Борис Романовский – Золотая кровь (страница 62)
— Ты поразительный, Арчи, — Ната с интересом смотрела куда-то в район моего лба, будто пыталась прочесть мои мысли. — Ты чересчур быстро учишься. И сразу видишь ошибки. Такие гении рождаются раз в столетие! Или реже. Я, например, никого подобного ещё не встречала.
Я с трудом сдержался, чтобы не скривиться. Вот вроде хвалит меня, но я-то знаю, что это заслуги Алисы.
— Про Артёма Драгина говорят, что он гений узоров, как и ты, — продолжила Ната. — Не знаю, насколько правдивы слухи. Но твой отец явно с золотыми яйцами, раз родил таких сыновей.
Я хмыкнул. Имя брата испортило мне настроение.
— Извини, — виновато улыбнулась Ната, заметив, что я помрачнел. — Не хотела упоминать этого гульего слизёныша.
— Да ничего, — отмахнулся я. — Лучше расскажи, почему Филипп не остановил тебя, когда мы из города выходили. Раньше всегда появлялся.
Улыбка Наты пропала.
— Возвращаемся, — из её рукава вылетела цепь и обмотала меня.
Весь путь обратно Ната молчала. А я, честно говоря, не знал, что сказать. Не ожидал настолько резкой реакции. Когда вдали появились очертания городских стен, Ната отпустила меня и мы побежали по столбам.
— Прости, — просто сказал я.
— Я не могу иметь детей, — вдруг заговорила Ната, продолжая бежать и смотреть вперёд. — А Филипп хочет жениться.
Больше она не проронила ни слова. Но я и сам понял, что всё сложно. Мысленно решил, что в будущем попытаюсь вылечить её. На одной из страниц своего дневника Аннабель писала об адмирале по имени Мэтью, которую отравили Еретическими Глазами Девы. И что Аннабель искала способ её исцелить. Может, в дневнике я найду ответ на вопрос, как помочь Нате? Очень на это надеюсь.
Тем же вечером я решил нарисовать Сердце Крови. Алиса его немного улучшила, проанализировав все доступные узоры.
Сперва я тренировался на Гранёной Доске. Узор Сердце Крови был среднего размера. Круглым, с волнообразными линиями, которые резко переходили в острые углы и штрихи. В середине — спираль. Для Кровавого Огранённого этот узор был основой, фундаментом. Нарисовав его, я получу возможность аккумулировать в узоре кровь, которую смогу использовать для других узоров Крови. И это не всё. У Сердца Крови много свойств, их мне ещё предстояло для себя открыть.
В третий раз без единой ошибки нарисовав узор, я решил, что наступила пора сменить Гранёную Доску на чакротело. Место для рисунка я выбрал на правой ладони. Хоть и не был до конца уверен в своём решении. Может, лучше спрятать узор? Или это будет ошибкой? К сожалению, в клане Беловых было слишком мало сведений об узорах Крови.
Я думал о том, чтобы узнать информацию об узорах Крови через Мёртвый Свиток. Там есть чат, где Огранцы и Чернокнижники ищут узоры, реликты, кости и другие полезные ресурсы. Только вот этот чат легко просматривается. Высок риск вызвать к себе ненужный и опасный интерес.
Я вытянул левую руку. Чакроиглы легко вышли из кончиков пальцев, усиленные и сбалансированные белыми ногтями. Вспомнил почему-то эскулапа Виктора. После возвращения я его не видел.
Ладно, начнём. Я сделал чакротело в правой ладони почти идеально ровным и начал рисовать. На этот раз я был намерен нарисовать узор со стопроцентной чистотой. Алиса будет сдерживать приступ, я обязан справиться.
Но, как всегда, что-то пошло не так. Когда я почти дорисовал, в груди резко стрельнуло и я чуть не сбился. Несколькими движениями пальцев дорисовал узор и выдохнул. Я был на грани…
«Сколько процентов?»
Я дошёл до кровати и рухнул на мягкий матрас.
Досадно. Я был так близок к успеху… Ну что же, придётся работать с тем, что получилось. Я, вымотанный тяжёлым днём, уснул. А на следующее утро первым делом попробовал активировать Сердце Крови. Белые линии вспыхнули на ладони и пропали, а я ничего не почувствовал.
«Хорошо».
После завтрака мы с Натой снова направились за город. Филипп не показывался. Чуть позже, из переписки с Еспером, я узнал, в чём причина его отсутствия. Как оказалось, он самовольно вмешался в прорыв Наты и помог ей. За это клан Львовых его куда-то выслал. Теперь понятна реакция Наты…
Белая Сфера получалась у меня всё лучше и лучше. В этот же день я показал Нате технику Албо — то, как он пулемётной очередью метал хаси. Алиса помогла в точности повторить его движения.
