Борис Миловзоров – Точка бифуркации (страница 44)

— Совершенно верно.

— Жаль. Я не люблю терять время.

— А я тебе помогу, дракон.

— Каким же образом, Гора?

— Ты еще не передавал хоравам приложения к договору?

— Нет. Они получат их завтра. А сегодня с ними уже работают, проводят ревизию их технологии, монтируют на их кораблях кое-какую дополнительную технику.

— Ясно. В таком случае, попроси у них экземпляр моей книги. В ней написано все, что, ты хочешь знать.

— О! Отличная идея!, — Дракон растянул рот в зубастой улыбке. — В таком случае, встречаемся с тобой завтра. Пройди в соседнюю комнату. — В противоположной стене появился дверной проем. — Там тебе будет удобно.

Георг кивнул и направился к двери, но на полпути повернулся.

— Извини, Чар, но ты не ответил мне на один вопрос.

— Почему я не считаю Недину твоим настоящим домом?

— Да. — Удивленно подтвердил Проквуст.

— И что, тебе обязательно нужен мой ответ?

— Да.

— Нет, ты все-таки человек, как не прячься за иными личинами, все то тебе нужно до конца выяснить. Хорошо, я тебе отвечу. Мне хоравы кажутся детьми, несмотря на всю древность их цивилизации, а дети чересчур эгоистичны, даже в любви. Тебя мой ответ устроил?

— Вполне. До завтра, Чар, великий дракон.

Хоравы.

Земля.

— Командор!, — Греон Хал скупым жестом указал на стоящее на небольшом возвышении кресло. — Вот ваше место.

Пол Коринни невольно приосанился и сдержанно кивнул.

— Капитан, почему вы согласились на эту экспедицию, ведь для вас это фактически понижение?

Задавая вопрос, Пол медленно опускался в заветное кресло начальника экспедиции. Только командор мог сидеть в нем. Кресло присутствовало в рубке любого большого корабля, но уже многие годы пустовало. Хоравы сотни тысяч лет не летали за пределы своей солнечной системы, а потому звание командора, назначаемого Советом планеты, стало почти забытым. Как же это здорово, что именно он возобновил эту древнюю традицию! От этих мыслей душа наполнялась приятным томлением.

Впрочем, Коринни прекрасно отдавал себе отчет, что назначение его шефом важнейшей в древней истории Недины экспедиции произошло не из-за присущих ему талантов. «Вернее, не столько из-за них!», — Поправил он мысленно сам себя. Хлопоты дяди, конечно, сыграли свою роль, но не явились главной причиной. Пол много размышлял над ситуацией и понял, что ему помогли не столько усилия его всесильного дяди, сколько происки его врагов. Теперь они стали и его врагами! Внутри Коринни повеяло жутким, но сладким холодом, он и боялся, и одновременно рвался в бой. Пусть его назначили для того, чтобы поскорее и подальше сбыть с Недины, надеясь тем самым ослабить дядю, это пустяки. Он приложит все усилия, чтобы извлечь из этой экспедиции максимум пользы, чтобы, возвратившись, всех удивить… Нет, не удивить, а поразить и покорить!

Холодные подлокотники кресла стали теплыми. Коринни старался держать себя спокойно, не важничать, а главное, не выдать своего внутреннего восторга. Но видимо в полной мере это ему не удалось, потому что по лицу Греона Хала промелькнула тень улыбки. Пол на это не обратил никакого внимания, пусть себе улыбается, подчиняется он все-таки ему, младшему Коринни! Кроме того, он навсегда запомнил слова дяди Бруно: «Запомни, племянник, тебе крупно повезло, что капитан Хал изъявил настойчивое желание лететь с вами. Он честен и предан. Береги его и отношения с ним. Обещай!». Конечно, он пообещал, ему и самому Греон был симпатичен. Тем более, на стадии подготовки полета он оказался незаменимым и доброжелательным, он никогда не лез в его дела, не поучал, не надоедал советами.

— Командор, я стар, во мне умерла тяга к карьере. — Несколько запоздало ответил капитан.

— А что же осталось?

— Чувство долга и любопытство.

— Любопытство?!, — Коринни изумленно посмотрел на капитана. — Вы испытываете любопытство?!

— А что в этом удивительного?

— Так мы же еле сформировали экипаж, хоравы не хотят ничего нового и не любят неизвестности!

— Ну, как вы сами сказали, экипаж все-таки был набран, значит, не все таковы.

— Согласен. Но у меня ощущение, что мы собрали с планеты последних романтиков.

— Тем более, командор, честь быть капитаном последних романтиков велика.

— Да, но вы были капитаном целой планеты! Даже командоры кораблей должны были выполнять ваши распоряжения!

— Где они, командоры?, — Греон горько улыбнулся. — Недина теперь мирно и благополучно кружит вокруг нового светила, зачем ей теперь капитан? Вы лучше скажите, зачем сами согласились на этот полет?

— Я?, — Пол Коринни задумался. — А вы знаете, капитан, наверное, по тем же причинам, что и вы: на Недине мне стало скучно. Хотя есть еще один мотив: мне нравится делать служебную карьеру.

— Я заметил. — Хал наклонился и пощелкал какими-то тумблерами на пульте. Корабль шел на автопилоте, в рубке кроме них никого не было. — Должен отдать вам должное Пол, вы в этом серьезно преуспели, я рад за вас.

— Греон, вы меня осуждаете?

— Ни в коем случае, скорее, завидую.

— Чему, ведь мы все в одинаковом положении?

— На первый взгляд оно так и есть, а, по сути, нет. Вы внутри еще остаетесь молодым и это огромное преимущество.

— Греон, вы хотите сказать, что каждый из хоравов, выйдя из стадии органической жизни, застыл в своем развитии?

— Нет, не в развитии, а в ощущении мира вокруг себя… Не знаю, как это лучше выразить. Вы меня понимаете?

— Наверное, понимаю. — Коринни помолчал и добавил. — Нечто подобное мне тоже в голову приходило.

— Да?!, — Греон Хал по-детски открыто и широко улыбнулся. — Я рад, что вы меня понимаете.

— Но у меня есть вопрос, Греон.

— Готов ответить.

— Получается, что все хоравы словно застыли?

— Нет, Пол, я уверен, что это в принципе невозможно. В жизни все меняется. Просто для нас, хоравов, этот процесс слишком затянулся.

— А почему?

— Наверное, потому, что нам стало некуда спешить? Раньше всех подстегивало ожидание смерти, хотелось что-то успеть сделать, узнать. А теперь все дела можно отложить, вот большинство и остались прежними. Впрочем, это только мои мысли, я не претендую на истину.

— Греон, а я тоже застыл?

Капитан поднял глаза на Коринни и долго молча его рассматривал. Тот терпеливо ждал.

— Пол, — заговорил Греон, — вот ваш дядя, заслуженный Бруно Коринни Фа, вызывает почтение?

— Да, безусловно.

— Только ли оттого, что занимает высокую должность?

— Нет, конечно! Он еще умен, он талантливый администратор, давно и преданно служит нашему народу.

— Все это так, но вы не назвали главное его качество.

— Какое?

— Мудрость!

— Да? Пожалуй, я с вами соглашусь. Но какое отношение это имеет к моему вопросу?

— Самое непосредственное, Пол. Сотни тысяч лет Недина не менялась, хоравы словно спали. Мудрость вашего дяди еще из той давней жизни, а вы, например, вынесли оттуда молодость. Все изменилось, когда появился посланник бога.

— Вы всерьез считаете, что Святой Гора посланник бога?!

— Да. Только он сам об этом не знает, разве что, догадывается.

— Неужели такое возможно?