Борис Мышлявцев – Осьминог. Неонуарная киноповесть (страница 2)
На пустынном, поросшем пожухлым кустарником берегу его уже ждала дежурная группа. Знакомые лица: видавший виды следак Андрюха, молодой опер Цой, веселый криминалист Дима, девушка-кинолог с каким-то инопланетным именем (Аэлита?) и циничный пожилой медик Артем Сергеич. Чуть поодаль стоял какой-то незнакомый Роману спортивного вида крепыш лет шестидесяти. Справа над берегом нависала раскрошенная бурая скала и грунтовка прижималась там к самой воде. У этой скалы и лежало одетое в яркую синюю куртку тело.
Все обернулись к Роману. Обменялись приветствиями, а следователь Андрюха спросил:
– Тебе дело дали?
Роман неопределенно кивнул:
– Попросили пока данные взять. А так вряд ли. Наверное, Пашка достанется. Он в отъезде сейчас, завтра приезжает. Что тут у нас?
Андрюха потер щетинистый подбородок, носком кроссовка аккуратно прикоснулся к скорчившемуся на обочине телу:
– Труп девушки. Вот гражданин, он обнаружил.
Свидетель с достоинством кивнул:
– Я по субботам обычно приезжаю сюда, искупаться.
– Искупаться? Вода ж ледяная уже! – удивился Роман.
– А я каждую субботу купаюсь – если погода позволяет, да если льда нет. Вот уже двадцать лет.
– Ого! – с уважением отреагировал Роман.
Свидетель продолжал:
– Да… Так вот, обычно я с утра пораньше езжу. А сегодня закрутился что-то, поехал уже в двенадцатом часу. В одиннадцать тридцать пять здесь был – тело увидел. Сразу в полицию позвонил.
Порыв ветра принес откуда-то пакет с рекламой Морского рынка: веселенький осьминог, держащий в воздетых вверх щупальцах буквы М и Р. Пакет потанцевал немного в воздухе, а потом приземлился на голову трупа. Криминалист аккуратно убрал пакет и отбросил его в сторону.
Роман включил телефон на запись и спросил:
– Кто-то еще здесь был, когда вы приехали?
– Да в это время года народу тут и не бывает. Сколько езжу – никого и не встречал в такое время. И сейчас не было никого. Я вдоль кустов аккуратно ехал, увидел – лежит что-то на обочине. Вышел – и сразу как-то понял, что она мертвая. Я ей щеку потрогал – холодная, как камень. Сразу вам позвонил…
– Тело не двигали? – спросил Андрюха. В своей легкой курточке он ежился от стылого морского ветерка. Молодой оперативник Цой тоже продрог. Все это время он стоял молча, энергично двигая челюстью – жевал резинку.
Свидетель отрицательно покачал головой.
– Вы пока в машине посидите, хорошо? – дружелюбно сказал Роман и легонько подтолкнул мужчину к его старенькому внедорожнику.
Свидетель немного нехотя подчинился.
– Полосы на песке видите? Тело несколько метров протащили по песку, – сказал криминалист. Роман кивнул и спросил:
– Вы все тут сфотографировали? Тогда давайте аккуратненько перевернем.
Артем Сергеич медленно перевернул на спину похожее на куклу тело. Потрогал щеку тыльной стороной ладони. Аэлита метрах в двадцати от них в это время что-то объясняла умной собаке. Собака внимательно слушала свою молодую начальницу, время от времени кивая лобастой головой.
Артем Сергеич встал, отряхнул руки.
– Чуть выше виска ссадина, кровоподтек спускается на скулу, – сказал он, обращаясь к Роману. – Похоже на сильный удар тяжелым тупым предметом… Не очень жестким, не железкой. Травма прижизненная, нанесена за несколько часов до смерти. По самому первому впечатлению смерть наступила несколько часов назад. На лице следы, предположительно от скотча – видимо, ей заклеивали рот.
– Давайте с местом тут все закончим – и дальше в стационарных условиях, – проворчал замерзший Андрюха.
Криминалист Дима наклонился над телом, долго смотрел на искаженное смертью лицо девушки. Немного удивленно сказал:
– О! Блин, а ведь я знаю ее. Это дочка мэра нашего.
Оперативник Цой перестал жевать свою резинку.
ГЛАВА 2. «Царство мрачное Аиды»
Геннадий Степанович через большое увеличительное стекло внимательно рассматривал крупную серебристую монету. Хороша! Он придвинул настольную лампу, щелкнул выключателем – лампа моргнула и погасла. Черт! В дверь громко постучали, и только он намерился было ответить – в кабинет ввалился бесцеремонный Роман.
