Борис Миловзоров – Гроздья миров (страница 56)

— Луиза, я навещал Смита, но ты ведь не это хочешь спросить?

— Да, не это… я хочу знать, долгой ли будет разлука?

— Золотце моё бесценное!, — Бенни обнял жену.

Рано утром Адамс ждал Хармана в своём кабинете. В кресле не сиделось, он беспокойно ходил по кабинету, приостанавливаясь перед зеркалом. Его отражение походило не на владыку империи, а на хорошо экипированного спецназовца. Впрочем, Бенни вовсе не собой любовался, а пытливо разглядывал снаряжение. Он приказал принести ему весь арсенал, состоящий на вооружении спецназа, и когда ему доложили о готовности, с удивлением разглядывал в соседней от его покоев комнате, его скудный выбор. Здесь было всё, что он изучал в офицерской школе и не более того. Ему показалось, что для специальных войск этого мало, но эта мысль занимала его только у зеркала. На самом деле он напряжённо раздумывал, что будет делать с самками арианцев, если их найдёт? Тащить за собой на Ирию? Как? Они ведь зверюги зубастые, силой их не приведёшь. Конечно, он может применить свой дар и заставить их следовать за ним, но что дальше? Не в зверинце же их содержать! И ещё его беспокоила мысль: как не заблудиться в обитаемых мирах этого мира. Вдруг их настолько много, что ему придется плутать по ним всю оставшуюся жизнь?! Отступить? Нет! Управитель Церкви Рока подробно рассказал ему всё, связанное с перемещениями Георга, но ведь это были догадки, а не факты…

В дверь постучали.

— Войдите!

— Доброе ут… — Харман запнулся, потом закончил, слегка заикаясь: — …ро, Ваше Величество.

— Доброе, князь!, — Адамс улыбнулся. — Только раннее, не правда ли?

— Да, должен, сказать, что ночь только что…

— Садитесь, Рональд.

— Благодарю вас, Ваше Величество. — Харман выжидательно смотрел на своего повелителя.

— Князь, я ухожу в поиск.

Хармна встал. Адамс остановился перед ним.

— Рональд, на столе лежит мой указ о передаче вам всей полноты власти в моё отсутствие.

— Ваше Величество, но…

— Рональд, не надо лишних слов. Срок ваших полномочий не определён. Более того, там же вы назначаетесь опекуном моего сына.

— Государь, на сколько же вы нас покидаете?

— Не знаю. Может быть на дни, может быть, на годы. Поклянитесь мне князь, что будете надёжной защитой моему трону и моей семье!

Адамс медленно протянул Харману открытую ладонь.

— Учтите, Рональд, вам надо быть очень искренним моим сторонником, чтобы без последствий положить свою ладонь на мою!

Харман усмехнулся и без колебаний приложил руку к руке Адамса.

— Ваше Величество, я не боюсь испытаний на верность, исполню, всё, что поручите!

Адамс пожал руку.

— Благодарю вас, Рональд.

Он взял со стола указ, и, свернув трубочкой, протянул Харману. Тот с поклоном принял бумагу на вытянутые вперёд руки.

— Ваше Величество, я…

— Князь, дружище, простите, мне уже пора. У меня есть ещё одна просьба, наладьте надёжную охрану покоев императрицы. Должно быть не менее двух опытных охранников.

— Слушаюсь, Ваше Величество!

— И они не должны по ночам спать!

* * *

Адамс стоял на крутом берегу лесного озера. Именно из него Георг впервые появился в этом мире и тут же встретил знакомого человека. Не спроста такие совпадения. Может быть в этом ключ? Бенни присел на поваленное временем дерево. На далёком противоположном берегу виднелся дом, двор, поленница дров, причал с лодкой, а вокруг этого одинокого жилища берёзы величаво помахивают кудрявыми головами, словно отгоняют наступающую жару. Очень красиво, хорошо тут Белоусу. Вон он, кстати, степенно вышел из дома, за ним выскочил тоненький паренёк. Белоус что-то принялся выговаривать своему ученику, а тот стоял, понуро опустив голову, потом они вдруг скрылись за угол дома. Адамс сорвал травинку и пожевал. Наверное, заниматься пошли. Он выплюнул травинку. А вот он должен сидеть здесь столь долго, сколько понадобиться. Смит посоветовал ему напитаться образом этого озера и возвращаться именно к нему, а не на абстрактную планету Ирию. Она слишком велика для памяти…

Самое главное, что он не знал, когда следует начать своё путешествие. Оно его и страшило и манило одновременно, он знал, что войдёт в воду сегодня, но как почувствовать, что ты уже готов, что вот он, тот самый момент? Адамс встал, потянулся, потом решительно скинул с себя снаряжение и комбинезон. Несмотря на жару, вода была холодная, но Бенни не дал себе время на раздумья и смело прыгнул в воду.

— Ох, хорошо!, — подумалось ему и он вынырнул.

