Борис Миловзоров – Гроздья миров (страница 60)

Как он и предполагал, это была не просто материя, а одежда для грейсов. Бенни растерянно рассматривал свою добычу, понимая, что скрыть ею свою наготу не сможет, уж очень крой был нечеловеческий, да и размеры… Он уже хотел было бросить, но тут сообразил, что необъятную накидку рептоидов можно использовать как одеяло ночью! Почему он решил, что будет здесь ночевать? Решил и всё. И ещё порадовался, что пробудился его внутренний подсказчик, не раз выручавший его из крутых передряг. Надо было изучить обстановку, но встречаться с разгоряченными воинским пылом рептоидами и грейсами не хотелось. Адамс устремился в глубь леса, полагая, что через пару километров сможет взлететь. Но за целый час он не прошёл и трёхсот метров. Ноги, непривычные к непосредственному контакту с почвой, корнями деревьев, сучками и палками, саднило. Когда он ободрал левый мизинец до крови, терпению и осторожности пришёл конец, Адамс взмыл вверх, ему хотелось нырнуть в белый пух облаков и, спрятавшись там, без помех оглядеться, но его планы мгновенно изменились, когда буквально в полукилометре он заметил стайку птиц, на Ирии они давным-давно вымерли. А под ними, буквально на верхушках деревьев, стояла похожая на человеческую фигура и только что размахивала палкой с разноцветными ленточками на кончике. Размахивала, потому что теперь она, замерев, пялилась на Адамса. Бенни представил себя со стороны: над зелёным океаном листвы вдруг взлетает голая уродливая с точки зрения здешних обитателей фигура с краденным плащом рептов под мышкой. Фигура на крыше дёрнулась и тут же исчезла. «Однако, шустрый, — подумал Адамс, — всё таки надо с ним познакомиться, не с проста же мы здесь встретились!». Он подлетел поближе и увидел среди густых крон небольшую дощатую площадку с маленькими перилами. Бенни осторожно опустился на неё. Конструкция скрипнула, слегка качнулась, но в целом ощущалась вполне прочной. Вниз вела лесенка. Под площадкой оказалась две клетки, одна просторная, другая небольшая. В первой невозмутимо клевала корм белая птица, а во второй грустно сидели три иссиня-чёрных птицы. Бенни развернул плащ рептоида, и кое-как сложив его вдвое, набросил на плечи, рукавами подвязал хламиду на поясе, всё лучше, чем ходить голым!

Осторожно спустившись по узкой лестнице, он оказался перед добротным двухэтажным домом с плоской крышей, на которой и возвышалась клетка с площадкой. Дом выглядел старым, но крепким. Входная дверь по размеру почти в рост человека, значит, здешние обитатели чуть ниже ростом. Бенни уже собрался подниматься на крыльцо, как дверь скрипнула и из-за неё выглянула испуганная физиономия хорава. Ошибиться было невозможно, Георг показывал ему иллюстрации к отчёту о своём пребывании у хоравов. Откуда-то снизу показалась трёхпалая рука с прозрачным кристаллом.

— Уходи, демон, здесь нет тьмы!

— А зачем мне тьма?, — искренне удивился Бенни.

— Все демоны ищут тьму, — хорав медленно выполз на крыльцо, по-прежнему настороженно держа перед собой кристалл.

— Ищут?, — переспросил Бенни, — а может быть, несут?

— И несут, и ищут!, — хмуро и настороженно отозвался хорав, продолжая помахивать перед собой кристаллом.

— А что, я похож на демона?

— Очень похож. — хорав склонил большую голову набок, моргнул круглыми глазами и добавил, — хотя не совсем похож.

— И в чём же различие?, — Адамсу стало интересно.

— Ты слишком настоящий.

— Да?

— Да, но проверить надо!, — хорав вытянул вперёд руку с кристаллом и тот вдруг ярко вспыхнул белым светом.

Адамс даже не вздрогнул, он предполагал, что хорав выкинет нечто подобное, но положение обязывало к адекватной реакции, дабы завоевать должное положение. Он вытянул вперёд правую ладонь и над нею вспыхнул голубой огонёк, он разгорался, рос, а кристалл в руке у хорава однвременно тускнел. Получалось, что Бенни забирает свет кристалла в свои ладони. Хорав вскрикнул и прижал к груди кристалл.

— Этого не может быть!

— Чего?, — Бенни с удовольствием смотрел на холодные сполохи на своей ладони.

— Свет горного хрусталя нельзя одолеть!

— О, извини, я не знал.

— Адамс чуть тряхнул рукой и огонь, превратившись в светящийся шарик полетел к замершему от неожиданности хораву. Шарик ткнулся в кристалл и влился в него, отчего тот вдруг засиял с удесятерённой силой.

— Ах!, — сказал хорав, помолчал, любуясь, потом добавил: — Это чудо!, — Он поднял кристалл высоко вверх. — О, сколько силы света!

Хорав медленно и нежно опустил кристалл, прикрыл его широким рукавом и тот послушно погас. Потом в пояс поклонился Адамсу.

— Скажи, тот ли ты, кого мы ждём?

— Ничего себе вопросик!, — усмехнулся Адамс, — а имя у вас принято спрашивать?

— О, прости, конечно! Как имя твоё, добрый пришелец, кто ты, откуда и куда направляешься?

— Зови меня Адам, — неожиданно для самого себя вдруг сказал Адамс и на мгновение, удивлённый, умолк. Потом добавил: — Я тут мимо пролетал.

— А я зовусь Велитарий, — хорав опять отвесил поклон. — Входи в мой дом, Адам, и считай его своим. А я должен срочно написать послание в обитель молитвы о свершённом тобой чуде.

