Борис Сапожников – Маскарад (страница 12)

Как и чимиски в ту памятную ночь, мы пробрались незамеченными в монастырский сад, но на сей раз двинулись не к молельне, а к обширной спальне. Однако на полпути, я остановил Вильгельма, взяв за локоть.

— Что еще? — раздраженно поинтересовался тот. Ему, как и мне, пребывание на территории монастыря не приносило никаких радостей, кожу ощутимо кололо и не так, как на солнце, тут одежда не спасала.

— Смотри, в той комнате, где я жил горит свет, — указал я. — Надо проверить, что там.

Заглянув в небольшое окно комнаты, я увидел сестру Анну, стоящую на коленях перед кроватью, до моего обостренного вампирьего слуха донеслись слова прощальной молитвы. И молилась она за упокой моей души. Мне стало не по себе. Зря я сюда пришел!

Я рывком отвернулся от окна и широко зашагал через сад, Вильгельм догнал меня через минуту.

— Так всегда бывает первые годы, — сказал он. — Видеть, что знакомые отпевают тебя заочно, иногда это просто невыносимо.

Я ничего не ответил на его слова, говорить не хотелось, жжение подогревало ярость в моей крови, хотелось кого-нибудь прикончить. Об этом я и не преминул сказать Вильгельму.

— Да ты входишь во вкус, Кристоф, — усмехнулся он. — Пошли искать какого-нибудь отщепенца, по которому никто не заплачет.

В общем, у ворот Высокого замка мы стояли вовремя, оба сытые и довольные не-жизнью. Удачная охота даже на время вытеснила из моих мыслей сестру Анну и заупокойную молитву, что произносила она. Воспоминания о монастыре натолкнули меня на одну мысль.

— Почему в Петровом холме мы и каппадоцо чувствовали себя вполне комфортно? — спросил я. — Это же монастырь, такой же как святого Каберника.

— В Петровом холме долго вел свои эксперименты Меркурио, — ответил Вильгельм, — и вообще, долгое присутствие нас в любом святом месте постепенно развеивает его ауру.

— Довольно лекций, — выступила из тьмы Екатерина, — князь ждет нас ровно в полночь.

Вслед за ней к нам подошел Костас. Все вместе мы двинулись к Высокому замку. Стража в воротах, все те же рыцари Иоанна, не обратили никакого внимания на ночных визитеров, мы прошли внутренний двор и свернули в сторону от главного входа. Это не было дверью для слуг — слишком уж богато была она украшена, да и не делают двери для слуг из карайского дуба. Мы отворили ее, прошли по длинному коридору, где в каждой нише стояли вампиры также в коттах с эмблемой рыцарей Иоанна, но вооруженные не в пример лучше своих соратников-людей. Он закончился ее одной дверью, украшенной еще богаче первой, за ней скрывался большой зал, в дальнем конце которого стоял каменный трон с высокой спинкой. На нем устроился высокий вампир, закованный в золотые доспехи неизвестной мне работы, от него так и веяло древностью и силой, ничего схожего я не ощущал даже в присутствии Екатерины.

— Как всегда пунктуальны, бруджа, — произнес он глубоким низким голосом. — Приветствую вас.

— Выражаю наше почтение, князь Конрад, — ответила Екатерина, не делая никаких формальных жестов, вроде реверансов, поклонов или же падений ниц. — Мы явились по твоему зову.

— Я хотел бы знать, что вы затеваете в отношении тзимицу, — сказал князь. — Это может уронить тень на всех нас.

— Не понимаю, о чем вы, князь. — Екатерина была сама невозмутимость.

— Не хочешь не говори, — легко махнул рукой вентру, — тзимицу не поддержали Маскарад и все действия в отношении их не противоречат Шести Традициям. Однако не забывайте об осторожности.

— Вы желали видеть нас только по этому поводу? — поняв, что продолжения фразы не будет, поинтересовалась Екатерина.

— Не только и не столько. — Я пытался понять на каком именно языке говорит князь, но пока не мог. — У меня есть сильные и, главное, обоснованные подозрения, что тремере проводят какие-то опыты, противоречащие Шестой традиции. Они имели дела с погруженным в бессрочный торпор Меркурио из клана Каппадоцо, о чем сообщили мне именно вы, бруджа. На основании этого факта я решил провести тщательное и детальное расследование всех обстоятельств данного дела. Однако убежище тремере защищено человеческой магией, более того, ее клириканской разновидностью, которую люди ошибочно приписывают своему новому божеству, — меня слегка корежило пренебрежение, с которым князь говорил о Господе, хотя он, наверное, жил еще в те времена, когда Вера не имела такого распространения в нашем мире, — что также наводит на определенные размышления. Ни один из нас не может проникнуть на нижние ярусы убежища тремере, расположенные точно под Краловским собором. Он охраняется артефактом Дланью Святого, которая не дает никому из нас и близко подойти к убежищу.

— И чем же мы можем помочь? — картинно подивилась моя госпожа.

