Борис Сапожников – Затмевая могущественных (страница 39)

Отряд Лоуренса глубоко ушел в земли зулусов, идя по отчетливым следам на мокрой земле. Дикари не считали нужным прятаться у себя дома. И теперь это играло на руку разведчикам. Влекомые азартом майора милиционеры не покидали седел больше суток. Солнце спряталось за горизонт – пришел чудовищный холод южноафриканской ночи. Затем оно снова поднялось – щедро одаряя жарой. Теперь клонилось к западу – и земля под копытами коней остывала. А всадники все ехали и ехали по саванне, следуя за хорошо видимой цепочкой следов вражеского отряда.

– Не нравится мне тут все, – подъехал к Лоуренсу всадник в бурнусе харишей. Он говорил с сильным акцентом, так что майор с трудом разбирал слова. – Дурно тут. Надо разведчика вперед послать.

– Разбуди кого-нибудь из тех, кто сейчас дремлет в седле, – согласился с его словами Лоуренс, – и гони вперед. А лучше сразу двоих. Так вернее будет.

– Да, – кивнул хариш. Приучить их к воинской дисциплине было совершенно невозможно.

Он подъехал к ближайшему спящему в седле милиционеру и без предупреждения огрел его плетью, проехавшись через всю спину. Тот громко вскрикнул, разбудив других дремлющих и подняв легкий переполох в отряде. Лоуренс улыбнулся, предчувствуя грядущую бурю. И та не замедлила обрушиться на голову несчастного.

– А если бы это был сабля?! – приглушенным голосом сипло кричал хариш. – Две твоя половинка уже валяться на земле! Любой самый глупый зулус проткнет копьем тебя, когда ты спишь! Ехать вперед на разведку! – Хариш ткнул милиционера плетью под ребра. – Ты! – Он указал на еще одного всадника. – И ты! – Плеть сместилась, указывая на третьего. – Ехать – тоже! Быстро скакать – и быстро говорить, что впереди!

Выбранные разведчиками тут же пришпорили коней, стремясь поскорее убраться подальше от гнева разъяренного хариша. Остальные теперь и думать забыли о том, чтобы прикрыть глаза хотя бы на минуту.

Разведчики вернулись через четверть часа – как и положено. Точнее, вернулся только один из них. Он мчался, то и дело вонзая шпоры в бока своей взмыленной лошади. А это могло означать только одно. Враг найден!

Лоуренс оставил отряд на попечение хариша, а сам поскакал навстречу разведчику. Тот начал кричать еще до того, как они встретились. Половины слов – не разобрать. Но общий смысл и так понятен.

– Большой иканда, – выкрикивал милиционер. – Много зулу! Наших пальцев не хватит пересчитать! Готовятся выступать!

– А остальные где? – спросил у него Лоуренс, подъехав вплотную.

Разведчик сглотнул.

– Следить остались. Меня назад послали – сообщить.

– Далеко отсюда этот иканда?

– Пять минут галопом. Мы зашли с той стороны, где его не охраняет никто. Он внизу – далеко его ехать до самого иканда. Но с холма – как на ладони.

– Конь твой обратно галоп выдержит?

– Он двужильный у меня, – не без гордости произнес милиционер. – Выдержит.

Лоуренс обернулся к подъехавшим всадникам.

– Галопом – марш! – скомандовал он. – За мной!

И пустил коня вперед. Прискакавший разведчик быстро нагнал его – и повел в нужном направлении.

Офицеры 1-го и 2-го батальона 24-го Пехотного полка ее величества праздновали встречу уже не первый вечер. Встречи этой не должно было состояться, если бы все шло согласно уставу британской армии. А он гласил, что пока один батальон полка сражается за границей – другой находится в Англии в месте постоянной дислокации и проводит тренировки. По возвращении потрепанного батальона его место на фронте занимает отдохнувший и пополнивший личный состав.

Однако сейчас положение в Африке требовало присутствия как можно большего количества войск. А потому из Питермарицбурга 24-й полк выступил в полном составе. И это только радовало многих его офицеров. Все-таки сражаться рядом с товарищами по полку намного лучше, чем с кем бы то ни было другим.

А уж пить с ними – так и вовсе одно удовольствие!

И офицеры пили. Не всегда умеренно. Ведь война эта была какой-то ненастоящей, что ли. Взяли всего одно жалкое селение дикарей, расстреляв их из пушек и пулеметов. Разве это война? Нет, насмешка какая– то. Офицерам хотелось настоящего дела. Но раз дела нет – почему бы и не выпить с боевыми товарищами по полку. Не забыть и артиллеристов. Тоже ведь ребята неплохие.

Поднимали неизменные тосты за Чиллинвалаху. И старшие офицеры неизменно добавляли: «Чтобы этого никогда не повторилось». Хотя, конечно, никто из них не был там – в Индии. Не шел в безумную штыковую атаку на сикхскую батарею среди огня и дыма. Не падали рядом с ними боевые товарищи, сраженные картечными залпами в упор. Не дрался никто из них саблей против голых фанатиков, защищавших батарею. Тех самых, кого так плохо брала проверенная веками, остро отточенная холодная сталь.