— А как же ты его отправишь?

— Для этого у меня есть почтовые птицы.

— Это те, что в клетке?

— Да.

— Удивительно!, — Бенни шагнул к крыльцу. — Что ж, за приглашение спасибо, — он поднялся по скрипучим ступеням, — послушай, Велитарий, а ты не можешь подобрать мне плащ поменьше, чем это одеяние рептоидов.

— Рептоидов? Мы называем их рептами.

— Да? А грейсов?

— Грейсы? Нет, Адам, в нашем мире они Греи.

— Ты понял, что я не из твоего мира?

— Это очевидно для тех, кто задумывается над мирозданием.

— Да, действительно, — Бенни почесал лоб. — И как же зовётся ваша планета?

— Авадия.

— Красиво. Велитарий, а если я вас в своём мире знаю хоравми, то здесь вы…?

— Хоры. Проходи, Адам, негоже перед дверью стоять.

Они вошли в дом.

Адамс сидел на узковатой, приземистой для него скамье и с аппетитом кусал самый настоящий хлеб. Мягкий, душистый кусок таял во рту, особенно если плеснуть в него глоток подогретого вина. Он даже подумать не мог, что так проголодался. Хор Велитарий сидел за столом в другом углу большой комнаты и старательно скрипел пером, описывал чудотворное деяние Бенни. «Ну, и пусть описывает, — подумал Бенни, делая очередной глоток, — хотя, конечно, интересно, что он там обо мне пишет». Он машинально представил себе, как хор взволнованно и несколько сумбурно формулирует свою докладную и вдруг перед его внутренним взором поползли буквы, складывающиеся в слова и фразы. «…Пришельцем произведено чудесное удаление света из кристалла горного хрусталя, а после моего горячего и взволнованного удивления сим невероятным событием, не менее невероятное возвращение света обратно. Сила света кристалла при этом возросла многократно. Я, усердный служитель Светлой церкви, Велитарий, надеясь на расположение высочайшего хормейстера, немедленно выхожу в путь, предварительно отправив…». Адамс встряхнул головой и видение исчезло. Наверное, он бы смог вернуть его, но подглядывать специально, а не случайно, как только что случилось, не хотелось. К тому же от съеденного и выпитого неумолимо клонило в сон. Бенни примостился на скамье и тут же уснул, полагаясь на доброжелательность своего нового знакомого. Перед тем, как окончательно погрузиться в сонливую негу, его взгляд наткнулся на внимательно смотрящего на него хора.

Снов не было. Во всяком случае, Адамс их не запомнил, зато до сих пор перед его глазами стоял образ глазеющего на него Велитария. Что-то в этом было особенное. Кстати, а где хозяин?! Бенни поднялся и почувствовал вдруг, как затекли его руки и ноги. «А ведь он меня усыпил!, — пришло ему в голову озарение, — а иначе как же бы он меня оставил здесь?!». Это ему очень не понравилось: что за преступное легкомыслие, давать снадобье чуждому организму! А если бы он умер?! В душе колыхнулась злость, по ладоням пробежали два голубоватых огненных сполоха, но тут же вдруг отступили. Бенни улыбнулся, надо же, гнев еле ущипнул его, не то, что прежде, неужели он действительно что-то сбросил из себя во время контакта с лемурами? Он вышел наружу. Солнце ещё не взошло, но природа готовилась к скорому утру. Об этом шептал легкий влажный ветерок, капельки росы на траве, дальнее щебетание и шорохи просыпающегося леса. Он вздохнул широкой грудью. «Хорошая планета, щедрая. Интересно, как она называется?», — подумалось ему. Под ногой скрипнула доска. «Так, хорошо, а что же мне делать дальше?, — Бенни почесал затылок, — Вряд ли Велитарий рассчитывал обернуться за одну ночь. И если я спал всего лишь несколько часов, то может быть, снадобье не сработало? Может, я суток трое должен был почивать? Или меня не усыпляли?» Адамс сошёл с крыльца и принялся с наслаждением бродить по влажной траве. Она приятно холодила босые ноги. «Эх, искупаться бы…» — Адамс вдруг застыл и с ужасом посмотрел на свои мокрые ноги, ведь он мог в любую секунду опять перенестись! Он улыбнулся. Но не перенёсся! Значит, его миссия здесь только начинается, что ж, тогда чего же медлить?!

Адамс внимательно и бесцеремонно осмотрел дом Велитария. Хозяйство его было бесхитростным. В погребе съестные припасы обильны, но однообразны, несколько мешков с зерном и мукой, сушёные травы, какие-то солёные плоды в большом глиняном кувшине. В трёх небольших бочонках что-то плескалось, но Бенни их вскрывать не стал, ему было достаточно простой воды в большой кадушке с деревянным ковшиком, которые он обнаружил здесь же, у самого входа. На втором этаже Адамсу пришлось передвигаться в полусогнутом состоянии, поэтому он только мельком взглянул на кабинет Велитария, в котором на полках стояли толстые фолианты, а сразу же разыскал его спальню. Как и предполагал, нашёл здесь шкаф с запасами белья и одежды. Один из халатов был настолько просторен, что Адамс влез на него и даже застегнулся тремя большими перламутровыми пуговицами, а на карманах, которые оказались на уровне его груди, был нашит узор из цветных тряпочек. Похоже, халат женский? Ну, и что, разве у него есть выбор? Из обуви Бенни нашёл растоптанные тапочки без задников, сплетенные из сухой травы, какая-никакая, а обувь. С облегчением спускаясь вниз, он улыбался, представляя, каким чучелом выглядит со стороны.