По спокойной только что глади озера ходили невысокие волны. Адамс от удивления раскрыл рот и в него тут же влилась изрядная порция солёной воды. Море?! Он закашлялся. Огляделся. Ничего себе, берегов вокруг не было! И на небе слишком яркое солнце, вон оно как палит! Внутри всё похолодело. Адамс ясно понял, насколько глупа была его затея с купанием, впрочем, как и вся затея с поиском арианских дамочек. Вот он неожиданно попал в неведомый мир и что теперь? Утонуть посредине чужого моря-океана, пойти на корм рыбам или что тут у них водится?! Облачко на горизонте привлекло его внимание. Он вгляделся. Нет, это не облачко, а облака! Может быть, там земля? Так что же он медлит?!

Адамс ощутил послушный комок энергии в груди, плеснул ими вниз и поднялся над морскими волнами. Выше, ещё выше. По мере его подъёма рос этот мир. Он весь был залит водой и лишь вдали, под увиденными им облаками проглядывались горные силуэты. Бенни рванулся к ним. Ветер студил тело, безжалостно обжигаемое солнечными лучами. Они шарили по его коже и кололи её, пока ещё не больно, но всё более интенсивно.

— Проклятье, я ведь сгорю!

Адамсу было досадно, что он оказался в другом мире в одних плавках, но это было не главное. Главным было то, что через пять минут его кожа превратится в обгорелый волдырь! Он вообразил вокруг себя шар энергии, но легче не стало. «Думай!», — говорил он себе, переворачиваясь то спиной, то грудью вверх. Это хоть как-то уменьшало его страдания. Он вдруг представил себе, как он, наверное, смешно выглядит со стороны: голый человек, крутящийся словно на вертеле… Идиот!!! Со стороны! Отражение! Зеркало! Адамс представил свой энергетический кокон блестящим шаром, стенки которого отражали водную гладь, небо, солнце… Зеркало, он зеркало! Стало легче. Кожа зудела и с благодарностью внимала встречному ветру. Всё, теперь можно сосредоточиться на полёте. Теперь, избавившись и остыв от жара светила, Бенни прикрыл себя ещё более плотным коконом и рванул, что есть мочи. Мир слился с движением, воздух вокруг него закипел белой струёй, далёкое пятно облаков стремительно приближалось. Странно оно выглядело. Адамс поднялся как выше. Да, отсюда хорошо было видно, что плотный облачный слой в форме почти идеального круга диаметром километров в пятьдесят недвижимо стоял в одном месте, а вокруг, насколько хватало глаз, простиралась водяная гладь. «Что ж, — решил Адамс, — проверим, есть ли там суша». Что-то ему подсказывало, что есть.

По мере приближения к облакам, белая клубящаяся масса росла и ширилась, вытесняя собой остальной мир. Вот Адамс уже рядом. Отсюда облака казались бесконечным покрывалом. Он оглянулся, позади висела другая бесконечность: морская гладь, ослепительно блестящая на солнце, только что-то в этой картине изменилось. Что? Бенни всмотрелся. Ну, конечно! Прежнее зеркало воды поплыло под маревом испарений. Оказывается, солнце безжалостно палило не только его кожу, но и всю планету. А что же тут было до его появления? Этот риторический вопрос не дождался ответа, Адамс начал спуск. Он летел вдоль плотной стены облаков и удивлялся их плотности и толщине слоя. На всякий случай он снизил скорость спуска, опасаясь, что незаметно воткнётся или в воду или в сушу. По мере снижения ласковые белые облака темнели, наливались серо-чёрной мощью, превращались в тучи, поэтому, когда они, наконец, закончились, Адамс нисколько не удивился, увидев под ними нисходящие потоки воды. Сквозь серую пелену дождя ничего нельзя было рассмотреть, поэтому проверить свои догадки насчёт суши, можно было только окунувшись в его водяные струи. Бенни вздохнул и как можно плотнее укутал себя в энергетический кокон. Если его зеркало отражало лучи солнца, то почему не сможет отражать воду? Получилось, он оставался сухим, но удовольствия такой полёт не вызывал. Снизу угрюмо-свинцовая поверхность, сверху почти живые чёрные клубы, а по сторонам струи воды. Сразу стало грустно.

Суша показалась внезапно: из морских глубин в тучи упиралась отвесная скалистая гора, на ней не было ничего, кроме камней. Адамс с необъяснимой надеждой в груди, начал медленный облёт. Склон горы постепенно становился более пологим, кое-где среди камней показались растения с широкими мясистыми листьями. Их становилось всё больше. Внезапно среди них обнаружилась тропинка, вон явно просматривается её ниточка. Бенни осторожно снизился, но тропинка, словно издеваясь над ним, стала исчезать. Он взлетел повыше, вот же она, на месте, снизился, вновь её нет. Ладно, сделаем по-другому. Адамс, соблюдая определённое расстояние до тропинки, принялся подниматься выше. Вот уже заросли растений кончились, а тропинка всё ещё вела вверх. Почти под самыми тучами она нырнула в тёмный провал между двумя высокими глыбами, перекрытый навесом из плетёных листьев. Бенни спустился к ним. Камни были в два его роста, навес между ними плотный, вода даже не капала, зато проход между ними узковат. Он шагнул внутрь.