Борис Романовский – Золотая кровь (страница 17)

Я остановился и рукавами потёр глаза, подождал, пока восстановится зрение и исчезнут белые пятна. Грудь болела, дышать было тяжело, кружилась голова.

— Зажарю, свинья проклятая!

Рядом, не выдержав, прыснула служанка. Сделал вид, что не заметил. Когда я более-менее пришёл в себя, мы продолжили путь. В комнате уже ждали — не успел переступить через порог, как на меня с объятиями набросилась Наталия. Я опешил и попытался отодвинуться — тётя тесно прижимала меня к своей роскошной груди. Как бы конфуза не вышло.

— Спасибо! — прошептала Наталия, чмокнула меня в щёку, отстранилась. и придирчиво осмотрела. Её глаза подозрительно поблёскивали. Выглядела она счастливой.

— Почему такой уставший, как гуль после случки?

Служанка крепко стиснула зубы, чтобы не засмеяться, и отвернулась.

— Свинью тащил, — проворчал я.

— Зачем? — искренне удивилась Наталия.

— Не знал, как отозвать, — буркнул я и пошёл умываться. Когда дверь в уборную почти закрылась за моей спиной, меня догнал запоздалый громкий смех.

Арчи, я поняла. Когда узор активируется — тратится чакра и происходит Призыв. После него чакра продолжает утекать и поддерживать твоего зверя в нашем мире.

«Как-то много чакры жрёт, не думаешь?» — спросил я, ополаскивая лицо.

Основной обьём уходит на активацию. На поддержание узора тратится очень мало чакры, я сперва даже не заметила потерю.

«И почему Боря ушёл в свой мир?»

Ты словил чакроистощение, когда чакра в твоём теле достигла отметки в пятнадцать процентов от общего объёма.

Я вспомнил слабость и головокружение.

«Значит, мне просто надо оборвать поступление чакры в узор, чтобы его деактивировать?» — мысленно уточнил я, вытирая лицо белым полотенцем.

Да.

Отлично. Я вышел из уборной. Наталия широко улыбнулась и махнула рукой:

— Пойдём. Я отведу тебя к дедушке. Тебе многое следует узнать и многому научиться. Ты теперь Огранец, а это совершенно другая ответственность.

Поспешил за тётей, которая, не дожидаясь моего ответа, вышла из комнаты. Я решил полностью интегрироваться в новый мир, в новую личность. Я больше не Артём Князев, я — Арчи Белов. Конечно, прошлую жизнь я никогда не забуду. Мама, папа, Мишка и Като навсегда в моём сердце.

Кабинет Михаила находился на втором этаже. Внутри — большой массивный стол из белого дерева, справа от него — кресла вдоль стены, а слева — полки с книгами и свитками.

— Садись, — мой прадед указал на ближайшее кресло. Сам он сидел за столом и что-то писал.

Арчи, в Империи Русов нет понятия «прадед», всех зовут дедушками, — предупредила Алиса. Наталия умостилась рядом со мной. Я физически чувствовал исходящие от неё флюиды счастья.

— Ты сегодня призывал своего компаньона? — не отвлекаясь от своего занятия, спросил Михаил.

— Да, — я задержал взгляд на толстой чёрной книжке, которая лежала по правую руку от него. На её обложке золотыми буквами было вытеснено одно слово. Омад.

Сердце застучало быстро-быстро, я сглотнул.

Арчи, перестань так пялиться.

— Назвал его?

— Да, Боря, — спокойным голосом ответил я, стараясь не выдать своего волнения.

Михаил хекнул и удивлённо на меня посмотрел. Наталия подавилась и закашлялась, прижала ладонь ко рту, чтобы не рассмеяться в голос.

— Удачное имя, — хмыкнул он с иронией и покачал головой. — Ладно. Начнём с азов. Что такое узор, Арчи?

Я задумался и попытался сформулировать:

— Узор — это преобразователь чакры в способность?

Услышав мой ответ, Михаил задумался.

Арчи, прежний владелец не отличался умом. Он почти не посещал занятия, а мачеха ему потакала, — обрадовала меня Алиса. — Единственное, что я знаю, — узоры наносятся на чакротело, а потом вгрызаются в кости.

