Борис Сапожников – Творя божественное зло (страница 23)
— Шахан занят не только этим, — заметил Сигурд, собравшись, наконец, с силами.
— Ты что-то знаешь? — насторожился Макс.
Сигурд кивнул в ответ.
— В Дэзиле мы захватили викария, и тот охотно поделился с нами информацией. Шахан сумел обманом заманить Марго в Пелополис. По словам викария с ней обращаются хорошо, она живёт, как гостья кардинала, но сколько это продлится, кто знает.
— И ты говоришь мне это только сейчас?! — ожидаемо вспылил Макс, подскакивая на ноги. Оба кулака юноша упёр в столешницу, словно сдерживая себя.
— Знал, что ты прикажешь тут же кинуться в Пелополис, очертя голову, — честно ответил Сигурд.
— И я приказываю сделать это, — выпалил Макс, — прямо сейчас!
— Нет, — отрезал Сигурд.
— Кто здесь капитан?! — Он побледнел от гнева.
— Макс, — спокойный голос Фея подействовал на юношу отрезвляюще, — ты сам понимаешь, что это — ловушка. Я не знаю, кто такая Марго…
— Моя кузина, — перебил его Макс, — она мне как сестра, Фей. Шахан вместе держал нас в застенках. И теперь она снова там, понимаешь?!
Лицо юного принца в изгнании исказилось, ещё немного и по щеке потекут слёзы.
— Марго не просто кузина Макса, — добавил более рассудительным тоном Сигурд, — она ещё и святая мать Церкви Нисан. Даже Шахан не станет ссориться с нисанитами, чтобы он ни проповедовал. Марго и дальше будет жить в Пелополисе гостьей.
— В клетке.
— Может, и в клетке, но вреда ей никто не причинит. Шахан не такой идиот, чтобы начинать религиозную войну.
— Но Шахан же кардинал Афона? — снова встрял Фей, потерявший нить рассуждений. — Эти церкви враждуют, не так ли?
Он слышал об этом от наёмников, но те никогда не вдавались в подробности, скорее всего, и сами были не в курсе.
— Шахан, конечно, притащил в Аве уйму проповедников Афона, — кивнул Сигурд, который был рад сменить тему хотя бы ненадолго, — но нисанитов очень много среди жителей страны. Сейчас Марго официальная гостья Шахана, и если с ней что-нибудь случится, он получит настоящую религиозную гражданскую войну. Аве заполыхает, Фей, будь уверен.
— И всё равно мы должны спасти Марго! — ссутулился и наклонил голову Макс, как будто начал готовиться к схватке. — Может быть, цель Шахана в том, чтобы устроить в Аве гражданскую войну.
— Цель захвата Марго, — глянул в лицо Максу Фей, — в том, чтобы заманить тебя в Пелополис. Ей не причинят вреда, она — наживка в капкане.
Макс ничего не стал говорить — он лишь треснул кулаками по столешнице, и буквально вылетел из кают-компании.
— Сигурд, — как можно мягче произнёс Цитан, промолчавший всю перепалку, — надо осмотреть и твой глаз.
— Зачем ещё? — удивился резкой смене темы старпом.
— Затем, что ты взял меня врачом, — отрезал Цитан, — и не спорь. Пока Макса не было, ты изводил себя, так что приходилось усыплять тебя кофе со снотворным. Я не дам тебе окончательно погубить глаза, как и Максу. Если считаете, что за два года ваше зрение не ухудшилось после травмы, то вы, мягко говоря, очень сильно ошибаетесь.
Он поднялся на ноги.
— Жду тебя в лазарете, — добавил на прощание, — как можно скорее.
Доктор вышел первым, и Сигурд, как ни странно безропотно последовал за ним.
Фей остался в кают-компании один, честно говоря, слабо представляя себе, что делать дальше.
— Доктор верно поступил, — произнёс молчавший всё время Альфред, и Фей едва не подпрыгнул от звука его голоса. Юноша успел позабыть, что кроме них в кают-компании есть ещё кто-то. — Сейчас Сигурду лучше не встречаться с молодым господином.
Альфред жестом пригласил Фея сесть на высокий стул за барной стойкой. На неё стюард выставил большую кружку пряного пива. Фей принял это молчаливое приглашение, и как только уселся, Альфред нажал на кнопку под стойкой. Через несколько минут в кают-компанию вошли остальные стюарды и принялись разбирать большой стол, чтобы вернуть помещению более привычный облик.
— Почему? — не понял Фей, пока мало понимающий в каких отношениях были между собой лидеры песчаных пиратов. А в том, что Сигурд наравне с самим Максом и здоровенный капитаном абордажников, которого Фей помнил по полутёмной кантине в Дэзиле, являлся одним из лидеров команды «Фенрира» и не только, юноша нисколько не сомневался.
— Сигурд был для молодого господина кем-то вроде старшего брата, — объяснил старший стюард. — Его приставили к наследнику престола, когда тому исполнилось два годика. У родителей молодого господина всегда было слишком много дел, чтобы заниматься им, и они, что вполне понятно, передали его на руки армии служанок, воспитателей, а после учителей. Но Сигурд не был ни слугой, ни воспитателем, он стал для молодого господина другом. А потом пропал.
