись на время для того, чтобы замучить и сжечь очередную ведьму. Были города, в которых до трети населения обвинялось в колдовстве и где десять из каждых ста горожан были казнены по этому обвинению за один только год.
Мира, где процветало рабство, а церковь приветствовала и поощряла его, и сама была крупнейшим работорговцем. Где грубое насилие было нормой жизни. Но временами оно принимало особо патологические формы, и все это ожидало ничего не подозревающих обитателей Западного полушария.
Представители двух миров встретились на песчаном берегу. С одной стороны – суровые воины-мореплаватели, обросшие и лохматые с грязными волосами, закованные в металлических доспехах, одетых поверх одежды, несмотря на жаркую погоду. Тяжелый запах исходил от европейцев, большинство из которых рождались и умирали, ни разу не помывшись. Почти у каждого из них на лице и теле были следы оспы и других заболеваний.
С другой стороны перед европейцами стояли голые, беззащитные, совершенно нагие, красивые и хорошо сложенные туземцы, с бронзовой кожей и черными жесткими прямыми волосами на голове, не знающие ни голода, ни большинства болезней, которые уже привезли с собой бледнолицые на больших кораблях. Это были мирные рыболовы, вооруженные пикой с рыбьим зубом на конце, и земледельцы, не знающие ни колеса, ни лошадей, ни плуга и возделывающие податливую плодородную почву заостренными кольями.
Эти люди отстали на тысячелетия в своем развитии от европейцев, но сохранили то, что им было дорого: белый песок, голубое море, зеленый остров, который кормит и поит, солнце, дающее жизнь, простые, предписанные природой отношения между людьми и окружающим миром, возможность танцевать и любить каждый теплый вечер. Их миром правила любовь и природа.
Закаленные войнами, штормами и ветрами конкистадоры пришли из мира, которым правил золотой телец, алчность, всепоглощающая жажда обогащения. Они уничтожали неверных и захватывали их ценности и земли с благословения Святого престола. Благодаря их отчаянности, труду и фанатизму, жестокости и любопытству, алчности и самоотверженности мир стал таким, каков он есть.
На песчаном берегу зеленого острова Багамского архипелага встретились представители двух миров, и мир ткацких и печатных станков, шпаги и мушкета поглотил мир белого песка, голубого океана, сочных плодов, радости и любви. Поглотил и уничтожил практически без остатка.
Один день 12 октября 1492 года во многом определил будущее всего человечества на столетия и тысячелетия вперед.
Одно название картины с Колумбом говорит уже о многом.
В исторически короткие сроки европейцы покорили коренные народы Америки и приступили к беспощадной эксплуатации природных и человеческих ресурсов захваченного ими континента. Именно с этого момента начинается рывок, сделавший к концу XIX века евроамериканскую цивилизацию господствующей над остальными народами планеты.
Только к 1640 году европейцы получили из Америки как минимум 180 тонн золота и 17 тысяч тонн серебра (все данные здесь и далее из работы Я. Света1). Это официальные данные. В действительности эти цифры можно смело умножить на два, принимая во внимание, что большой поток драгметаллов шел в Европу без какого-либо учета. И это было только начало получения европейцами драгоценных металлов, минералов и других ресурсов.
Также только в одном 1600 году из Бразилии экспортировали 30 000 тонн сахара с продажной ценой в 2 миллиона фунтов стерлингов. Это примерно в два раза больше, чем стоимость всего британского экспорта за тот год, в то время как именно Британию и ее товарное производство шерсти считают основным двигателем капиталистического развития в XVII веке.
Сахарные плантации в Америке занимали центральное место в становлении капиталистической экономики в Европе. Но, кроме сахара, был еще табак, были специи, красители, была огромная рыболовецкая промышленность на Ньюфаундленде и других местах Восточного побережья Северной Америки. Все это тоже было частью капиталистического развития Европы. Исключительно прибыльной была и работорговля. К концу XVI века в колониальной экономике Западного полушария использовался рабский труд около миллиона индейцев.
Кроме этого, от коренных жителей американского континента европейцы получили более пятидесяти новых видов сельскохозяйственных растений, таких как картофель, кукуруза, помидоры, ряд сортов перца, какао для производства шоколада, ряд бобовых, арахис, подсолнечник и др. Из них картофель и кукуруза стали дешевыми заменителями хлеба для европейских масс, спасая миллионы от опустошительных неурожаев, позволив Европе удвоить производство продуктов питания за пятьдесят лет с 1492 г.
Огромные территории, дешевый рабский труд порабощенных народов, грабеж природных богатств Южной и Северной Америки дали Европе решающее превосходство над другими странами в XVI –XVII веках.