Борис Романовский – Князь из картины. Том 4 (страница 7)

— Ты бывал внутри? — во мне разгорелось сильнейшее любопытство.

Помню, как наша шестёрка много часов обсуждала, что именно находится по ту сторону Врат. Мы гадали, как сильно изменился Аэтерн и насколько круто будет, если мы сможем проникнуть туда и освоить эти земли.

— Да, — кивнул Ильяс. — И был ранен.

Он печально усмехнулся и добавил:

— Лучше не соваться внутрь. Там зреет что-то нехорошее.

— Что ты имеешь в виду?

— Магические существа бегут из Аэтерна. Ты заметил, как призывные монстры не хотят возвращаться домой? Я видел у тебя Гипно-Титанов. Попробуй узнать у них, почему они так не желают возвращения на родину.

Я, задумавшись, кивнул.

Да, он прав — Гипно-Титаны и правда высказывают максимальное нежелание возвращаться.

Я считал, что это нормально — ведь в нашем мире разумным монстрам лучше, тут безопаснее, нет такой агрессивной среды, как в Аэтерне. Но всё же стоит и правда попробовать поговорить с ними.

Мы начали снижаться, не долетая до Врат. Пролетели довольно большой город, закрытый климатическим куполом, и зависли над лесом, в нескольких километрах от моря.

— Где-то тут, — пробормотал Ильяс, внимательно разглядывая землю под собой и кусая губы. — Филипп… Я его чувствую, но где же он спрятался?

Вдруг раздался рёв. Одна из ледяных гор затряслась. С её вершины поднялся белый дым, который сформировался в гигантскую белую змею, что злобно уставилась на Ильяса.

Тот хмыкнул и презрительно посмотрел на неё.

Но тут раздался новый рёв, и в воздухе проявился энергетический слепок белого тигра. Сам монстр находился где-то внизу, в снежном лесу. Он был небольшим — метра два в холке. Я с трудом его увидел.

Со стороны моря показался третий Высший Монстр — энергетический образ белой птицы, раскинувшей широко свои крылья.

Само море заволновалось, на его поверхность всплыли гигантские щупальца с присосками.

Высшие монстры Сибири показали себя.

— Пошли прочь! — рявкнул Ильяс.

Он ткнул пальцем перед собой, и от его тусклого ногтя по пространству пронеслась энергия, как круги по воде.

Эти круги разошлись во все стороны и разорвали на части все три энергетических образа Высших монстров.

Ильяс щёлкнул пальцами и указал на тигра.

Тот заревел от боли и поспешно побежал прочь.

Затем Ильяс смахнул ладонью, и змея, словно получив пощёчину, рухнула на землю, пробив своей головой лёд.

Птица не стала дожидаться своей очереди и, развернувшись, полетела прочь.

Но разозлившийся Ильяс пнул воздух перед собой, и птица с обидным визгом взорвалась перьями. Зло клокоча, она за мгновение пересекла огромное расстояние и исчезла.

— Твой контроль над чужими телами достиг невероятного мастерства, — с уважением сказал я.

Ильяс как Целитель мог воздействовать на тела других существ.

Но я впервые видел, чтобы кто-то настолько легко мог преподать урок Высшим тварям.

Да, они явно застряли в своём развитии и по силам могут сравниться разве что со слабыми Высшими Магами. Но тем не менее навыки, которые показал Ильяс, были поразительны.

— Мелочи, — махнул рукой старик. — С этими слабаками мне несложно справиться. А вот с теми, что там, — он кивнул в сторону Врат, — там что-то плохое. Помяни моё слово — однажды весь мир содрогнётся.

Поёжившись, Ильяс направил нас вниз, к поляне, рядом с которой недавно бродил Высший тигр. Когда мы оказались над ней, Ильяс резко ударил ребром ладони, и земля под нами треснула, разъехавшись в стороны.

Я увидел громадный, размером с арену, панцирь черепахи, который, казалось, слился частично с промёрзшей землёй.

— А вот и Филипп, — печально сказал Ильяс, посмотрев на меня. — Оставляю его на тебя, Руслан.

Ильяс спустил меня на спину гигантской черепахи, и я принялся за работу. Несколькими взмахами жезла нарисовал гигантский ритуальный круг. Затем начал крайне скрупулёзно выводить весьма сложные руны.

Ильяс всё это время стоял в нескольких метрах, прямо в воздухе, и внимательно следил за моими действиями.

— Как всегда очень сложно, — прокомментировал он. — Не понимаю почти ничего из того, что ты делаешь.

— Это естественно, — хмыкнул я, не отвлекаясь от работы. — Ты ведь не ритуалист.

— Не ритуалист, — задумчиво сказал он. — Но я прожил сотни лет и изучил тысячи работ по этой теме. Но даже близко не приблизился к твоему уровню.

Я ничего ему не ответил. Высшие Маги могут гораздо свободнее изучать магию, в том числе и другие направления. Но Высший Целитель никогда не добьётся такого же мастерства в ритуалах, как Высший Ритуалист.

Где-то около часа мне понадобилось, чтобы нарисовать все нужные руны и закончить полный ритуальный круг. Затем я положил в центр Хранитель Форм и кивнул Ильясу. Тот, махнув рукой, поднял меня и приблизил к себе.

— Что это за артефакт? — с любопытством спросил он.

Только сейчас Ильяс поинтересовался, каким именно методом я собираюсь пробудить Филиппа.

— Это Хранитель Форм, — сказал я.

— Ого, тот самый? — удивился Ильяс. — Я знаю, что у Филиппа тоже такой был, но они ведь очень редкие.

— Да, — кивнул я. — Мне случайно такой попался.

— Какие там Формы? — Ильяс с большим интересом посмотрел на артефакт.

— Небесный Дракон, Песчаный Лев и Высшая Акула.

— Ого, Небесный Дракон! — изумился Ильяс. — Мощно! Там было три Формы? Не четыре?

— Ага, — кивнул я. — Три.

— Позже я помогу тебе добавить последнюю Форму артефакту, — великодушно сказал Ильяс.

Ничего не ответив, я достал из кармана пробирку с тёмно-фиолетовой жидкостью. Спокойно откупорил её и вылил вниз, прямо на спину черепахи. Капли жидкости ударились о панцирь и быстро испарились.

Ильяс никак не отреагировал на мои действия.

— Начинаю, — предупредил я, а затем принялся сосредоточенно читать заклинание.

Тёмный куб на спине черепахи ярко засиял, испуская золотистый свет. На нём начали проявляться чёрные руны. Они, словно чернила, начали растекаться по панцирю черепахи, пытаясь опутать его сетью.

Я сосредоточенно смотрел вниз и читал заклинания, наблюдая за происходящим.

Вдруг раздалось шипение. Панцирь черепахи начал дымиться. Куб медленно погружался внутрь него.

— Так всё и должно быть? — нахмурился Ильяс.

— Да, — кивнул я. — Куб должен добраться до тела мага. Только тогда он сможет слиться с ним. Артефакт запустит процесс изменения формы, и тогда Филиппу ничего не останется, кроме как пробудиться.

— Вот как, — закивал Ильяс, пристально разглядывая спину черепахи.

Прошло ещё несколько минут, и вдруг Целитель вздрогнул. Он нахмурился и принюхался.

— Что-то не так, — пробормотал он, а затем медленно повернул ко мне голову.

Я равнодушно смотрел вниз, на черепаху.

Треск!

Панцирь затрещал и начал сжиматься.