Борис Романовский – Князь из картины. Том 18 (страница 28)

Я оставил Филиппу способ связаться с Руслореки, и мы с Сириусом полетели вдвоём.

— Останься у меня в замке на некоторое время, — попросил я, когда мы набрали высоту. — Я открою тебе доступ в оба мира, и ты сможешь отправлять туда своих автоматонов или клонов.

Сириус задумчиво на меня посмотрел и согласно кивнул.

— На сколько мне нужно остаться? — уточнил он.

— Пока не знаю, — покачал я головой. — Я уверен, что сейчас на Земле есть несколько магов из Мира Войн, и опасаюсь, что они решат напасть на мой замок.

— Вот как, — Сириус нахмурился. — Ты думаешь, моих сил хватит, чтобы остановить их?

— Ты будешь не один — я буду с тобой. К тому же сам замок — это очень сильное оружие. Мы справимся.

— Хорошо, — Сириус чуть склонил голову. — Я останусь в твоём замке, если ты откроешь доступ в два мира для моих автоматонов.

— Договорились, — кивнул я.

Мы вернулись на Землю. Там я обменялся воспоминаниями с клонами, и мы начали обсуждать произошедшее.

Могло ли быть так, что Шнайдер просто меня обманул? Вряд ли Тимур стал бы делиться с ним своими планами. Что если Шнайдер всё выдумал, чтобы в итоге сбросить ярмо Тимура и выйти победителем? Он остался с Искрой Основы Смерти и освободился.

Но я не мог рисковать. К тому же я сразу поверил посланию Шнайдера — этот поступок был очень в духе Тимура.

В итоге мы пришли к выводу, что всё закончилось хорошо. Я получил Искру Основы и сокровища Тимура, страшный враг повержен. Пришло время заняться другими делами. Например — изучить странную пленницу.

Перед тем, как отправляться к женщине-монстру, я передал кольцо Тимура клонам, а сам переместился в Зал Реликвий и оставил там Искру Основы Трансформации. Некоторое время полюбовался на неё, после чего занялся пленницей.

Я вытащил монстра-женщину из Саркофага и первым делом заковал её в антимагические кандалы. Затем провёл несколько ритуалов, которые помешают ей сбежать. После этого я начал приводить её в норму — она была в очень плохом состоянии.

Я немало потратился и восстановил все её видимые раны. Разве что крылья остались в прежнем состоянии. И после этого случилось кое-что странное. Женщина-монстр подняла голову и посмотрела на меня — её глаза засияли золотисто-алым цветом. И я вдруг ощутил, как во мне поднимается волна агрессии.

Как маг крови я контролировал каждый процесс в своём теле — от выброса гормонов до мельчайших химических реакций. Поэтому внезапную вспышку ярости я сразу опознал как нечто постороннее. Это не моя агрессия — кто-то пытался её мне навязать.

Быстро нейтрализовав постороннее чувство, я стал гораздо осторожнее относиться к пленнице. Что это было?

Я провёл несколько экспериментов — и каждый раз на меня определённо пытались оказать влияние, но силёнок не хватало.

Тогда я начал приводить сюда других людей — в том числе и клонов. Все они ощущали то же самое — резкий подъём агрессии. Некоторые даже чуть не подрались друг с другом.

К сожалению, Чудак пока отлёживался, поэтому трогать его я не стал. У меня было подозрение, что тут может быть дело в концепциях, но я не знал, как это доказать. Поэтому мы продолжали различные опыты.

Это дело полностью захватило меня.

Лишь через пару дней, когда Чудак более-менее пришёл в себя и мог передвигаться, я переместил его на Землю и показал пленницу. Чудак сразу же подтвердил, что она использует силу концепции.

Вместе мы продолжили изучать монстро-женщину и вскоре пришли к поразительному выводу. Эта пленница каким-то образом являлась живым носителем концепции — скорее всего, концепции войны. Мы оба не понимали, как это возможно и каким образом Мир Войн создал такое. Эта тема нас очень заинтересовала.

Как раз в разгар наших исследований, когда мы думали о том, что можно сделать с этим монстром, ко мне прибыл гость. Причём очень знакомый — тот, кто уже навещал мой замок в прошлом. Один из людей Тимура — высокий лысый мужик с очень бледной кожей, который ни разу ничего не сказал.

Вот и сейчас, не сказав ни слова, он передал моему клону переговорный артефакт в виде небольшого камня. Я переместился в свой кабинет, куда уже доставили этот артефакт, и активировал его.

Через несколько секунд из камня раздался спокойный, но очень холодный голос:

— Руслан, объяснись.

— Какой же ты живучий, — хмыкнул я, откинувшись в кресле. — Как ты смог выжить?

— Объяснись, — повторил Тимур. — Зачем ты меня убил?

Я не сдержался и рассмеялся.

— Теперь мы квиты, Тимур. Один-один.

Повисло короткое молчание.

— Ты сделал большую ошибку, — произнёс он.

— Да ты что? — я хмыкнул. — Разве не ты собирался слить меня Миру Войн?

— Тебе об этом сказал Шнайдер, — не спрашивая, заявил Тимур. — Он обвёл тебя вокруг пальца. И меня обвёл. Ты ведь отдал ему Искру Основы Смерти?

