Борис Корчевников – Лествица святого Иоанна Лествичника. Тридцать ступеней на пути к Богу (страница 8)

Чтобы плач был искренним, нужно всегда помнить о приближающемся смертном часе. Каждый человек неизбежно придет к порогу своей жизни. Мы точно знаем, что после смерти с нами будет Христос, но, чтобы Он нас встретил, нужно прожить жизнь достойно, по-христиански.

«Воспоминание о вечном огне каждый вечер да засыпает с тобой и вместе с тобой да восстает…» (Лествица, 7:21).

Если ты будешь помнить о смертном часе, покаяние вернется к тебе. У тебя тоже есть порог, судные врата, переступив через которые возврата не будет.

«Часто одно слово истребляет плач; но было бы чудно, если бы одно же слово и возвращало оный» (Лествица, 7:69).

Одни из самых пронзительных и кричащих слез в Священном Писании – это слезы о смерти, слезы матерей Вифлеемских младенцев.

«Тогда Ирод, увидев себя осмеянным волхвами, весьма разгневался, и послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов. Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: глас в Раме слышен, плач и рыдание, и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет» (Евангелие от Матфея, 2:16–18).

Каждый из нас рождает в себе добродетель, Бога внутри своего сердца. Если мы утрачиваем это, то должны скорбеть. Плач Рахили – о Боге, о той добродетельной жизни, которую убивает грех. Грех отстраняет нас от Бога, и мы должны плакать об этом – о том, что мы не с Богом, а с грехом, о потере добродетели и Бога.

«Слезы об исходе из сей жизни рождают страх; а когда страх породит безбоязненность (то есть упование), тогда воссияет радость…» (Лествица, 7:56).

Главный смысл слез – в очищении.

Путь от внешнего к внутреннему – к подлинному в себе – это путь Евангелия. И часто слезы текут оттого, что что-то коснулось нас именно в этом внутреннем подлинном человеке, и нам что-то открылось о нем.

Неподалеку от Вифлеема, в старом селе Вифания (сейчас – арабская деревня Аль-Азария, что в переводе означает Дом Лазаря), когда-то жил Лазарь, друг Христа, со своими сестрами Марфой и Марией. Спаситель любил бывать у них в гостях.

Когда Христос шел по дороге из Иерихона в Иерусалим, его встретили заплаканные Марфа и Мария и сообщили, что Лазарь умер (см. иллюстрацию).

«Иисус еще не входил в селение, но был на том месте, где встретила Его Марфа. Иудеи, которые были с нею в доме и утешали ее, видя, что Мария поспешно встала и вышла, пошли за нею, полагая, что она пошла на гроб – плакать там. Мария же, придя туда, где был Иисус, увидев Его, пала к ногам Его и сказала Ему: Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой. Иисус, когда увидел ее плачущую и пришедших с нею Иудеев плачущих, Сам восскорбел духом и возмутился, и сказал: где вы положили его? Говорят Ему: Господи! пойди и посмотри. Иисус прослезился. Тогда Иудеи говорили: смотри, как Он любил его» (Евангелие от Иоанна, 11:30–36).

Старая дорога из Иерихона в Иерусалим. Автор снимка Элиэзер Шварц (Иерусалим).

Читая Евангелие, мы понимаем, что Господь является истинным Богом и истинным человеком. По-человечески Марфа, Мария и Лазарь были Его друзьями, и по-человечески Он прослезился. Тогда Христос встал посреди дороги со словами: «Лазарь, выйди вон» – и воскресил его.

Плач – это выражение нашего внутреннего устройства. Мы можем сделать серьезное лицо там, где ничего не понимаем, но есть определенные эмоции, которые нас выдают. Мы можем заплакать, когда увидим что-либо настоящее. Плачут обычно от настоящего.

Когда перед нами стоят комики или драматические актеры, мы можем восторгаться, но плакать – нет. Мы можем заплакать, когда видим истинное искусство, потому что оно вызывает в нас покаяние.

«Достигши плача, всею силою храни его; ибо прежде совершенного усвоения, он весьма легко теряется; и как воск тает от огня, так и он легко истребляется от молвы, попечений телесных и наслаждений, в особенности же от многословия и смехотворства» (Лествица, 7:5).

