Борис Миловзоров – Дорога в Эсхатон (страница 127)

— Как я рад, что ты почти прежний!

— Если бы так, великий Чар.

— А что собственно изменилось, Гора? Ты обрёл свою часть, переданную когда-то Другу.

— Но где же он?

— Он стал тобой.

— Но почему остался я, а не он?!

— У меня есть одна скороспелая теория…

— Расскажи!

— Гора, ты любил жену, детей?

— Почему, любил? Я и сейчас люблю… — Проквуст запнулся и прислушался к себе, поискал любовь. Да, она в нём! Стоило мысленно тронуть её и океан нежности, настоянный на тоске и грусти, готов был утопить его сознание. Георг глянул на дракона. Тот ободряюще кивнул.

— Вот видишь, тебя любовь собрала, а Друг лишь присоединился к ней.

— Он любил меня и мне жаль, что его больше нет.

— Ищи в себе, может и найдёшь.

— Спасибо за совет, — улыбнулся Проквуст, — поищу. Кстати, не расскажешь, каким ветром меня сюда занесло?

— О, это целая история!

Георг слушал Чара с удивительным для себя спокойствием, даже мысли о Елене и детях после резкого всплеска эмоций перестали ранить. "Вот и первый след Друга", — подумал он, не давая этой мысли никакой эмоциональной оценки: ни хорошо, ни плохо, просто так есть.

Оказывается после нейтрализации тьмы в провале, он настолько истощился, что даже гигантский энергетический резервуар гораута был опустошен. Проквуст реально распался на миллионы частиц, которые мгновенно утянуло в Солнце и разбросало по многим звёздам. И вовсе это были не смутные видения, похожие на сон.

— Почему же я не погиб?

— Это ты у гораутов поинтересуйся, они ведь бросились собирать тебя по всей вселенной.

— ???

— Да, да, Гора, — хмыкнул дракон, — тебя собрали и доставили ко мне.

— В каком виде, Чар, как куль муки?

— Вполне по-человечески образно, но неправильно. Представь себе десятки тысяч гораутов, которые полгода сновали через мой корабль и сбрасывали налипшие частицы тебя в специальный приёмник. Вот так ты сейчас выглядишь снаружи.

Дракон мотнул громадной головой, между ними появилось объёмная проекция пространства с ярко-синим небом, ослепительно-жёлтым солнцем, и лазурно-прозрачной гладью моря.

— Ну, найди себя.

— Шутишь? Может ты меня в кувшин на дно моря упрятал?

— Упрячешь тебя, — улыбнулся Чар. — Ты то, что выглядит в этом пейзаже солнцем.

Проквуст медленно опустился на траву, в голове было пусто.

— Вижу: удивился.

— Не то слово, — ответил Проквуст задумчиво.

Возникла долгая пауза. Картинка с морем и солнцем дрогнула и распалась. Георг поводил рукой и рядом с ним появился большой коричневый комод с бронзовыми ручками. Дракон хмыкнул и хотел что-то сказать, но Проквуст жестом остановил. Чар озадаченно хмыкнул и пригляделся: на верхней полке комода одна за другой возникали фотографии в рамочках, с которых смотрела семья Георга. Вот Елена счастливо смеётся, вот Артём с Веданой, вот Машуня и даже Пилевич. Их изображения немного плыли, но Проквуст упорно подправлял портреты.

— Ну, как?!, — крикнул он возбуждённо.

— Замечательно, Гора, — рыкнул дракон.

— Теперь я это зафиксировал и всегда могу воспроизвести!

— Гора, а в виде фотоальбома не лучше? Носить удобнее.

— Издеваешься?, — обиделся Проквуст.

— Ничуть, — в голосе дракона послышалась грусть, — более того, я тебя понимаю.

Георг с удивлением посмотрел на него и вдруг вспомнил.

— Ты же говорил мне, всех близких лишился!, — прошептал Проквуст. — Так это смех сквозь слёзы?

— Вроде того, — кивнул дракон. — Так что ты не одинок во вселенной в своём одиночестве.

Георг повёл рукой, комод с портретами мигнул и исчез.

— Чар, извини, мне вдруг так тоскливо стало, а ты меня словно ушатом холодной воды… спасибо.

— Любить близких великое благо.

— Чар, я тут подумал, а вдруг меня не всего собрали?

— Неужели чего-то не хватает?

— Опять шутишь?

— Юмор, вещь полезная. А что касается твоего вопроса, то, безусловно, не всего. Зато будет повод походить по звёздам, поискать, заодно поработать.

— Поработать?

— Именно так: Совет цивилизаций, в моём лице, предлагает тебе работу.

— Так я вроде уже работаю инспектором?

— Надеюсь, не перетрудился?, — ехидно поинтересовался Чар.

— Нет, конечно, — смутился Проквуст, поняв, что его попытка пошутить была не совсем удачной. — На самом деле рядом с тобой, великий дракон, я готов делать всё что угодно. Должность как называется?

— Ты уже знаешь: воин света.

— Опять шутишь?, — улыбнулся Георг. — Тогда скажи, чем платить будешь?

У дракона отвисла челюсть. Он явно не мог сообразить: смеяться или сердиться.

— Удивлён? Но ведь за работу принято платить?

— Хорошо, Гора, называй свою цену.

— О, она будет очень велика. Более того, я требую аванса.

Глаза дракона начали наливаться гневом.

— Говори, человек, хватит дурацких шуток!, — рявкнул Чар.

— А это не шутка!, — повысил голос Проквуст. — Знаешь, как я скучал по нашим беседам!

— Неужели?, — сразу остыв, хмыкнул дракон.

— Поэтому я требую оплаты: права бесед с тобой. Вот как сейчас.

— Фу, отлегло, — покачал головой дракон. — А я уж думал, что твоя совесть на звёздах затерялась.

— Чар, мне нужен аванс, — вкрадчиво вставил Георг.