— Как пропал?
— Это тайна Сигурда, и он поделится ею с тобой, если сочтёт нужным.
Фей задумался, а знал ли сам Альфред эту тайну. По крайней мере, вид делал, что знает.
— И Макс посчитал это предательством? — задал другой вопрос Фей.
— Он был совсем мал, когда Сигурд исчез, и лишь смутно помнил его образ. А никто во дворце не рассказывал о прежнем рыцаре-телохранителе наследного принца.
— И потом Сигурд вернулся, чтобы спасти Макса.
— Вместе со мной, — добавил Альфред, — и несколькими моими друзьями по службе. Мы спасли юного господина и его кузину из застенков Шахана, а после угнали «Фенрира».
Фей потягивал пряное пиво — оно было вкуснее того, что наливали в кантине.
— Но я так и не понимаю, почему сейчас Максу лучше не встречаться с Сигурдом.
— Сейчас юный господин на взводе. Не в детстве, а после, когда мы спасли юного господина и госпожу Марго из темницы, он начал считать Сигурда предателем. Первый вопрос, который юный господин задал Сигурду был…
— Где ты был, когда нас схватили? — догадался Фей, потому что Альфред слегка замешкался.
Старшему стюарду было нелегко вспоминать те времена, он скрыл заминку, взяв у Фея опустевшую кружку, чтобы наполнить её снова. Правда, налил только половину, выше поднималась пенная шапка.
— Да, верно, — кивнул Альфред. — Сигурд не хочет выслушивать незаслуженные упрёки от юного мастера. Они ранят его сильнее, чем он показывает.
Видимо, это как-то связано с исчезновением Сигурда, но задавать лишние вопросы, на которые старший стюард отвечать всё равно не будет, Фей не стал.
— А почему вы налили мне пива? — спросил он, меняя тему.
Альфред, протиравший очередной стакан, который в этом ничуть не нуждался, не сбился, хотя Фей видел, что вопрос удивил его.
— Соки или воду я бы не стал наливать тебе, ты уже не ребёнок, — ответил он с привычной чопорностью, — но для чего-то более крепкого чем пиво, ты ещё слишком молод.
И тон его и выражение лица были настолько спокойными, что обижаться решительно невозможно.
Неделю спустя. Волчье логово
Убежище пиратов располагалось в нескольких пещерах внутри горной гряды, пересекавшей пустыню на севере Аве. Гряда была естественной границей между королевство и империей Алимарис. Она считалась непроходимой, перевалов тут не было вовсе, а потому эта область не сильно интересовала обе стороны длящегося несколько сотен лет конфликта.
— Крепость построена ещё во время Солярианской войны, — рассказал Цитан, когда они с Феем оказались предоставлены сами себе.
— Я видел в пещерах, куда свалился с Максом, какие-то постройки у лифта на поверхность. Старик, что обитал там, говорил, они тоже были возведены во время войны.
— С тех времён осталось много забытых военных объектов, — кивнул Цитан. — Конфликт длился долго, но пока к коалиции государств Поверхности не присоединился Шеват, война была довольно странной. Солярианцы атаковали крупные города, пользуясь тем, что их государство находится в стратосфере, а на Поверхности пытались отбить эти нападения. Никто не получал преимущества.
— А Шеват?
— Тогда он стоял на вершине Столпа Вавилонского, а в конце войны, перед Днями гнева, оторвался от него. Но когда королева Зефир присоединилась к борьбе с Солярианской империей, Шеват объединил знания своих учёных и инженеров, а также мощности заводов Столпа с ресурсами других государств Поверхности.
— И кто же победил?
— Никто, — покачал головой Цитан. — Дни гнева подвели черту, после них не осталось победителей, только выжившие.
Их с Феем поселили в комнатах рядом с большим лазаретом Волчьего логова. Цитан в первый же день познакомился со здешним врачом, и тот быстро признал главенство доктора. Теперь бывший главный врач пиратской базы руководил младшим медперсоналом и чувствовал себя в этой роли вполне уверено. Работы у них было не слишком много, хотя во время ремонта роботов и случались несчастные случаи, когда требовалось вмешательство Цитана. С рядовыми травмами, вроде вывихов, растяжений или даже простых переломов, справлялись фельдшеры и сёстры милосердия из числа пиратов. Обычно процесс лечения сопровождался не самыми умными остротами в адрес пострадавшего, а в качестве анестетика применялся крепкий самогон, который тут умели гнать практически из чего угодно. По-настоящему уважать Цитана в Волчьем логове стали после того, как он сумел вытащить нескольких пострадавших в ремонтном цехе рабочих буквально из могилы.
— Работать с Богоборцем слишком опасно, — сказал он после этого Фею. — Теперь я буду руководить его ремонтом.
Оказалось, что в роботе Фея имеются очень хорошо защищённые узлы и устройства, снимать которые чрезвычайно опасно. Как выяснилось, их даже трогать нельзя.