Борис Орлов – Инопланетное вторжение: Битва за Россию (сборник) (страница 10)

– Я за деревом спрятался, лес слушал. Вижу, ветки сзади затряслись, ну и показывается Озан. Спрашиваю его: «Ты куда идешь?» Он сперва дернулся, но, увидев меня, нагло так говорит: «Куда надо, туда и иду! Это не моя война, не моя страна и не моя вера. Сами разбирайтесь».

Андреас опустил взгляд вниз:

– Ну я и вспылил. Сказал Озану… в общем, нетолерантно сказал. Очень не толерантно. А он мне в лицо со всего маху кулаком засадил. Я не ожидал… Но автомат не бросил.

Марта пригладила мужу взъерошенные волосы на затылке, чмокнула в щёку:

– Ничего. В следующий раз будешь готов.

Дреер сокрушенно покачал головой:

– Кто бы мог подумать! Озан… Это так на него не похоже, – Мартин тяжело вздохнул и погрузился в какие-то свои, явно невеселые мысли.

Марта еще раз окинула взглядом боевые раны супруга, удовлетворенно покачала головой и твердо сказала, смотря прямо в глаза Дрееру:

– Что стоим? Возвращаемся к сумкам. Там же турист один остался. Кстати, может быть, он тоже сбежал.

Турист не сбежал. Он, нервно переминаясь с ноги на ногу, топтался возле раскрытых баулов, явно пытаясь дозвониться кому-то с мобильного телефона. Судя по недовольной жестикуляции – безуспешно.

Увидев подошедших к нему людей, незнакомец широко развел руки в стороны:

– Связи нет. Радиостанции почти никакие не работают. Я только смог на короткое время поймать одну волну…

Андреас нетерпеливо перебил собеседника:

– И что? Что сказали?

– Сказали, база ВВС полностью уничтожена, Кайзерслаутерн подвергся сильной бомбежке. Множество погибших. Война началась, война…

Марта очень тихо спросила:

– Какая война? С кем? Это же невозможно! Это бред!

– Не знаю. Передача сразу оборвалась. Я сам ничего не понимаю. Кто разбомбил базу и сбросил десант? Не французы же! Хотя от их границы до вас совсем недалеко.

Совершенно бледный Андреас пошатнулся:

– Это безумие. Это не может быть правдой. Нам воевать не с кем! На нас никто напасть не может!

Дреер резко мотнул головой:

– Ну если рассуждать теоретически, то есть кому на нас напасть.

Андреас удивленно спросил:

– И кто же это? Иран? Северная Корея?

– Какой к черту Иран! Только русские могли бы это сделать, – Дреер показал себе за спину, где продолжали глухо громыхать взрывы и вовсю полыхал поселок. – Могли бы. Если бы Рамштайн стоял в тридцати километрах от Калининграда, а не от французской границы. Может, и правда лягушатники из-за кризиса с ума сошли?

Марта, до этого момента не встревавшая в мужской разговор, внезапно спросила у туриста:

– Так как тебя зовут? И откуда приехал?

Турист растерянно улыбнулся:

– Меня зовут Дмитрий Смирнов. И я из России.

Трое немцев замерли. Марта медленно подняла дробовик. Ствол оружия покачался из стороны в сторону и замер точно напротив сердца Дмитрия. Лоб у него мгновенно покрылся испариной:

– Да вы что, господа! Что вы здесь напридумали! Во-первых, нападение моей страны на вашу – это даже не фантастика, а бред сумасшедшего! Во-вторых, я действительно приехал в Германию по делам! Вот мой паспорт, там и виза шенгенская есть! – Дмитрий осторожно полез в задний карман брюк, достал документ и плавно протянул его Марте.

Ствол дробовика дрогнул и немного опустился.

– Дреер! Возьми паспорт, посмотри.

Мартин с посуровевшим лицом зашуршал страницами, внимательно посмотрел на фотографию.

– Документ вроде настоящий! – Дреер неожиданно резко махнул рукой. – Да какая к черту разница, настоящий он или нет! Все равно не поймем. Что мы тут из себя строим контрразведку! Что хотим выяснить?

Марта опустила помповик, её лицо смягчилось:

– Действительно, как-то это все чересчур. Надо сначала разузнать обстановку, а то мы как слепые котята. Дмитрий, что ты собираешься делать?

