Борис Миловзоров – Дорога в Эсхатон (страница 64)

— От кого?

— От тех, кто помнит ваше звёздное имя.

Проквуст кивнул, Марта вынула из сумочки пудреницу и протянула ему.

— Это коммуникатор?, — спросил он, рассматривая прибор.

— Да, Гора. Он очень простой. Накануне встречи на одной из сторон появится светящееся зелёное пятно. Если вы не сможете, нажмите на другую сторону прибора, встречу перенесут, если готовы, то нажимайте на зеленое пятно.

— Это будет согласие, а готовность?

— Будете на выбранном вами месте встречи, еще раз нажмете на пятно, оно станет красным. После этого ждите.

— Хорошо, я всё понял, — Проквуст опустил коммуникатор в карман.

— Гора, вы не удивлены?

— Мадам, Гора многое повидал, его трудно удивить.

— А Георга?, — улыбнулась Марта.

— И Георга, — Проквуст так пронизывающе и холодно посмотрел на Марту, что та поёжилась. — Госпожа Марта, к сожалению, вынужден откланяться, дела. В 19.30 вам подадут ужин в столовую.

— Вот как, вы покидаете меня?!

— Если будут вопросы, пожелания, к вашим услугам мой мажордом Марио.

— Как-то не по-родственному получается, Георг, почти в стиле "подите вон".

Проквуст вдруг полыхнул огнём безмерной энергии, дремлющей внутри. Для Марты он исчез, став ослепительным золотистым шаром. Она раскрыла рот и зажмурилась, а для Георга мгновения словно приостановили свой бег. Он смотрел на застывшую Марту и неспешно думал, как же это ужасно, так бездарно терять свою божественную сущность. Он не осуждал арианцев, они холодны и расчетливы, использовали человека ради получения информации, но человек-то сам, о чём думал?! Молодость, долгая жизнь, и потом как следствие, неизбежное одиночество и отчаянье. Это начало пути, на который миллионы лет назад ступили хоравы. Хотя нет, хоравы лишь предали нерождённых, а Марта банально убивала близкого ей человека. Она хуже…

Всё вновь закрутилось в обычном темпе, Марта наконец-то вскрикнула.

— Что это было?!

— Это Гора выглянул на мгновение.

— Зачем?, — голос Марты дрожал.

— Чтобы посмотреть на тебя, Марта.

— Зачем?, — всхлипнула женщина, с ужасом отпрянув в сторону.

— Чтобы сказать, что ты идёшь прочь от солнца. Уходи, Марта, он больше не хочет тебя видеть!

Проквуст сидел в кабинете и размышлял, что делать дальше. С одной стороны он добился промежуточного успеха: вызвал интерес со стороны арианцев; с другой — все их тщательно разработанные планы относительно спасения Кукка рушились. Георг только что говорил с Еленой, та сказала, что её папа чувствует себя настолько хорошо, что она решилась с ним поговорить. "Рано!, — думал Проквуст, вертя в руках арианскую пудреницу, уже две недели, как он носил её в кармане. — Кукк ещё не освободился от влияния Марты! Рано!".

Вчера он в очередной раз беседовал с Еленой, та всё никак не могла решиться на откровенный разговор с отцом. "Понимаешь, — с отчаяньем в голосе рассказывала Елена, — мы с отцом так давно не были вместе! Он прекрасно себя чувствует, радуется жизни, дисциплинированно выполняет предписания врачей и постоянно говорит, что для полного счастья ему только Марты не хватает! Я не в силах пока разрушить этот его хрустальный замок!". Проквуст, как мог, успокоил жену, попросил пока наблюдать, а там видно будет. Елена обрадовалась, как дитя, получившее любимую игрушку, а Георг до сих пор размышляет, как ему быть, если они с Пилевичем ошиблись. Не в смысле негативного воздействия Марты, этот факт неоспорим, а в смысле приворота. Если Кукк любит свою жену по-настоящему, то он наверняка откажется расстаться с ней.

Проквуст собирался вздохнуть, но вдруг ощутил, как завибрировала, словно обычный мобильник, в его руке арианская пудреница. Он ткнул пальцем в зелёное пятно, пудреница перестала вибрировать, а пятно слегка притухло. Георг заранее прикинул, где можно осуществить контакт: примерно в десяти милях от берега находился небольшой скалистый островок. На нём не было ни пляжа, ни места для стоящей рыбалки — идеальное место для тайной встречи. Проквуст взял со стола колокольчик и позвонил, в кабинет вошёл мажордом.

— Марио, я выхожу в море.

— В ночь?

— Да, в ночь.

— Хорошо, месье, я сообщу капитану.

— Нет, Марио, я поплыву один.

— Это опасно, месье.

— Не волнуйся, я местную акваторию наизусть знаю. Марио, проводи меня к яхте и чтобы ни одна душа…

— Слушаюсь, господин Проквуст.

Георг тихим ходом подошёл к скале, одиноко торчащей посредине морской глади, в которой отражались россыпи звёзд, и сделал пару кругов. Никого нет. Отлично! Со стороны открытого моря, скала раздавалась в стороны, образовывая небольшую бухточку, как раз на небольшую яхту, здесь он и бросил якорь. Проквуст вышел на верхнюю палубу и присев на мягкий диван вытащил из кармана пудреницу. Чуть помедлив, медленно нажал пальцем на зелёное пятнышко. Оно мигнуло и сочно покраснело. Георг положил арианский прибор на соседний стул и задвинул под стол, чтобы не отсвечивало. Только теперь он ощутил тишину ночи и мерность плёса воды о борт, его неумолимо потянуло в сон, но он встряхнулся, потянулся и оглядел ночное небо.

— Пока пусто, — сказал он, вставая, — не испить ли мне кофе?

Когда он поднялся с чашкой из каюты, на палубном диване сидел арианец в комбинезоне, почти сливающимся с темнотой ночи, Георг удивленно качнул головой.

— Эффектно!, — сказал он по-ариански и, глотнув кофе, уселся напротив арианца.

Тот молчал, едва заметно подёргивая змеиноподобной головой. Проквуст невозмутимо рассматривал своего ночного гостя и изредка прикладывался к чашке. Он не собирался заговаривать первым. Арианец зашевелился и нарушил молчание.

— Землянин, ты Гора?

— Что, у вас моей фотографии нет?

— Арианцы плохо различают людей, коммуникатор у тебя?

— У меня.

— Отдай!

— Бери, — пожал плечами Проквуст и положил пудреницу перед арианцем, тот быстро спрятал её в мелькнувшей на миг прорези комбинезона.

— Значит ты Гора!, — констатировал арианец.

— Да.

— Что ты сделал с нашим посланником, Гора?

— С Мартой? Ничего, а что?

— Она перестала нормально функционировать.

— Не понял, — искренне удивился Проквуст, — что значит, перестала нормально функционировать?

— У человека это называется депрессией, мы вынуждены были забрать её для восстановления функций.

— Понятно. Можно дать совет?

— Для чего?

— Для нормального функционирования вашего агента.

— Говори.

— Запретите ей убивать своего мужа.

— Разве это имеет значение?

— Для меня значение имеет её муж, он мой друг.

Арианец задумался, потом едва заметно кивнул.

— Хорошо, это нам не помешает, мы сделаем коррекцию.

— Спасибо, — кивнул Проквуст и вновь выжидательно замолчал.

— Итак, — недовольно начал арианец, — ты хотел с нами встретиться, Гора?

— Я?! Разве не вы назначили мне встречу?

— Да, но та пластина…