Борис Миловзоров – Дорога в Эсхатон (страница 134)

— Не верю!, — энси подскочил на троне. — Карта давно утеряна!

— Артём нашёл её, отстоял в поединках, сходил на остров Буян. Для тебя Уранан, это что-то значит?

— Конечно, Гора, я смирюсь с этим, — энси наклонился вперёд. — Ты стал таким огромным, в тебе столько пламени, что тебе нельзя ответить нет.

— Ты заметил?!

— Не я, Рукагин тебя таким видит. Кто ты теперь, Гора?

— Я воин света, хожу меж звёзд и латаю дыры в пространстве. Так понятно?

— Великая честь, видеть и говорить с тобой, — энси вдруг поклонился Проквусту. — Передай сыну, что я буду служить его замыслам.

— А сам сказать не хочешь?

— Гора, я не люблю дальние походы, но люблю принимать гостей.

— Думаешь, когда я уйду, сын станет слабее?

— Гора, ты меня обижаешь!

— Так знай, Уранан, в моём сыне вполне достаточно огня. Он и без меня может обязать к верности! Так ты идёшь со мной?!

— Если только ненадолго?

— Спасибо за лояльность, — ухмыльнулся Проквуст и открыл портал перехода. — Рукагина прихвати, пусть повидаются.

— Ладно! Рукагин, иди вперёд, объяви о моём прибытии!

Рукагин бесстрашно впрыгнул в портал, Уранан хотел встать, но Георг его остановил.

— Энси, не гоже тебе ноги бить, оставайся на троне.

Под взглядом Проквуста тяжеленный каменный трон вместе с Урананом, вцепившимся в подлокотники, приподнялся над полом и медленно вплыл в портал.

Георг застал в круглом зале главного терема немую сцену: на резном деревянном троне сидит Вадимир, напротив него в самом центре красного круга, на каменном троне восседает слегка обалдевший Уранан, а между ними стоят, обнявшись Рукагин и Артём. Сбоку на длинной скамье восседали с изумлёнными лицами князья барейских городов с сыновьями, а за ними с мрачным видом стоял Чурослав с сыном. И было очень тихо. Проквуст улыбнулся и поклонился.

— Здравствуйте князья!

— Пресветлый Гора!, — ахнули присутствующие.

— Да, это я и не один, с гостями!

Рукагин и Артём от его голоса очнулись и быстро разошлись в разные стороны. Проквуст пригляделся: молодец сын, и меч при нём, и тубус с картой. Вадимир встал, не сводя взгляда с энси, тот тоже церемонно поднялся.

— Сердечно приветствую тебя, собрат Уранан — повелитель Шумерии.

— И я желаю тебе здравия, собрат Вадимир — великий князь барейцев!

— Уранан, позволь кое-какие семейные дела свершить?

— Благодарю за доверие, Вадимир, надеюсь, я не помешаю, — ответил энси и опустился на трон.

— Здесь все свои, сиятельный энси!

Вадимир оглянулся на Ведагора, тот кивнул. Князь вытащил заветный посох и подошёл к Проквусту.

— Пресветлый Гора, — князь протянул ему посох и поклонился, — вручаю тебе символ власти как главе княжеского дома!

Георг взял посох в руку и пристально посмотрел на присутствующих.

— Вадимир, я уйду скоро и надолго, потому не смогу блюсти этот трон, как должно, потому возвращаю посох тебе. Правь, как правил и помни от чьего имени!

Видимо, он поступал и говорил правильно, потому что Вадимир с поклоном и благодарностью в глазах принял посох обратно и, выпрямившись, гордо посмотрел на скамью. Приглашённые князья переглядывались между собой, но пока помалкивали.

— А теперь, я сообщу совету и уважаемому энси причину такого срочного собрания. Во-первых, нагов и пазузу больше нет на Земле.

— Куда же они делись?, — пробасил Белотур.

— Зорко, — взглянул на сына Проквуст, — ответь!

— Князь славного Мглина, отец позвал и хозяева забрали с Земли своих чудищ. И теперь их нет!

