Борис Романовский – Князь из картины. Том 13 (страница 22)

Она может повелевать судьбами, и знает это. Наделённая высшей властью и неземной красотой — очень опасное сочетание. Ну и возбуждающее, чего уж греха таить.

Я по всем правилам этикета поприветствовал её. Она ответила мне тем же, и я повёл её к лестнице.

Сегодня Императрица прибыла без единого стража, что говорило о высокой степени доверия. Мы поднялись на башню, где уже был накрыт столик с самыми разными деликатесами, и сели друг напротив друга.

Я некоторое время любовался Анастасией. Она поняла, что я рассматриваю её, и на её щеках появился румянец.

Первые пару минут мы молча завтракали, при этом соревнуясь в правилах этикета. Наконец, когда я отложил столовые приборы, к нам подошла Марго и разлила чай. Она настояла на том, чтобы поухаживать за нами.

— Я бы хотела поговорить с вами наедине, — подала голос Анастасия.

Я кивнул Марго, и та, склонив голову, ушла. Затем я поднял жезл, и над нами появился едва видимый ритуальный круг.

— Теперь за нами никто не подсмотрит и никто нас не услышит, — сказал я.

Анастасия быстро бросила взгляд наверх, а затем кивнула.

— Благодарю.

Некоторое время она вновь молчала. А я вдруг начал догадываться, в чём может быть причина её прихода, но всё же решил дождаться, когда она наберётся смелости.

— Вы, должно быть, видели интервью Филиппа Евграфовича, нашего Сиятельного Князя, — медленно, выверяя каждое слово, произнесла Императрица.

Я окончательно убедился в своих догадках.

— Да, — кивнул я. — Дай угадаю: эти старые пердуны хотят, чтобы ты родила от Филиппа?

Анастасия слегка замешкалась и также медленно кивнула.

— А ты, я так понимаю, не хочешь этого делать? — продолжил я.

Снова кивок.

— И вот эти старики напомнили, что вообще-то есть ещё один Любимчик Мира, — усмехнулся я. — И ты предпочла простоватому Филиппу, который к тому же в возрасте и которого ты совсем не знаешь, красивого молодого парня — очень обаятельного, сильного, перспективного, умного, смешного…

Я осёкся, поняв, что немного перебарщиваю. Анастасия наклонила голову и всеми силами старалась казаться спокойной. Но, судя по её пунцовым ушам, у неё это получалось не очень хорошо.

Мне захотелось рассмеяться, когда я вспомнил нашу первую встречу. Тогда я в шутку говорил, что она позвала меня, потому что хочет иметь от меня ребёнка. Похоже, те мои слова оказались пророческими.

— Вы прекрасно всё понимаете, — тихо сказала Анастасия.

Она подняла голову и пронзительно посмотрела на меня.

— Я Императрица. Дать Империи наследников — это мой долг. Мне в любом случае придётся рано или поздно родить ребёнка. Я бы предпочла, чтобы он обладал высоким талантом. И вы правильно сказали — я предпочту вас Филиппу Евграфовичу. Если, конечно, вы способны на это.

Она с вызовом смотрела на меня.

Я хмыкнул и отпил чаю.

Разумеется, соглашаться на предложение Анастасии я не намеревался. Мне совсем не хочется плодить кучу детишек даже для собственного рода, что уж говорить о том, чтобы делать это для кого-то другого.

Но я сочувствовал судьбе этой девушки и хотел ей помочь. Мне становилось неприятно, когда я думал, что она после моего отказа согласится родить от Филиппа.

Да и нравится она мне, чего уж.

— Скажи, а ты сама хочешь править Империей? — спросил я. — Тебе это нравится?

Анастасия не отвечала.

— Поговори со мной, — попросил я.

При этом я обдумывал всю ситуацию с разных сторон и искал подходящее решение.

— Нет разницы, хочу я этого или нет, — заговорила Анастасия, повернув голову и разглядывая небо. — Это мой долг, и я исполню его с честью. Я не опозорю поколения своих предков, не стану той, из-за кого прервётся род Рюриковичей.

— Это похвальная позиция, — кивнул я. — Она правильная. Но сейчас я говорю не о твоём роде, а о тебе. Чего хочешь ты?