Русский с явно выраженной радостью на лице быстро спрятал паспорт в карман. Глубоко вздохнул и, сильно волнуясь, отчего его акцент стал более заметен, произнес:

– Что делать? Совершенно не представляю. Знакомые у меня есть только во Франкфурте, там же и наше консульство находится.

Дмитрий замолчал. Немцы отошли в сторону, о чем-то коротко переговорили.

Марта с лихо закинутым на плечо помповым ружьем вплотную подошла к Смирнову, по пути ткнув носком кроссовки ближайший баул:

– У тебя есть два варианта. Ты берешь эту сумку и тащишь её на горбу или разворачиваешься и идешь своей дорогой. В первом случае тебе придется подчиняться нашим командам.

Смирнов облегченно улыбнулся и взялся за лямки сумки. Группа резво двигалась по лесу. Впереди, изредка посматривая на наручный компас, шагал Дреер с винтовкой наперевес. За ним, подгоняемые сзади окриками Марты, плелись нагруженные всеми сумками Смирнов и Шаллер.

Дмитрий хоть и пригибался под тяжестью поклажи, но, благодаря регулярным занятиям фитнесом у себя дома, шел ровно, без одышки. Даже завел разговор с соседом.

– Андреас, я вот не пойму, кто вы такие. Как получилось, что бахнуло – и вы буквально через минуту дергаете из поселка с оружием и сумками, полными всякого военного барахла?

Герр Шаллер, бросив быстрый взгляд на Смирнова, важно ответил:

– Мы из Рамштайна.

– Да хоть из Кронштадта! – поправляя въевшиеся в плечи лямки, протянул русский. – Как получилось, что вы полностью готовы оказались? Вы знали, что сегодня случится?

– Нет, не знали. Просто уже много десятилетий жители Рамштайна живут рядом с крупнейшей в Германии авиабазой. К тому же там хранятся ядерные заряды. В случае войны нас первых должны накрыть. Собственно, и накрыли. Хорошо, что не ядерной бомбой.

– А сумки что, уже собранные были?

– Они всегда собраны. Раз в полгода я меняю в них запас продуктов, батарейки. Так что мы готовы всегда. Я сам не местный, после свадьбы в посёлок переехал, – Андреас усмехнулся. – Марта быстро мне местные порядки объяснила. У них уже давно в Рамштайне так заведено. Раньше, когда с СССР холодная война была, так сумки не в подвале стояли, а прямо в прихожих.

– Понятно. Надо же. А кто у вас командир? В смысле, не у вас, а у нас?

Шаллер неопределенно покачал головой.

– Да пока точно не определились. И Марта, и герр Дреер оба служили в Бундесвере. Оба резервисты. У Дреера вроде и звание повыше, чем у жены, но попробуй Марте слово поперек скажи… Думаю, герр Смирнофф, к обеду этот вопрос окончательно прояснится.

– А у тебя какое звание, Андреас?

– Я не служил. А ты?

– Я служил. В пехоте, правда давно это было, еще при Советском Союзе…

Некоторое время шли молча. Впереди идущий Дреер остановился, направил ствол винтовки куда-то в крону раскидистого дерева.

– Черт! Это же парашют!

Дмитрий посмотрел вверх. Метрах в семи над землей висел, прочно запутавшись в ветках, ослепительно белый купол парашюта. Стропы были срезаны и валялись прямо под деревом. Небольшой куст, росший в двух метрах от дерева, прямо под слабо покачивающимся на ветру куполом, был сильно смят, обломанные ветки торчали во все стороны.

Подскочившая Марта начала деятельно распоряжаться:

– Андре, прикрой фланг. Да куда с сумкой поперся! Оставь её здесь. Герр Смирнофф, ты тоже сумки сбрось. Присядь, отдохни немного.

Герр Дреер обошел вокруг дерева, внимательно осмотрел обрывки строп и помятый куст.

– Марта, такое впечатление, что десантник, запутавшись в ветках, просто обрезал стропы и упал на землю, вернее на куст.

– Но этот куст никак не мог смягчить падение. Парашютист должен был как минимум сломать себе ноги. А по-хорошему – так и разбиться насмерть.