Но повторения Чиллинвалахи, где 24-й Пехотный потерял пятьсот солдат и офицеров, конечно же, не хотел никто.

Адъютант генерала Челмсворда ворвался в просторный шатер, что служил офицерам полка собранием, будто настоящий вихрь. Он так и лучился. А это означало хорошие новости. Хорошей же новостью для всех тут, на холме Изандлхвана, могло быть только одно. Найден враг. Скоро предстоит настоящее дело!

– Господа офицеры, – выпалил сияющий, словно новенький пенни, адъютант, – не далее как пять минут назад к командующему прибыл капитан Хаммерсмит. Он доложил результаты разведки. Сразу после этого лорд Челмсворд приказал выступать второму батальону завтра через час после подъема. И велел лично мне передать вам – зулусы найдены!

И тут же зашумело все офицерское собрание. Адъютанта усадили за стол. Налили ему полный бокал вина – заслужил столь хорошей новостью. Стали расспрашивать о настроении лорда и не слышал ли сам адъютант чего-нибудь из доклада капитана Хаммерсмита.

– Помилуйте, господа, – разводил руками юноша из хорошей семьи, – но я совершенно не обучен шпионскому делу. Вот будь на моем месте майор Лоуренс – другое дело.

– Уж Лоуренс сообщил бы нам все, – криво усмехнулся полковник Дарнфорд. – До последнего слова. Этот прохвост всегда знает все наперед. Не удивлюсь, если он сейчас встречается со своими чернокожими шпионами в самом Улунди.

Дарнфорд был мрачен после выволочки, которую ему устроил лорд Челмсворд за самовольное прибытие в лагерь. После нее, однако, он назначил однорукого полковника командовать натальской милицией и Ньюкасльскими конными стрелками. Вот только большинство его подчиненных сейчас находились в разведке. И делать полковнику было по сути нечего.

К тому же, как можно было понять из слов молодого адъютанта, кавалерию с собой брать лорд Челмсворд не собирался. Выходит, порывистому, хотя уже и не молодому, Дарнфорду придется сидеть в лагере. Как он должен был сидеть в Роркс-Дрифт.

Майор Лоуренс распластался на земле, даже не думая о том, насколько сильно она пачкает его мундир. Сейчас ему на это было ровным счетом наплевать. Все его внимание приковывала к себе громадная армия чернокожих дьяволов, что находилась внизу. Буквально под ним. В окулярах его бинокля разворачивалась картина, достойная дантова ада. Тысячи зулусов строились ровными рядами и шагали к выходу из иканда – военного крааля. Наверное, самого близкого к холму Изандлхвана.

Лоуренс нашел врага. Нашел всю армию Кечвайо. Тот готовился нанести удар по британцам. В этом и сомневаться не приходится. Зачем же еще нужно собирать в одном месте столько воинов.

Он вновь и вновь глядел на удивительно стройные для дикарской армии ряды полков-амабуто. Воины было вооружены длинными копьями и громадными щитами из буйволиной кожи, закрывающими все тело. Полк за полком покидали иканда и быстрым маршем двигались в сторону холма Изандлхвана.

– Ехать надо! – дернул майора за рукав хариш. – Скоро они отрезать нам назад дорогу!

– Верно, – согласился с ним Лоуренс, с большим трудом отвлекаясь от жуткого зрелища. – Возвращаемся в лагерь.

А он теперь казался ему таким неблизким. Быть может, не стоило уводить разведку так далеко?

Генерал Челмсворд поздно вечером вызвал в свой шатер двух офицером. Полковника Дарнфорда и майора Генри Пуллейна. Оба теперь стояли перед ним, а лорд переводил взгляд с одного на другого. Ночь давно уже вступила в свои права – и было довольно холодно. Шерстяные мундиры не особенно хорошо защищали от холода. Поэтому Челмсворд накинул на плечи шерстяной плед. Дарнфорду и Пуллейну оставалось только позавидовать ему.

Мелкие насекомые бились о стекло масляной лампы, пытаясь добраться до огня. И это был самый громкий звук в палатке лорда Челмсворда. Военный лагерь притих на ночь. Солдаты и офицеры предпочли отдохнуть подольше перед завтрашним выступлением.

Лорд Челмсворд мерил взглядом обоих офицеров. Даже когда он вызывал их к себе, то еще не знал точно, кого именно оставит старшим в лагере. Ведь доводов за и против каждого офицера было примерно поровну. И, что самое неприятное, резоны эти вполне уравновешивали друг друга.

Однако склонялся лорд все же к кандидатуре Пуллейна. Пускай майор и не имел еще реального боевого опыта, зато показал себя отличным администратором. А что еще нужно, если он остается руководить лагерем? Для подобной работы полковник Дарнфорд был слишком порывист. Несмотря на возраст,

– Итак, господа, – произнес Челмсворд, – догадываюсь, вы уже поняли, для чет я пригласил вас к себе накануне большого наступления. Именно вам, господа, я поручаю свои тылы. Лагерь моей армии. И дорогу в Наталь Помните, что за вашими спинами лишь горстка солдат в Роркс-Дрифт. Зулусы ни за что не должны миновать Изандлхваны.