— Отлично, Арчи, — Ната явно заинтересовалась приёмом Чернокнижника. — Осталось понять, в какие части тела он направлял чакру. И мы получим неплохую метательную технику. Молодец!
— Поймаешь гуля посильнее? — попросил я. — Хочу Борю покормить.
— Конечно.
Ната нашла двухглазого и гуля-три-щита. Я вызвал Борю, и тут нас ждал сюрприз. Поросёнок отказался пожирать гулей.
— Досадно, — пробормотал я, отзывая Борю. Жалко было убивать без дела сильных гулей, но глазами лучше не рисковать.
Тренировку на этот раз закончили пораньше — нужно было сходить к деду, на урок артефакторики. Костяную ворону сегодня я не заметил, она будто не хотела показываться Нате на глаза. Мы вернулись в усадьбу, и я пошёл на урок. Дед дал мне задание и занялся своими делами.
«Нарисуем узор Кровавой Иглы», — мысленно сказал я, пером вычерчивая на кости узор Укрепления.
«Указательный палец правой руки».
Этот узор считается маленьким, и он легко ляжет на палец. Вместе с ним у меня получится одиннадцать очков из шестнадцати возможных. Узоры на оставшиеся очки мне нужно выбирать с большой тщательностью…
Ближе к ночи я закончил задание и принёс стопочку костей с нарисованными на ними узорами деду, который сидел за своим рабочим столом и наносил лак на странный артефакт, похожий на щиток для ноги. В последние дни Михаил работал только над ним. В качестве основы он использовал кость, которую я принёс с гульего кладбища.
— На сегодня всё, — бросил дед, не отвлекаясь от работы.
— До завтра, — я поклонился Михаилу и вышел из комнаты.
Тревога не проходила. День рождения отца приближался, и скоро мы отправимся в Московию.
«Надо будет сходить на рынок. Вдруг что-то полезное найду», — мысленно сказал я, входя в свою спальню.
За кость и информацию о двоерождённом Михаил мне заплатил. Немало. Пять тысяч рублей — очень большая сумма для Примы. Для примера, полноценный хаси стоит тысячу рублей. А это ведь боевой артефакт не из дешёвых. Подозреваю, что и за метод метания, который я подсмотрел у Албо, мне выдадут премию. Только когда тратить деньги? У меня совсем нет времени.
Я потренировался на Гранёной Доске и приготовился рисовать.
«Справлюсь», — я размял пальцы левой руки по специальной методике, которой меня научила Ната. На доске я рисовал узор Кровавой Иглы полторы секунды. Должен уложиться в это время и на чакротеле.
«Начали».
Вирус вырвался. На мгновение позже того, как я закончил узор.
— Гр-р-р, — я завалился набок, скрутившись из-за адской боли в лёгких. Но я радовался. Я смог.
«Жаль, что не сто».
Я перетерпел боль и лёг спать. Очередной сложный день позади…
***
Взрыв!
Голову одноглазого гуля разнесло на кусочки.
— Атака не уровня Примы, — пробормотала стоящая рядом со мной Ната. Она задумчиво смотрела на мой указательный палец и покусывала губы. Только что я активировал узор Кровавой Иглы, который нарисовал три дня назад. За это время я смог разобраться в принципе его действия.
Всё оказалось довольно просто. С помощью чакры я активировал узор Кровавой Иглы, и накопленная кровь из Сердца Крови перетекала в палец. Узор Кровавой Иглы напитывался, и я получал возможность выпускать алую иглу крови, которая запросто пробивала тела одноглазых гулей насквозь. С момента активации узора до выстрела проходило меньше секунды. Благодаря сверхвысокой чистоте узора я мог трансформировать снаряд. Сделать его тонким, как нить. Или как сейчас — сжать кровь в шарик, который при столкновении с целью взрывался и разносил её в ошмётки.
Были и минусы. Узор Кровавой Иглы за раз потреблял столько крови, сколько Сердце Крови накапливало за сутки. Если этого обьёма не хватало — уходила кровь из организма. По совету Алисы я использовал только два снаряда в день. Третий уже вызывал слабость и влиял на боеспособность.
— Подумать только, — Ната не скрывала своего удивления. — Кровавые Огранцы настолько сильны? Или это ты такой уникум? Сколько процентов чистоты?
Тёте узор я показал только сегодня, когда полностью с ним освоился.
— Девяносто девять, — честно признался я.
— Чего?! Как это возможно? — Ната, встряхнув волосами, уставилась на меня.
— А что такого? — я размял пальцы правой руки. После выстрела ладонь немела.