— Так-то оно так… — начал было ворчать Белотур, но под строгим взглядом Артёма смутился и замолчал.

— Во-вторых!, — громко объявил Георг и сделал паузу, все притихли. — Гея закрыла переходы во внешний мир.

— Может оно и к лучшему, — проскрипел Ряха, князь Унеча. Из-за тишины негромкая фраза была услышана всеми, но на этот раз Проквуст реплику игнорировал.

— Переходы откроются, когда внешний мир будет очищен от людей.

Вот здесь уже все дружно загомонили, Проквуст терпеливо ждал, когда утихнут.

— Пресветлый Гора, — подал голос Ведагор, — спрошу за всех: во внешнем мире конец света?

— Да!, — Проквуст резко поднял руку вверх, остановив новый шум в самом его начале. — Так Гея сказала. Я не знаю, что там происходит, но человеческая цивилизация будет сметена. Наш внутренний мир не тронут, только потому, что людям даётся второй шанс, чтобы пойти по правильному пути.

— Кто же нас поведёт?, — спросил с деланным удивлением Уранан.

— Тот, кто утвердил у Геи владетельную карту. Зорко, покажи народу!

Все присутствующие знали, что Зорко нашёл карту, что ходил на остров Буян и вернулся, но подробностей княжеская семья не открывала, поэтому все зашевелились, разглядывая знаменитый артефакт. Артём высоко поднял карту в левой руке, а правую приложил к её поверхности, поэтому она светилась золотистым светом, вызывая сдержанные восклицания и шёпот.

— Вадимир, ты признаёшь владетельную карту?

— Признаю!

— Энси Уранан, а ты?

— И я признаю.

— Ведагор, — громко обратился к зелейнику Георг, — ты знаешь заветы и традиции, скажи, что нужно сделать всем правителям внутреннего мира, видя эту карту?

— Присягнуть её владельцу и служить верно и по чести.

— Все ли присутствующие согласны с тобой, Ведагор?

— У меня есть сомнения, — с гостевой скамьи с трудом поднялся седой и грузный человек, — спросить хочу.

Проквуст вопросительно взглянул на сына, тот улыбнулся кончиками губ и едва заметно кивнул, мол, не волнуйся, справлюсь.

— Говори, Скородум, князь Калася.

Тот кивнул.

— Тут, как я понимаю, речь об объединении внешнего и внутреннего миров идёт?

— Совершенно верно, князь, — подтвердил Георг.

— И мы все сыну твоему, Зорко, присягнуть должны?

— Скородум, — усмехнулся Проквуст, — хитроумен ты, напоминая всем, что Зорко мой сын, так ведь что ж в этом скудного? Все мы чьи-то сыновья, но только одному из сыновей удалось найти владетельную карту, победить соперников в поединках, на Буяне побывать и невредимым остаться. Что ж я, из-за этого отговаривать всех буду? Говори, признаёшь, что Гея право Зорко дала на владетельную карту?!

— Признаю, конечно, как не признать, — смиренно вздохнул Скородум, — а прежде всё-таки пусть прочтут предание Велемира, которое ты, пресветлый Гора, всем нам с посоха и явил. Вот такая у меня просьба будет.

Тучный князь, кряхтя, уселся обратно на скамью и исподлобья торжествующе посмотрел на Георга, мол, передумал я тебя, пришелец! Проквуст многозначительно посмотрел на Ведагора.

— Хорошо, собрат Скородум, — кивнул тот, — я прочту предание с посоха, я его наизусть помню. — Ведагор прикрыл глаза и громко продекламировал: "Я, Велемир, последний правитель Гипербареи, приведший свой народ во внутренний мир, повелел изготовить этот посох, как вестник завета, построить хранилище — для покоя завета и выковать ключ от хранилища завета. Тот, кто придёт в своё время, прочтёт моё завещание, отыщет хранилище завета и найдёт ключ к нему, будет владеть потомками моими царственно, а народ будет служить ему преданно. Да будет свят Барей — создатель наш и велик единый боже — творец наш. Сказал это я, Велемир — царь барейцев!".