Борис Романовский – Князь из картины. Том 14 (страница 7)

— У меня есть несколько новостей, — заговорил я, взглянув на Графа.

— Я вас слушаю, — сосредоточенно ответил он.

— Во-первых, я смогу спасти Князя.

В глазах Тихомира появилось искреннее изумление. Похоже, он сам нисколько не верил, что такое возможно.

— Только вот, — я сделал паузу. — Твой предок, скорее всего, больше не сможет использовать магию.

Граф тут же помрачнел, а я продолжал:

— На данный момент его тело и душу терзают три Высших проклятия. К ним, как поросята к свиноматке, присосались ещё семь более слабых проклятий. Они все переплелись в такой жёсткий клубок, что я даже не слышал о том, что такое вообще возможно. На самом деле, если это не случайность, а просчитанная атака, то враг твоего предка был невероятно талантливым магом.

Пожарский на это ничего не ответил.

— Постепенно я смогу распутать этот клубок, хотя для некоторых ритуалов понадобятся весьма редкие ингредиенты, — продолжил я. — Особенно для того, чтобы снять Высшее проклятие.

— Мы готовы их предоставить, — сухо сказал Пожарский.

Я кивнул и продолжил:

— Что касается моих слов о магии… Тут проблема в том, что проклятия, которыми поразили твоего предка, исказили его энергетическую систему. Он банально не сможет поглощать и сохранять внутри себя ману.

Я вновь окинул взглядом Князя. Да уж, удивительно.

Маги во время прорыва на Высший ранг перестают иметь источники в прежнем смысле: они сливаются с телом и душой, переставая быть отдельными «сосудами». Трансформацию проходят и манаканалы.

Если раньше каналы были в основном завязаны на физическое тело и отходили от источника, то после прорыва они буквально растворяются во внутренних органах и частично фиксируются на душе, становясь тоньше и «живее».

У Высшего Мага формируются зоны повышенной ёмкости — своеобразные резервные карманы, где может удерживаться основной запас маны. В Гласе их ещё называли энергетическими узлами, а в Мире Войн — «озёрца».

Самое поразительное, что узлы находятся на стыке души и тела и не имеют жёсткой анатомической привязки. Их положение скорее структурное, чем пространственное. Поэтому Высший Маг может быстро перенаправлять энергию из резерва в любую часть тела — насколько позволяет контроль.

И тем удивительнее, что Высшие Проклинатели, атаковав одновременно тело и душу, смогли повредить не только каналы, но и эти узлы.

Мне очень повезло, что Орден Проклинателей не видел во мне серьёзного противника. Если бы они не напали всем скопом, а решили действовать втихую, атакуя из темноты, то мне бы пришлось очень тяжко.

А ещё повезло, что Ишак не так уж давно стал Высшим и не дорос до по-настоящему важных проклятий.

Хотя он и сейчас является весьма грозной силой. Вспомнить того же Шахира из Персии — мои клоны внимательно следят за ним, поэтому я знаю, что у него с каждым днём становится всё больше и больше проблем. Недалёк тот день, когда жизнь Шахира будет разрушена.

— Вы говорите, что сможете исцелить его, — заговорил Тихомир. — Но после того, как вы уберёте все проклятия, он не сможет пользоваться магией. Я вас правильно понимаю?

— Да, — кивнул я. — И для исцеления мне потребуются Высшие ингредиенты, и их будет немало.

Пожарский молчал, хмуро разглядывая тело своего предка.

И тут случилось неожиданное — глаза старика, который и жить-то уже не должен, вдруг открылись.

Я поморщился, увидев в обоих глазных яблоках шевелящихся личинок. Почти беззубый и даже почти безгубый рот медленно открылся, и изо рта старика вырвался хрип.

Сразу жутко завоняло — даже представлять не хочу, что у него там с внутренними органами.

Старик хрипел, а затем всё же смог едва-едва понятно заговорить:

— Н-хе н-ха-до.

Граф повернул ко мне голову.

— Князь отказывается от вашего предложения.

— Я понимаю, — кивнул я, а затем, немного помолчав, продолжил: — На самом деле есть ещё один способ, и он гораздо эффективнее для вас.

