Борис Романовский – Золотая кровь (страница 57)
— Не жалеешь? — усмехнулся Михаил, бросив взгляд на крылья Филиппа. Когда он только активировал их, они выглядели как произведение искусства — золотые костяные перья, идеальные пропорции и чистота. А сейчас…
— Нет. Это мой выбор, — Филипп прищурился, вглядываясь вдаль.
После того как Михаил в одиночку уничтожил гуля-четыре-щита, которого ещё называли гульей башней, все наблюдатели из разных кланов и стран были шокированы. Никто и не подозревал, что Михаил из клана Беловых настолько силён. Но гулья башня был только началом. За ним на Михаила напал четырёхухий и тоже был повержен.
Вражеские Огранцы и Чернокнижники не решились напасть на Белого Демона, взвесив все риски. Все они были долгожителями и очень ценили свои жизни. А также свои власть и влияние.
Когда казалось, что серьёзные противники закончились и Наталия Белова, без сомнений, успешно нарисует Грань, показались двое гулей с четырьмя атрибутами — четырёхглазый и четырёхухий. Но не они были главной проблемой. За ними поддержкой шли сразу шестеро трёхгребневых, исцеляя их любые раны. А тех, в свою очередь, защищали десять гулей-три-щита.
В тот момент Филипп и сделал свой ход. Он не мог позволить Наталии умереть.
Вот уже два часа непрерывно длился бой, и преимущество всё больше склонялось на сторону гулей. Особенно это стало заметно после того, как Михаил потерял кисть и лишился части своих атакующих узоров — каждое столкновение с гулями проходило на грани.
— ГРА-А-А-А! — рёв четырёхухого гуля сотряс небеса, и в следующее мгновение снова прогремели взрывы.
Земля трескалась, в Тюрьме Белого Демона появлялось всё больше слабых мест, через которые пробивались гули, атакующие со всех сторон. Михаил и Филипп не могли полностью контролировать округу, а наблюдатели, Огранцы и Чернокнижники, вмешиваться не собирались. Прямо напасть на Наталию при стольких свидетелях они не могли. Рисование Грани — это очень интимный процесс для каждого Огранца, и, по заветам Омада, никто не имел права ему мешать.
Битва продолжалась. Солнце медленно поднималось над полем боя. Внезапно грохот прекратился, над куполом снова замерли двое. Выглядели они откровенно плохо — окровавленные и без шлемов.
— Уходи, — спокойно велел Михаил. — Ты уже на пределе. Позволь мне защитить свою внучку.
Филипп проигнорировал слова Белова.
— Мы оба ещё не раскрыли все козыри, — Михаил прикоснулся пальцами правой руки кровоточащей раны под своим левым глазом. — Пришло время. Отойди подальше и смотри.
Но Филипп не успел ответить — из дома на вершине горы вырвалась ослепительная волна чакры, которая сожгла всех гулей, что сумели пробраться под купол.
Треск!
Волна врезалась в цепи Тюрьмы Белого Демона и разорвала её.
— Она справилась, — пробормотал Михаил. В глубине его глаз плескалось сильное облегчение.
Из домика, уничтожив крышу, в небо выстрелил белый столб.
— Ливень Цепей, — прошептал Михаил. Где-то вдалеке зарычали гули с четырьмя атрибутами, но он их не слышал.
Столб всё рос и рос, поднимался в небо и в конце концов разделился на десятки тысяч цепей. Они разошлись в стороны и смертоносным ливнем обрушились на землю…
***
Перекусив, я внимательно перечитал Путеводитель и книгу с узорами Крови. Нужно уже сейчас ориентировочно решить, какие узоры стоит нанести. Может, нарисовать на ноге узор Усиления? Тогда мощь пенальти возрастёт в разы.
Почувствовав, что меня клонит в сон, я решил поддаться желанию отдохнуть. А уже после — искать выход. Уверен, что сейчас я нахожусь не так уж глубоко под землёй. Секунда, вторая, и я не заметил, как прикорнул. В этот раз меня разбудила не Алиса, а вибрация зайфона. Я вытащил его, сонно моргая, и включил. Писала Ната. Я тут же резко сел.
Она прорвалась? Я почувствовал громадное облегчение. Я сильно за неё волновался и не хотел думать, что будет, если она провалится. Я быстро набрал ответ.
Но тут же спохватился и удалил часть про Милану. Нельзя выдавать связь с Эми. Отправил оставшееся и поднялся.
Я направил чакру в уши и услышал топот сотен ног. Вот, чёрт. Сомневаюсь, что эта часть гульей ямы, где я так замечательно подремал, — очищена от сильных гулей специально для молодых Огранцев. Пора валить.
Глава 22. Путь наверх
В кармане завибрировал зайфон, но я его проигнорировал и побежал к котловинам со слизнями. Ох и плохое у меня предчувствие…
— Кья-я-я-я! — где-то позади мерзко завопил гуль.
