быстро. А что за ним?
Будет холод.
Лето сварит, как сталь – пролетарий,
и черёмуху, и запах майский,
да и нас в невозможное что-то.
Интересно, а кто это в маске
наблюдает за майской щедротой?
Научите быть центром циклона —
сам спокоен и нужен, а кружит
всё (не нужно быть умным и дюжим,
если ты крошка в глазе циклопа),
научите быть первопричиной,
словно мост, важной, и незаметно
прочим незаменимой (мужчина
так снабжает потомков, – посмертно)…
Чуть сместился взгляд, и я не вижу
никого.
Только белый цвет польку
вытворяет. Суббота и иже
ожидается вскоре.
И только.
Ключники
Кто мы?
Да просто мастера
изготовления ключей
к чужой душе… но вот зачем?..
Здесь надо спирта двести грамм.
И даже с ними не понять
природы тяги к воровству.
Ноябрь прячется в листву,
а в душу – ключ. По рукоять.
Да. Он практически как нож,
и даже хуже – не убьёт.
Кто мы?
Участники боёв
за дверь.
За ней хлопки ладош.
«Пробка»
Под октябрь как мне кажется подходит Стинг –
легче в пробках утром под его нытьё ползти
(вообще в них очень бестолковая езда).
Знаете, а впрочем, октябрями так во всём:
ветер – листья, а нужда людей несёт, несёт
в место, где торопятся все опоздать.
Тротуарами прогуливающиеся
беззаботно голуби не бесят, а бесят.
Клён с размаху в лобовое врезал пятернёй,
попрощавшись, – дальше нам, увы, не по пути,
и кому-то стонет ветер, а кому-то Стинг
(в пробке никуда уже не повернёшь).
Не всегда, но иногда заметно: что зима,
и что лето – нам в потоке вечно прозябать.
Всей свободы – разве что на выбор: болтовня
или тишина. Выходит, что не зря Роден
поместил Мыслителя над Вратами[2]. Шедевр –
финиш пробки. И кого здесь обвинять?
Лунофоб
Засмотревшись на Венеру и Луну,
аж немного на работу опоздал.
Здесь метро, а там лишь абсолютный нуль,
там ничто.
А здесь встаёт звезда,
а, с другой, почти не важной, стороны
тучи в красном, словно сиськи у путан,)))
и людскими волнами вокруг штормит… 