— Для своего уровня ты весьма точно сформулировал определение, — согласился Михаил. — Пока ты Прима — этих знаний достаточно.

— А потом?

Очень любопытно. Информация никогда не помешает.

— Деусы способны переносить узоры на оружие. И там мало одной чакры, — Михаил открыл ящик стола, покопался в нём и вытащил белую тонкую книжицу, положил её перед собой.

— Узор не так прост, Арчи.

— На оружие? — я удивился. — Узоры же вырезают на костях.

— Так и есть, — Михаил меланхолично кивнул. — И один из постулатов гласит: Если узор нарисован — его невозможно удалить. Только вот к узору можно добавить Грань. Добавишь вторую Грань — станешь Деусом. Третью — Трибусом. И так далее. Чем больше Граней, тем сложнее использовать узоры, тем глубже их действие.

— Узор нельзя изменить? — пробормотал я.

— Именно.

— Но вы же…

— Я изменил чистоту узора, Арчи. Чистоту Главного узора, заметь, — Михаил внимательно посмотрел мне в глаза. — Главный узор отличается от остальных. Его чистота не так важна. Но вот узор Призыва, который у тебя на руке… Ты использовал Белое Перо, Арчи. Им рисуют сложные узоры, но их чистота всегда колеблется от пятидесяти до шестидесяти процентов…

Арчи, обязательно спроси его, сколько конкретно процентов у твоего узора Призыва. Я попробую проанализировать и выявить закономерность.

— …Постулат Пути Неба гласит: Чакротело с каждым узором повышает своё сопротивление. Каждый раз используя Белое Перо, ты лишаешь себя практики рисования узора на своём чакротеле. Ты теряешь связь с его сопротивляемостью и тем самым губишь свой потенциал. Я очень надеюсь, что ты больше не поступишь настолько глупо.

Я кивнул. Получается, нельзя без лишней необходимости использовать сторонние предметы для рисования узоров на своём чакротеле, потому что сопротивление бесконтрольно возрастёт и в следующий раз будет труднее рисовать. Досадно…

Подумав, я засыпал Михаила вопросами:

— Вы сказали — Путь Неба. А какие ещё есть Пути? Сколько процентов чистоты у моего узора Призыва? И можно его как-то изменить, улучшить? И на что вообще влияет чистота?

— Стоп, — прервал меня Михаил и постучал пальцем по белой книжице. — У меня нет времени, чтобы лично объяснять тебе элементарную теорию. Почитаешь книжку и начнёшь обучение. Пока — индивидуально. Ты сильно отстаёшь от ровесников.

Я расстроено кивнул. Досадно.

— Но на заданные вопросы я отвечу, — смилостивился Михаил. — Путь Неба — это путь Грани. Его называют путём Огранённого. Это самый древний и могущественный путь.

Я кивнул. Путь Грани — Путь Неба — Огранцы. Пока всё понятно.

— Как появился? — сам у себя спросил Михаил и положил руку на чёрную книгу. — Церковь Пророка Великого утверждает, что это подарок самого Пророка нам, людям. В Священном Писании Церкви, Омаде, написано, что на заре Эпохи Рассвета Пророк создал узор и проложил Путь Неба для людей, которые в те времена жили под гнётом гулей. Родина Пророка — Иран, и по сей день эта страна остаётся одной из самых могущественных на Терре.

Волнение подкатило к горлу.

«Алиса. Дедушка Омад из Ирана. Дневник Джулиан. Мог ли он жить во времена Пророка или даже знать его лично?»

Арчи, я не знаю. Вполне возможно, что Омад и Пророк — один человек.

Я сглотнул. Боже, что же творится…

— Помимо Пути Неба есть Путь Земли и Путь Звёзд, который ещё называют Путём Глаз, — продолжил Михаил.

Я едва сдержался, чтобы не коснуться глаза.

— По Пути Земли следуют Чернокнижники, а Путь Звёзд — очень редкая мутация глаз. Подобной обладает наш Император — Борис Разящий.

Арчи, после слов Михаила я нашла забытую в памяти информацию про…

Но Алиса не договорила.