— Действие Длани Святого направлено довольно узко, — снизошел до объяснения князь Конрад, — оно охватывает лишь часть территории собора. Войти в Краловский собор через главные ворота, конечно, нельзя, однако можно пройти туда, миновав катакомбы, расположенные под Краловом.

— Но это же вотчина прокаженных, — казалось, Костасу стоило больших усилий не сплюнуть прямо здесь на пол.

— Да, там живут носферату, — с улыбкой кивнул вентру, — но они такие же братья нам, как и тореадоры, гангрелы или малкавиане.

— Вы желаете, чтобы мы достали для тебя Длань Святого, — не спрашивая, уточнила Екатерина. — Мы сделаем это. Здесь два моих воина — Кристоф и Вильгельм; они выполнят вашу волю.

— Для чего ты говоришь мне это? — капризным тоном поинтересовался князь Конрад. — Мне нет дела до них.

— У юного Кристофа, верно, есть некоторое дело к вам, — хитро глянула на меня Екатерина, — оно касается Третьей традиции Каина.

— Чего именно хочет он?

— Он сам скажете тебе. — Клянусь, она усмехалась остатками рта под своей плотной вуалью!

Я на мгновение замер, чувствуя на себе взгляды всех, присутствующих в этом зале. Неужели, Екатерина имела ввиду сестру Анну.

— Мне нечего сказать вам, князь, — бросил я, наконец, — я не желаю для той, кого люблю участи одного из нас, проклятых Господом и самой жизнью. — Не знаю даже, как это вырвалось у меня.

— Твой сын, Екатерина, разговаривает не то, как клирик, не то, вовсе, словно какой-то эльф, — пренебрежительно бросил вентру. — Тебе стоило бы впредь получше выбирать потомков.

И тут внутренности мои скрутила страшная боль, казалось, стальная рука сжала их в кулаке и скрутила, провернув несколько раз. Я тихо взвыл, рухнув на колени, носом пошла кровь.

— Довольно, вентру, — равнодушный голос резанул по ушам знакомыми нотками. — Прекрати мучить несчастного юношу.

Из тьмы выступил Кристиан и подошел к трону, даже не думая каким-либо образом приветствовать князя. Мои мучения прекратились с его появлением.

— Твой высокомерие станет причиной твоей окончательной смерти, — бросил каппадоцо.

— Что понадобилось тебе здесь, каппадоцо? — теперь слова, произносимые князем, были подобны ледышкам, звенящим о камни.

В памяти всплыла история взаимоотношений кланов Вентру и Каппадоцо, также почерпнутая из крови Екатерины. Только что появившиеся каппадоцо, ведомые их Сиром, бывшим ласомбра Маркониусом, не так давно — по вампирским меркам — вырезали весь домен в Мейсене, столице одноименного Вольного княжества. В той резне погибла большая часть тамошних вентру, отчаянно сражавшихся за свою территорию. Вторую традицию они чтили больше своих жизней.

— Я расследую деятельность заблудшего брата Меркурио, — не изменив тон, ни на йоту, ответил Кристиан, — а он имел некие дела с тремере. Я официально уведомляю тебя, князь, — от меня не укрылось, что каппадоцо обращался к вентру на «ты» и тот никак не отреагировал на это, — о том, что я присоединяюсь к воинам бруджа, которые проникнут в Краловский собор за Дланью Святого, а после — в убежище клана Тремер.

— Об этом речи не шло, — как-то слишком быстро бросил князь Конрад и я понял, что именно нам, а не воинам клана Вентру придется брать штурмом убежище тремере. — Аудиенция окончена, — следом поспешил добавить он, — я не желаю видеть ни одного из вас, покуда не принесете мне Длань Святого.

Мы, ничего не сказав, покинули тронный зал князя Богемского домена.

Екатерина обратилась к нам лишь когда мы покинули не только тронный зал, но и территорию Высокого замка, вообще. Кристиан следовал за нами, также ничего не говоря, хотя он, похоже, был не из разговорчивых вампиров.

— Времени у нас достаточно для проникновения в Краловский собор, — сказала моя госпожа.

— Нет, Екатерина, — совершенно бесцеремонно прервал ее Кристиан, — сейчас где-то полвторого, до заутрени немногим более часа, вскоре клирики начнут подниматься и готовиться к первой молитве. А нам еще с носферату договориться надо. — Он криво усмехнулся.

— Этим-то вы, Кристоф и Вильгельм, и займетесь сегодня, — кивнула Екатерина, — завтра же, спустя несколько часов после комплеты, вы проникните в катакомбы.

Мы оба кивнули, Кристиан никак не отреагировал на эти слова, однако зашагал вслед за нами, когда мы двое двинулись почему-то к кладбищу. Екатерина же отправилась в университет. Шагнув в одну из особенно густых теней, мы выступили прямо на кладбище, среди могил. Я едва не споткнулся о чье-то надгробие и глянул на Кристиана, однако ни он, ни Вильгельм, совершенно не обратили внимания на этот переход, я решил последовать примеру старшего спутника и также напустил на себя невозмутимый вид. Вильгельм оглянулся на меня и усмехнулся: