Борис Михин – Справочник городских рассветов (страница 10)

потому как нет места им в центре. Но центральные ведь потому что — если вдруг – первыми расползутся, то кому, как не нам? Мокро. Скушшшно наблюдать без зубов кремлезубцев. А ведь и непогода мне шепчет про жестокую правду ловушки мерзкой совести. Следую пешим в центр в безлюдной тиши кривоулков.

Неуправляемое

«Изменилась жизнь…» Как же, не врите мне про эту пургу ежевеково на латыни, фортране, иврите, нереальность в реальность коверкая, ведь какие бы ни инстаграмы, в якобы современной реальности, — мы такие же. Не эмигранты. Жизнь течёт, это не управляется.

Китель

Напялю свой парадный китель с висюльками аж до пупа, и рожа в зеркале глупа. А мне налей-ка, Аналитик, чего-нибудь, чтобы упасть, и никуда не волоките. Позвякивают медно цацки, поблёскивает мой обшлаг, и чувствуется – по-дурацки, отвоевался, стал быть, – шланг. Очередная – в масть – пошла… В шкаф китель. Скучный праздник «аццкий».

Точно?

Только кажется, что – помню; ничего не остаётся. Солнце, словно зад ньюйоркца, не разводит антимоний и на западе садится, фактом сим напоминая — памяти, как СМИ внимая, не придумай детство, лица, На правдивость не надейся. Время – не сверхпроводимость, а скорее – проходимец «тута» «тама» «нету» «здеся». Карусель, жонглёров, пони — помню прочую дешёвку, но вопрос неразрешённый, — точно ли, что сталось, помню?

Неявная причина

Поставь хоть в угол на горох, непослушание – программа; не стать одной из точек-гранул, а – вдруг – сподобиться горой. Присвоено – кому решать. Но, Боже мой, не в этом право, а – левым оказаться правым, когда и если не на шару. А угол – пусть. Хоть стул поставь. И можно даже сесть напротив; горох – ещё дешёвый фортель, быть левым – вот что неспроста.