Борис Романовский – Князь из картины. Том 4 (страница 13)

— Ты слишком молод, — проворчал Борислав. — Очень молод.

— Да, так и есть. Я недавно возродился.

— Знаю, — Борислав поскрёб щёку.

— Что с Ильясом? — спросил я.

— Сбежал, — старик поморщился. — Но я его неплохо потрепал.

Он хмыкнул.

— Почему не предупредил, что хочешь устроить засаду на него? — спросил я.

— А зачем? — Борислав приподнял брови. — Я не доверяю тебе, Руслан. Я никому в этом мире не доверяю. И тебе советую того же. Не доверяй никому и бойся Тимура. Он нанесёт удар, когда ты даже не будешь об этом подозревать. Ты ведь помнишь его планы, Руслан? Помнишь, что он делает с теми, кого считает «Высшей Угрозой»?

Я скривился. Да, если Тимур возьмётся за меня всерьёз — начнутся проблемы. Реальные проблемы.

Борислав посмотрел на мой замок и добавил:

— Наши пути уже давно разошлись, Руслан. Но я не против с тобой поработать. Если тебе нужны будут мои услуги — обращайся. Думаю, тебе найдётся чем мне заплатить.

— Я запомню это, — кивнул ему. — Ты не разучился работать с душами Высших?

— Не разучился, — Борислав прищурился. — Это лучший ресурс для меня.

— У меня душа Евграфа, — я вздохнул. — Не могу доверить её тебе, прости. Но если знаешь способ, как её сохранить — то скажи.

Борислав задумался. Затем, не сдержавшись, спросил:

— Он умер тихо?

— Да, Борислав, — поморщился я. — Евграф умер тихо. Ни единого звука не издал.

Борислав рассеянно кивнул. В его руке появился чёрный шар.

— Это Сосуд Души.

— Если Филипп выжил, я передам душу Евграфа ему, — сказал я, с помощью Пространственной Иглы создав рядом с Бориславом небольшую воронку, которая вела в Зал Реликвий.

Старик поднёс сферу к воронке, и я поймал артефакт уже реальным телом.

Борислав коротко кивнул, развернулся и, вспыхнув фиолетовой дымкой, исчез.

Я развеял образ и убрал ладонь с Печати Замка.

На душе стало грустно.

Я не так давно возродился и ещё помню Борислава — чернобородого кучерявого мужика, невероятно увлечённого своим ремеслом.

Он всегда был весьма добродушным и немного рассеянным.

Среди нашей шестёрки Борислав считался младшим, и мы его поддерживали, часто помогали советами.

А сейчас он словно совершенно другой человек. Даже намёка на прошлого Борислава я не смог разглядеть.

Разве что его жутковатое чудачество подходит нынешнему Бориславу гораздо больше, чем прошлому.

Он навязчиво записывал и хранил звуки смерти каждого убитого им врага, считая их трофеями. У него была целая библиотека последних вздохов, стонов и проклятий.

Я устало вздохнул.

Этот день был невероятно сложен, и я уже валился с ног — жутко хотелось спать. Проведённый ритуал не прошёл даром, встреча с Ильясом и Бориславом ментально истощила.

Я всё время был настороже и в любой момент готовился дать отпор. Но всё обошлось.

Я подошёл к Хранителю Форм и положил на него ладонь. Подал внутрь ману, сосредоточившись.

Чтобы создать полную форму, в которую сможет превращаться Метаморф, артефакту требуется не только тело, но и душа монстра.

Я начал медленно вытягивать душу Евграфа и подставил Сосуд Души. Артефакт слабо засиял и впитал в себя невидимую субстанцию.

Отлично, в Сосуде душа точно не разрушится. В том же кубе она бы со временем рассеялась.

Так, теперь надо отправить плоть Высшего Метаморфа Григориану. Вспомнив разговор с Графиней Анитой, я хохотнул.

Да, неплохо получилось.

Конечно, не стоило так дразнить Высшего Мага, но как он может узнать, что у меня есть и другие части этого монстра?

Я вновь подал ману в Хранителя Форм.

Куб ярко засиял, из него выделился поток плоти.

Контролируя Печать Замка, я не позволил ему упасть на землю — поток плоти завис в десяти сантиметрах над полом.

Это была тёмно-серая масса из блестящей жижи. От неё исходила настолько мощная энергия, что даже Печать Замка автоматически включила аварийный режим и усилила защиту всего Зала Реликвий.

Я осмотрел кусок плоти размером с будку и с помощью левитации постарался придать ему форму задницы черепахи.

Никогда не видел задницу черепахи, если честно. Поэтому она больше напоминала человеческую задницу.

Ну, ничего. Черепах много, может, среди них есть и с такими попами, кто их знает.

Я убрал подальше пьедесталы, чтобы они не попали в кадр, и сделал фотографию. После чего отправил её на номер Графини Аниты.

Девушка перезвонила буквально через минуту.

— Это то, о чём я думаю? — взволнованно спросила она.

— Да, это жопа Метаморфа-черепахи, — с крайней серьёзностью сказал я. — Я могу её вытащить на замковую территорию, но дальше вам лучше самим её переправить.

— Где сейчас она? — спросила Анита. — Ты ведь понимаешь, что этой плоти требуется особое хранение?

— Конечно понимаю. Черепаха сейчас в моём Зале Реликвий, под моей защитой.

— Хорошо, скоро буду, — ответила она.

Я позвонил Амине и предупредил, что скоро придёт наследница Князя.

Анита прибыла одна — невысокая, миловидная женщина с очень серьёзным лицом и усталыми глазами.

По её глазам видно, что она пережила в жизни много трудностей и невзгод.

Хотя откуда, интересно? Марго собрала для меня сведения о Князе Григориане и его семье. Судя по ним, Анита — домашняя девушка, и почти не покидает замок. Князь её очень любит, и по слухам, они могут часами разговаривать.

Наверное, тренирует внучку, делится с ней умными мыслями и опытом жизни. Отсюда и такой глубокий трагично-уставший взгляд у неё.

Хороший дедушка.

Мы немного поговорили, но Анита явно торопилась и отказалась от чая. Как оказалось, она принесла с собой особый артефакт, который проверяет вес и качество плоти Высшего существа.

Также у неё с собой был максимально подробный текст договора с уже готовой печатью Князя Григориана.

Я внимательно прочитал этот контракт и не нашёл в нём никаких подводных камней.

Мы спустились на второй подземный этаж.

В Зал Реликвий я Аниту пускать не стал, но с помощью Печати Замка создал небольшое отверстие в двери. Прямо на месте выпуклого ишачьего лица — там, где находится глаз.