Анастасия слегка прищурилась и слабо улыбнулась.

— Я… С детства мечтала о том, чтобы летать. Очень хотела подняться в воздух так же, как это делал мой дедушка, Высший Маг.

Она помолчала, уйдя глубоко в мысли.

— А ещё раньше, когда мне в детстве читали сказки, я мечтала побывать в других мирах. Позже я поняла, что это практически невозможно… — она бросила на меня взгляд. — Хотя сейчас мне известно, что есть варианты. Мир Войн и тот мир, куда ушла Башня Испытаний.

Анастасия продолжала говорить и говорить. А я сидел и слушал.

Она рассказала про своё детство, про своих родичей, про мать. Её отец был убит, когда она только родилась.

Она рассказывала про то, как она росла и наблюдала за тем, как её род угасает. Это нашло отклик в моей душе — я вспомнил свою жизнь в портрете, своё отчаяние от осознания, что Юсуповых очень скоро может и не стать вовсе.

Анастасия рассказала, как долго переживала и плакала, узнав, что у неё средний потенциал, из-за которого невозможно подняться до Высшего ранга.

А затем — как согласилась на изменение костей, даже не подозревая, на что подписывается. Но уж очень она хотела повысить свой талант и когда-нибудь стать Высшей.

Эта операция началась, когда ей было четырнадцать, и закончилась в семнадцать. Три года она почти ежедневно испытывала мучительную боль. Она ни с кем не общалась, кроме своих родственников.

Родственников, которых с каждым годом становилось всё меньше и меньше.

В семнадцать, когда все её кости наконец-то были изменены, от её рода практически ничего не осталось, и ей пришлось взять на себя бразды правления, стать Императрицей.

Анастасия много рассказывала, а я молча слушал.

Эта девушка, похоже, никому и никогда не выговаривалась. Долгие годы в ней копились эти переживания, и вот сейчас она смогла их выплеснуть.

Когда она сделала паузу, чтобы промочить горло, я прикрыл глаза и подал сигнал своему клону.

— Не хотите выпить вина? — предложил я.

Она посмотрела на меня и через силу улыбнулась.

— Не откажусь.

Ильяс сидел за ноутбуком и неловко печатал текст сообщения. Его тело росло слишком быстро, и он не мог до конца привыкнуть к этому. Однако столь бурный рост не расстраивал Ильяса — наоборот, только радовал.

Он отправил сообщение и довольно улыбнулся. Сидя тут, у Юсуповых, он управлял огромным Орденом Целителей, которому принадлежали крупнейшие фармакологические компании и огромное количество больниц по всему миру.

Кроме того, он скоро собирался громко объявить о себе. Ильяс уже договорился с Гавриилом, что когда исцелит Филиппа, Императорский Род объявит: Высший Целитель Эверхард на самом деле является Ильясом Зариповым — Высшим Магом, ровесником Филиппа Черепецкого и Руслана Юсупова. Сейчас, когда Руслан и Филипп один за другим объявили о своём возрасте, ему можно перестать скрываться.

Также будет объявлено, что он достиг пятого Шага. И что после лечения Филиппа он отправился в Аэтерн, чтобы исследовать другой мир и найти лекарство от магической чумы.

Это даст ему время — как минимум лет десять никто его точно не будет трогать. А потом можно будет снова вернуться к пику своих сил и напомнить о себе, почистив ряды предателей и врагов.

Таким образом Ильяс собирался выиграть себе достаточно времени до того, как сам станет Высшим Магом. Потом уже всё станет гораздо проще.

Тут дверь открылась, и вошёл клон Юсупова.

— Есть дело, — сразу сказал он.

— Какое? — недовольно проворчал Ильяс, развернувшись вместе с креслом.

— Скажи, ты сможешь восстановить репродуктивные способности не только Филиппу, но и Александру и Гавриилу? — прямо спросил клон.

Ильяс задумался. В его голове тут же замелькали разные планы. Он понял, что как-то упустил этот момент.

Ведь и правда, он может провести подобную операцию не одному человеку, а нескольким, и с каждого получить свою выгоду. Останется только договориться с Юсуповым и Филиппом, но вряд ли они будут против.

Усмехнувшись, Ильяс задумался над вопросом клона и ответил: