Борис Романовский – Сын Бессмертного. Книга 1 (страница 3)
– Мальчики? – слегка повысила голос женщина.
– В пятую кассету, я же сказал! – Дятел раздражённо на неё прикрикнул. – Он должен там сдохнуть, это прямой приказ Муми Бенэма. Умрёт тут – тебя саму в пятую кассету отправят, он так и сказал.
Услышав имя начальника, женщина скривилась. Я рассеянно подметил, что её лицо сильно напоминают задницу Белокрылой Макаки, которую я видел в зоопарке Небесного Грота. Такое же красное и пухлое.
– Идём, – женщина, которую я мысленно назвал Задницей, попыталась схватить меня за локоть, но я отпрянул и чуть не упал из-за сильного головокружения.
– Идём я сказала! – Задница впилась пальцами в моё предплечье и потащила внутрь кассетной комнаты.
Помещение было большим, в нём стояли несколько рядов столов с приставками. Я с искренним удивлением отметил, что приставки в Аду отличаются от райских. Нет, по форме такие же – прямоугольные коробки, на задней части которых торчат приёмники, а в центрах, в небольших углублениях вложены дуги картриджей. Только если в Раю приставки были строго белыми, то в Аду – красными. И это небольшое различие дико взбудоражило моё сознание, отравленное Дятлом, мерзкой падалью, который в моём личном списке будущих трупов стоит на третьем месте – аккурат после отца и Высшего Судьи Небесного Грота.
Приставки и картриджи – это Духи первого ранга. Интересно, а в Аду их специально в красный красят, чтобы они отличались от тех, что в Раю? Или рецепт создания Духа разный? А в Аду тоже есть Духотворцы, или они как-то по-другому называются?..
Из-за отравления я не мог нормально думать, в голову лезла какая-то ерунда.
– Быстрее, бастард ты ублюдочный! – гаркнула Задница и дёрнула меня вперёд. – Я твой член вырву, если не поторопишься! И чем это от тебя пахнет?!
Её крик прояснил моё сознание. Я стиснул зубы и постарался ускориться, с трудом сдержав вопль, – проколотый бок ужасно болел.
Задница искала неактивную приставку, это очевидно. На активных картридж мигал тусклым красным цветом, их мы сразу проходили.
– Вот! – Задница рывком притянула меня к одному из столов, на котором стояла приставка с неактивным картриджем.
Я чуть не упал, но Задница не позволила. Она жадно принюхалась, посмотрела на мой окровавленный бок и облизнулась. Её рожа скривилась в гримасе сожаления.
– Я не собираюсь подыхать из-за тебя, збалхл! – Задница грубо ткнула мне пальцем в пораненный бок, из-за чего я застонал от дикой боли, и мазнула кровью по приёмнику приставки. После этого с упоением вылизала палец.
– Пошёл!
– Помоги мне, – попросил я, не спеша прикасаться к картриджу, который наливался тусклым красноватым светом. Перед наступающей неизбежной смертью мне удалось взять себя в руки, и сейчас я лихорадочно искал выход. – Дятел тебе соврал, Муми ничего про тебя не говорил. Я желтоглазый, я выживу. Помоги мне, я отплачу.
– Да ты полудохлый, – Задница схватила мою руку и силой приложила её к картриджу. Из-за сильной потери крови я даже сопротивляться не мог. – Иди и нормально сдохни, не позорь жёлтые глаза!
Приставка запищала, приёмник жадно проглотил мою кровь. Я обречённо смотрел, как на картридже тусклый красный свет стал ярким – теперь мне точно конец. А в следующее мгновение меня затянуло в кассету…
Глава 2. Светлана
В Раю тоже попадают в кассеты через приставки и картриджи. Только вот те не созданы для убийств – в них или отдыхаешь, или играешь с друзьями. Такие в классификации кассет называются свободными. В Аду же кассеты совершенно другого типа – с условиями. В них реально можно умереть, и тогда твоя душа и тело навечно останутся в кассете.
Первое, что я увидел, оказавшись внутри, – песок и ветер. Я немедленно упал на одно колено и задержал дыхание. Рана в боку чуть не заставила меня вскрикнуть. Я стиснул зубы в ожидании голоса. И он не заставил себя ждать:
Как только голос закончил рассказывать правила, я выдохнул. Дятел соврал во всём – даже название кассеты неправильное сказал. Этого урода я убью медленно. Я закипел от злости, меня затрясло от бешенства. Как же я его ненавижу.
Я прикрыл глаза и постарался успокоиться. Вспомнил маму Её тёплый голос, улыбку, взгляд. Это сразу подействовало – мои эмоции пришли в норму. Фух. Всегда помогает.
Я посмотрел на рану. Из-за яда на её регенерацию уйдёт как минимум сутки, не меньше. Я буквально чувствую, как что-то чужеродное сопротивляется моей природной регенерации. На голову яд действует уже не так сильно, но в битве любая помеха может стоить жизни.
Я прислушался. Рядом были люди, это точно. Что будет, если они наткнутся на меня – голого и раненого? Убьют, это же Ад. Вот бы уйти отсюда. Пока я ранен, в кассете мои шансы выжить очень низки. Вот бы свалить…
Моя Атма запульсировала. Меня потянуло в сторону. Жутко хотелось пойти, куда меня вела интуиция. Я поднялся, сделал несколько шагов. Ветер стих, и я смог разглядеть пространство кассеты.
Я стоял на гигантском песчаном облаке, высоко в небе. Вдали виднелись другие облака, и по ним бегали Демоны, иногда пытаясь скинуть друг друга. На соседнем облаке велась крупномасштабная битва, в которой участвовали штук двадцать Демонов, среди них были и Муми. Чёрт, куда же я попал!
Песчаный ветер вновь закрыл мне обзор, и я поковылял, куда меня звала душа. Я чувствовал пульсацию Атмы. Чувствовал, что должен идти. И шагов через двадцать я дошёл. К этому моменту мне совсем поплохело, я потерял много крови. Требовались отдых и сон, срочно.
– И что это? – я приблизился к жёлтому пятну, внутри которого вращалась чёрная спираль. – Мне туда надо, что ли?
Голова закружилась. Я сплюнул и шагнул в пятно. Пространство вокруг меня померкло. Похоже на то, как люди попадают через приставки в кассеты. Я куда-то телепортируюсь.
Зрение восстановилось, песок сменился твёрдым полом. Я уже не на Песчаных Облаках.
– Кья-я-я-я! – меня оглушил женский визг.
Я вздрогнул и развернулся. Кричала молодая девушка, лет шестнадцати, одетая в форму служанки.
– Тихо! – гаркнул я на неё. Девушка заткнулась и выпучила на меня глаза.
Я огляделся. Кассетная комната с полусотней столов. И на каждом – по приставке. Почти все – активные. Только вот приставки не Адские, это точно. Более громоздкие, окрашенные в светло-голубой цвет. Экрана на стене нет.
Я покачнулся, голова кружилась с каждой секундой сильнее.
– Где выход? – я требовательно посмотрел на девушку.
Она дрожащей рукой показала куда-то в сторону. Перед глазами всё расплывалось, но я всё равно разглядел небольшую дверцу. Направился к ней, марая пол своей кровью. Чтобы добраться до двери, пришлось подняться по ступенькам. И каждая из них отдавалась жгучей болью в боку. Я толкнул дверь, и та с треском отлетела. Раздались крики.
– Упс, – я вошёл в просторную гостиную. Увидел диван и заковылял к нему.
– К-кто вы?! – мне перегородил путь мужчина, одетый в светлые штаны, футболку и ветровку.
– Аптечка есть?
– Д-да, – опешил мужик.
– Тащи, – я обогнул его, следуя к желанной цели.
Чтобы лечь на диван, мне пришлось его обойти. И тогда я увидел, что тот, оказывается, занят. На нём сидела девушка. Она со страхом смотрела на меня и не шевелилась. На ней была тряпичная маска, закрывающая нос и нижнюю часть лица. Большие светло-карие глаза, прямые чёрные волосы. Девушка выглядела очень хрупкой, как стеклянная статуэтка. Но не это меня привлекло в ней. От неё исходила очень знакомая аура. Такая тёплая, родная…
– Мама… – пробормотал я, с трудом сел на диван и лёг, положив голову девушке на колени. Меня клонило в сон, но я счёл нужным объяснить своей новой подруге ситуацию. Всё же я джентельмен.
– Я – Демон, – проморгался, пытаясь взглянуть в глаза девушке. – Очень могущественный Демон, раненый врагами. Я отдохну у вас и уйду. Мне надо вылечиться. Поняла?
– Д-да… – дрожащим голосом ответила подруга.
– Мне не мешай, – из последних сил пробормотал я, проваливаясь в сон.
***
А снилось мне то, о чём я всегда избегал думать.
Пш-ш-ш-ш.
Звук, который ассоциируется с падением песчинок. Который вызывает из глубин души подсознательный иррациональный ужас. Его я впервые услышал в шесть лет, в свой день рождения. Тогда мама испекла мне очень вкусный торт, которым я поделился с друзьями. В те годы я спал в одной комнате с мамой. Она мне рассказывала сказки со своей смертной родины, после чего я засыпал.
Но та ночь отличалась. Как только я задремал – раздался этот звук.
Пш-ш-ш-ш.
А затем мне стало холодно. Я заснул в Небесном Гроте, в своей комнате. А проснулся посреди снега и льда.
– Мама? – я дрожал от холода и повторял только одно слово. Рядом со мной лежало несколько острых ножей и кинжалов с деревянными ручками. Но здесь они были совершенно не к месту. Особенно мне запомнился нож с зелёной рукояткой в виде бабочки, сложившей крылья.
Я сильно жмурился и резко открывал глаза, пытаясь проснуться. Но у меня не получалось.