— Да. Он это заслужил.

— Он тебя обманул, Руслан, — голос Тимура стал ещё холоднее. — Я никому ничего не собирался говорить.

Я хмыкнул и вспомнил о новой Искре Основы. Даже если Тимур прав — чему я не верю — и Шнайдер и правда меня обманул, я всё равно остался с огромным плюсом. Мало того, что получил кучу ингредиентов и Искру, так ещё и самого Тимура убрал с доски. Правда, надолго ли?

— Я честно выполнял свою часть сделки, — продолжил он. — Я достал тебе Искру Основы Трансформации. Ты должен мне Искру Основы Духа. Руслан, передай мне её. Если ты этого не сделаешь, то я воплощу слова Шнайдера в жизнь — передам Совету Мудрецов информацию о том, сколько Искр у тебя в руках.

Пока мы с Тимуром беседовали, мои клоны вовсю пытались его найти. В первую очередь они прочёсывали территорию Китайской Империи — проводили ритуалы, выискивая малейшие следы. Но пока ничего не получалось.

— Знаешь, Тимур, ты сейчас слишком слаб, чтобы хранить у себя Искру Основы, — миролюбиво сказал я. — Пусть она пока побудет у меня. Вот как достигнешь пятого Шага — приходи, поговорим. А до тех пор не беспокой меня. Если же сдашь меня Совету Мудрецов, сам прекрасно знаешь, что Искру ты и близко не увидишь.

Тимур некоторое время не отвечал, а потом спросил:

— Ты не боишься, что Шнайдер сдаст тебя?

— Вряд ли, — задумчиво ответил я. — Это не в его стиле. Он трусоват и будет бояться моей мести.

Тимур разорвал соединение. Я хмыкнул и откинулся на спинку стула.

Интересно, как же он в итоге воскрес? И сколько времени ему понадобится, чтобы вернуть свои силы? Его способ возрождения заключался в перемещении души в заранее подготовленные тела — скорее всего, весь процесс давно отработан, и Тимур прекрасно знает, что делать. Однако я уверен, что ближайшие несколько лет он вряд ли меня побеспокоит. Этого времени мне хватит, чтобы достичь уровня, на котором можно уже не опасаться его.

Ну ладно, хрен с Тимуром — он больше мне не интересен. Куда важнее маги из Мира Войн и война, о которой говорил Пророк.

Я аккуратно следил за ситуацией, искал любые намёки на волнения в народе и попытки спровоцировать военный конфликт. Но пока ничего не было — маги Мира Войн как будто затаились.

Ещё два дня стояло затишье, а потом прогремела новость — пал город в Индии. Повторилась судьба китайского города, и десятки тысяч людей были заражены за крайне короткое время.

Индийские власти не успели среагировать так же оперативно, как китайцы. Если бы не прибывшие церковники, всё могло выйти из-под контроля, но благодаря людям Архонта Гаррика проблему удалось купировать — хоть и ценой десятков тысяч жизней.

Но затем наступил другой неожиданный поворот. Во многих городах Индии вспыхнули волнения. Люди начали выходить на улицы, требуя наказать тех, кто уничтожил целый город. Они заявляли, что нельзя было так поступать. И без того нервные власти отреагировали весьма агрессивно — в Индии начались столкновения.

Я сразу подумал, что тут может быть влияние магов из Мира Войн. Некоторое время я пытался найти их, аккуратно исследуя территорию Индии и изучая те места, где вспыхивали столкновения между обычным народом и силами властей. Но никого отыскать я не мог.

И хоть маги из Мира Войн оказались для меня скрыты, то, что я видел в Индии, мне совершенно не нравилось.

Люди выходили на улицы тысячами, требуя наказать тех, кто уничтожил целый город. Сначала это выглядело как обычный протест — крики, лозунги, сжатые кулаки. Но с каждым часом напряжение росло. Власти стягивали войска и боевых магов, толпа не отступала. Я видел, как маги из правительственных сил без колебаний обрушивали заклинания на собственный народ. А из толпы им отвечали другие маги — те, кто ещё вчера носил форму и служил тому же государству.

Ни одна из сторон не сомневалась в своей правоте. Власти искренне верили, что давят мятеж ради порядка. Протестующие — что сражаются против тиранов, убивающих города. И те, и другие были готовы идти до конца. В этом и заключался весь ужас концепции войны — она не отнимала разум и не сводила с ума. Она давала каждому свою правду, за которую не жалко умереть.

Многие сражения я останавливал, просто усыпляя всех, однако это лишь капля в море. По всей Индии вспыхивали подобные восстания. И, конечно же, это не могло не сказаться на Скверне — скорее всего, не пройдёт много времени, прежде чем очередной город падёт.

Земля всё ближе и ближе подкатывалась к краху. Проблема в том, что чем больше Скверны становится на планете, тем сильнее её эффект. Если сейчас может вспыхнуть какой-то один город, то через пару-тройку недель не удивлюсь, если одновременно начнут заражаться сразу несколько. Плотность Скверны будет расти. Если сейчас маги — особенно Высшие — ещё более-менее защищены от неё и даже при непосредственном контакте могут не заразиться, то в скором будущем хватит просто дышать воздухом, чтобы в любой момент в душе вспыхнула Скверна.