– Проходи, присаживайся, – кивнул головой в сторону стула Геннадий Степанович и продолжил свое нумизматическое исследование. Роман убрал со стула стопку бумаг, положил ее на угол стола и сел. Он взглянул на застекленный шкаф, где перед книгами торчали многочисленные бюстики Владимира Ильича Ленина: их Геннадий Степанович коллекционировал, так же, как и редкие монеты, ордена и медали уже несуществующих или непризнанных государств и прочие странные и не очень интересные с точки зрения Романа штуковины.
– Замечательная монета, – наконец-то проговорил Геннадий Степанович. – Редкая! Островная Федерация Сен-Пол и Талула. А знаешь, кто изображен на монете?
– Английская королева? – предположил Роман.
– Ни за что не догадаешься. Вот, смотри!
Геннадий Степанович протянул Роману блестящий кругляшок.
Роман взял монету, посмотрел на изображенного на ней парня в шлеме.
– Так это же Гагарин, – удивленно сказал он.
– Точно. Гагарин, – с довольной улыбкой подтвердил Геннадий Степанович, убирая увеличительное стекло в выдвижной ящик стола. – Монета выпущена в тысяча девятьсот шестьдесят первом году в честь первого полета в космос. Чтут дикари подвиг русского человека! Но это ладно. Они там периодически выпускают такие монеты с разными историческими личностями. Для коллекционеров. А ты подпись прочитай внимательно.
Роман снова посмотрел на монету, прочитал:
– Гагарин.
– Ты внимательней смотри, это же латиница.
Геннадий Степанович потянулся, поправил галстук и налил себе полчашки очень крепкого черного чая из стоявшего на столе фарфорового чайничка с японским иероглифом «покой».
– Тогда получается – ГагаПин. «Эр» они по-русски написали, без палочки.
– Вот! – многозначительно усмехнулся Геннадий Степанович. – Ошибка вышла. Таких монет успели только пробную партию отчеканить, 30 штук. Потом форму исправили. А у коллекционеров именно эти монеты с ошибкой как раз и ценятся. В нашем коллекционерском обороте таких монет – всего десять на весь мир. И одна теперь мне досталась.
Геннадий Степанович забрал у Романа монету, положил ее в специальный чехольчик и убрал в стол. Затем сказал назидательно:
– Иногда цена ошибки очень высока.
Геннадий Степанович отхлебнул своего чернейшего чаю, который он называл «купчиком» и призывал не путать его с чифиром, а затем перешел на служебный, деловой тон:
– Ладно, рассказывай.
– Что рассказывать? – пожал плечами Роман. – Я про мое заявление спросить хотел.
– Не передумал? И куда на старость лет пойдешь?
– Найду что-нибудь, – уклончиво ответил Роман. – Не такая уж и старость.
Геннадий Степанович вздохнул.
– Хорошо. Но об этом мы потом поговорим. А сейчас смотри, какая ситуация. Павел в Крае задержится, у матери со здоровьем что-то, он по больнице вопросы решает. Так что дело мы за тобой закрепляем. Закончишь – и свободен, как муха в полете.
– Да уж… – протянул Роман не слишком довольно. – А больше некому поручить?
Этот вопрос его шефом был проигнорирован.
– Опознание провели? Точно она? – Геннадий Степанович достал из стола початую шоколадку, откусил от нее здоровенный кусок и запил своим темным и жутко горьким напитком. Шоколадку он убрал обратно в стол.
– Да. Терновских Аида Вячеславовна.
– Понимаешь, что дело особенное? – серьезно спросил Геннадий Степанович.– Ты-то уйдешь, а нам с этим мэром еще жить да жить. Горсовет весь его, так что и на новый срок переизберут.
– Да все я понимаю, – немного насупился Роман. – А если бы она не мэра дочь была? А простого работяги с рыбзавода?
– Ладно, ладно, – Геннадий Степанович сделал рукой успокоительный жест. – Если бы… Если бы дочь работяги с рыбзавода – внимание СМИ поменьше было бы, сам понимаешь. А вот если дочь хозяина рыбзавода… Да хер с ними со СМИ. У него в Крае по нашей линии знаешь, какие подвязки есть? Так что задача простая – убийцу найти, доказательства вины собрать… И желательно побыстрее. Сейчас формируй следственную группу под это дело. От меня что надо будет – подпишу. Машину не начал водить?
Роман отрицательно покачал головой.
– Ты смотри, какие мы нежные, – усмехнулся Геннадий Степанович. – Несчастный случай, с кем не бывает? Ладно, закрепим за тобой Сашку. С завтрашнего дня. А сегодня так перекантуешься, с кем-нибудь из ребят.