В глазах Графа появилось удивление.

— Говорите, Князь, прошу, — произнёс он. — Я вас слушаю.

И хоть лицо старика ничего не выражало, я был уверен, что он тоже каким-то образом меня слышит. Всё же удивительный человек этот Князь Пожарский — вместо него любой другой уже давно бы попросил себя добить. Но нет, живёт, цепляется до последнего.

— Может быть, вы слышали про легендарный Дом Престарелых? — спросил я.

Граф нахмурился и покачал головой.

— Нет, я не знаю, о чём вы говорите.

— Что ж, — я сделал паузу. — Тогда, может, вы слышали о том, что некоторые Высшие Маги неожиданно помолодели?

— Нет, — снова покачал головой Тихомир. — Об этом я тоже не слышал.

Я поморщился. Хотя это неудивительно, всё же Борислав в первую очередь брал Высших Магов четвёртого и третьего Шага — лишь они могли быть для него полезны. Остальных же он даже не рассматривал.

А те, кто достигли четвёртого или третьего Шага и готовы отвалить немаленькие ресурсы ради своего омоложения, как правило, уже довольно стары — и пара десятков лет жизни особо не скажется на их внешности.

Я неспешно рассказал про Дом Престарелых. Тихомир с явным удивлением слушал, а затем несколько секунд обдумывал мои слова.

— Вы сказали, что этот… — он запнулся, — что этот Дом Престарелых способен откатить время Высшего Мага четвёртого Шага на двадцать лет. Но для моего предка это не сыграет роли, так ведь?

— Так, — кивнул я. — Однако так вышло, что я лично знаю директора Дома Престарелых.

Тихомир нахмурился, и я добавил:

— Я знал его во время первой жизни.

Глаза Пожарского широко раскрылись от осознания.

— Сколько же ему лет?.. — пробормотал он.

— Ему далеко за восемьсот, — кивнул я. — И мне, как его хорошему знакомому, известно побольше, чем любым другим Высшим Магам. Я знаю, что у него есть способ откатить время Высшего Мага на побольше.

На этот раз в глазах Пожарского разгорелась настоящая надежда. И даже старик каким-то образом шевельнулся.

— Предупреждаю сразу — это будет стоить дорого. Всё же директор Дома Престарелых — это Высший Маг пятого Шага. Он берёт крайне ценные ресурсы даже за отмотку двадцати лет, что уж говорить о том сроке, который нужен Князю Пожарскому.

— Мы согласны, — тут же сказал Тихомир. — Скажите, какую цену нужно заплатить и кому?

— Я могу свести вас с ним, и вы сами с ним договоритесь. Но будьте готовы, что он потребует как минимум ингредиент, эквивалентный четвёртому Шагу.

Глаза Пожарского тут же померкли.

— К сожалению, это невозможно, — тихо сказал он. — У нас нет такого.

— Мы можем сделать по-другому, — предложил я. — За вас заплачу я, но тогда вы будете должны мне.

И вновь, в который раз, лицо Графа изменилось.

— Вы правда можете? — не веря, спросил он.

— Да, — кивнул я. — И для начала, если Князь Пожарский будет полностью исцелён, за вашим родом будет числиться полноценный долг жизни. Это во-первых. Во-вторых, как мы и договаривались прежде, вы передадите мне рудник с камнями силы и Эссенцию Магии Времени. В-третьих, я хотел бы получить любые свитки, книги, трактаты, связанные с Высшей ритуалистикой, которые есть у вас.

Граф Пожарский, замешкавшись, посмотрел на своего предка.

— Ну и, конечно, не стоит распространяться о нашем разговоре, — добавил я.

— Давайте заключим магический контракт, — спохватился Граф.

— Обойдёмся без него, — отмахнулся я. — Даже дурак не станет раскрывать подобные секреты. А вы — не дурак.

В мыслях я отметил, что даже если Пожарский проболтается — то и пусть. Хотя вряд ли, конечно. Скорее, это нам с Бориславом придётся пустить слух о природе исцеления Пожарского, чтобы привлечь новую категорию клиентов. Тех, кто готов заплатить о-о-очень много ради сильной отмотки времени.