У меня по спине побежали мурашки. Я направил чакру в левое плечо и активировал узор Скрытности. Он, конечно, плохо работает на гулей, ведь те ориентируются на чакру, но хоть какой-то эффект должен быть…
— Гро-о-о, — утробно застонали слизни.
Я наконец добежал до котловины с огромным слизнем и спрыгнул в неё, прямо на скользкую спину твари. Поскользнулся и шлёпнулся на копчик. Покатился по покатой кольчатой спине вниз, и там меня зажало между слизнем и полом. Боже, как же мерзко!
Задержав дыхание, я ударил по твёрдой земле, откалывая камень за камнем и пробираясь ниже. Узор Скрытности деактивировал — мне сейчас важна каждая капля чакры. Если бы не защитная плёнка, я точно бы не решился на столь смелый поступок.
Под боком у слизня я откопал небольшое углубление и укрылся в нём. Темно и пахнет отвратно — но зато я в безопасности. Надеюсь. Направил немного чакры в уши и прислушался. Гули жрали слизней. Разрывали их и ели. А те просто лежали и стонали. Вот же жуть!
Ближайшие гули трапезничали совсем недалеко от меня — в метрах двадцати. Надеюсь, элитных слизней они не тронут. Когда я уже решил, что в безопасности, мой слизень решил повернуться. Откопанное мной углубление обвалилось, и скользкий бок твари вдавил меня в землю. Досадно.
Вот, чёрт. Я попытался выбраться из западни, но только хуже сделал — меня ещё сильнее впечатало в землю. Слизень шевелился и, кажется, смирно лежать не планировал. Грудь горела, дышать было нечем. Перед глазами вспыхнули звёзды.
Слова Алисы подтолкнули меня к действию. Я направил чакру в кончики пальцев обеих рук, выпустил чакроиглы и, рыча сквозь сжатые зубы, всадил все пальцы в бок слизня. Плёнка от узора Укрепления Тела и чакроиглы помогли мне проткнуть внешний покров слизня.
— Гро-о-о-о, — тварь утробно заревела, вибрируя всем телом, и ускорилась.
Я чудом удержался. Кажется, мной в буквальном смысле вспахало дно котловины.
Поймав момент, я выдернул пальцы правой руки из бока слизня и тут же воткнул их повыше. На меня полилась слизь из пяти проделанных мною дырок, но я, поборов отвращение, вытерпел это.
Снова удар спиной о землю. Перехватило дыхание, перед глазами всё поплыло. Придя в себя, я сплюнул слизь и подтянулся. Я не видел, что творится вокруг. Не видел, где нахожусь. Наконец, я смог забраться на спину слизню, и вовремя — тот резко ускорился. В ушах свистело, перед глазами расплывались тёмные стены тоннеля. Мы выбрались?
Слизень двигался очень быстро. Шустрее, чем прошлый.
Я стиснул зубы. Скорость не уменьшалась, слизень явно не собирался останавливаться. Достать коробку с таблетками в таких условиях — то ещё испытание, но другого выхода нет. Без защитной плёнки я погибну, первый же удар меня расплющит.
Я усилил чакру в левой руке и поглубже вогнал пальцы в плоть слизня, приготовившись освободить правую руку. И это было роковой ошибкой — слизень заревел и резко провернулся вокруг своей оси.
Меня вбило в стену тоннеля, и я на пару секунд потерял сознание, а когда очнулся — слизень уже уполз. Голова жутко болела и кружилась, изо рта текла кровь.
В вертикальном? Действительно, оказалось, что меня вбило в стену тоннеля, поэтому я и не свалился. Я осторожно выдернул правую руку из углубления и вниз посыпалась земля. Я сглотнул. Страшно. Полез в кошель и достал бутылёк с таблетками. Левую руку не рискнул расслабить, вдруг упаду? Сверху раздался удар, и вниз грязевым водопадом обрушилась земля, смешанная со слизью.
— Вовремя с него слетел, — пробормотал я.
Мне пришлось помучиться, чтобы принять обе таблетки. Всё это время земля и слизь падали вниз. Я лежал, вбитый в углубление, и меланхолично наблюдал за этим потоком. Чем дальше, тем маловероятнее, что я отсюда выберусь.
— Ку-а-а-а! — по тоннелю кто-то летел с дикими криками.
Гуль, что ли? Я активировал узор Укрепления Тела — чакра почти полностью восстановилась. Как оказалось — да, действительно гуль. Вдобавок и одноглазый. Пролетая мимо меня, он в последний момент умудрился вцепиться мне в левую лодыжку.
Досадно…
Меня выдернуло из углубления, и я рухнул в пропасть. И в который раз поблагодарил узор Укрепления Тела — мой спаситель.