«Я не успел пообщаться с этим человеком, я не успел с ним что-либо сделать» – это тоже скорбь, плач. «Я не успел выполнить своего долга перед родителями, я не успел выполнить своего долга перед детьми, перед государством» – все это может вызывать именно плач. Хоть и в малой степени, но покаянный.

Покаянный плач был у апостола Петра до его последнего дня – то были слезы отречения от Учителя.

«Взяв Его, повели и привели в дом первосвященника. Петр же следовал издали. Когда они развели огонь среди двора и сели вместе, сел и Петр между ними. Одна служанка, увидев его сидящего у огня и всмотревшись в него, сказала: и этот был с Ним. Но он отрекся от Него, сказав женщине: я не знаю Его. Вскоре потом другой, увидев его, сказал: и ты из них. Но Петр сказал этому человеку: нет! Прошло с час времени, еще некто настоятельно говорил: точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин. Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты говоришь. И тотчас, когда еще говорил он, запел петух. Тогда Господь, обратившись, взглянул на Петра, и Петр вспомнил слово Господа, как Он сказал ему: прежде нежели пропоет петух, отречешься от Меня трижды. И, выйдя вон, горько заплакал» (Евангелие от Луки, 22:54–62).

Есть версия, что апостол Петр плакал во дворе первосвященника каждый раз, когда слышал пение петуха. Это были слезы покаяния, ведь Петр хотел поступить, как будет лучше для Учителя, а стал предателем. Он согрешил, а грех оторвал его от Бога. Ложь во спасение – это человеческое оправдание.

Петр рассказал о Христе всему миру, но при этом плакал. Существует предание о том, что всю последующую жизнь глаза апостола оставались красными. С одной стороны, он нес радостную весть о Христе, с другой стороны, постоянно плакал.

Иоанн Златоуст говорил, что Петр не встречал ни одного утра в постели – только в молитве и со слезами, потому что петухи поют как раз на рассвете, в 4–5 утра. Нужно плакать о своих грехах везде и всегда, а людям – нести благую весть о Христе. Если ты каешься, то делай это келейно, то есть скрыто, не напоказ.

«Сетуй внутренно, но не выказываясь, а углубляясь в сердце свое…» (Лествица, 7:15).

Плач дает человеку возможность не возноситься над собой, четко себя оценивать. Человек перестает гордиться и устремляется на богослужение, чтобы прийти к Богу и обожиться. Келейный плач необходим для человека.

Нынешний Иерусалим – это совсем не тот город, который застал Спаситель. Крестный путь Христа, по которому Он шел на Голгофу, был восстановлен намного позднее. Считается, что на этом пути Его встретили плачущие женщины.

«И шло за Ним великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нем. Иисус же, обратившись к ним, сказал: дщери Иерусалимские! не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших, ибо приходят дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы неродившие, и сосцы непитавшие! тогда начнут говорить горам: падите на нас! и холмам: покройте нас! Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?» (Евангелие от Луки, 23:27–31)

Плачут обычно о том, кто страдает без вины. Христос страдал за грехи человека. Господь говорил: «Вы становитесь участниками великих событий. Вы становитесь участниками спасения вашего, личного». Поэтому нам надо плакать о себе, чтобы радоваться потом вместе со Христом. И вот этот плач уже может считаться радостным. Плач покаянный – о том, что в будущем мы получим освобождение во Христе.

«Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Евангелие от Матфея, 5:4).

Незадолго до своей казни Спаситель плакал на Елеонской горе о жителях города, предвещая разрушение Иерусалима. В 70-х годах н. э. город полностью стерли с лица земли и засыпали солью. Плач Христа – это слезы о нераскаянном человеке, скорбь из-за любви.

Есть люди, которые начинают плакать сразу после входа в храм. Иногда прихожане и сами не знают причину своих слез. Господь, наверное, касаясь сердца, дает возможность человеку почувствовать это состояние.

«Плач бывает у многих предтечею блаженного бесстрастия, предочистив душу и потребив вещество (то есть страсти)» (Лествица, 7:53).

Все духовные состояния, которые с нами происходят, мы, конечно, должны отмечать, как будто «флажочком», в своей жизни и возвращаться очень часто к этому состоянию. Когда бывает настоящая молитва, мы ее обязательно почувствуем, запомним – и тоже надо поставить «флажочек».

У каждого человека есть своя молитва и свое состояние при ней: у кого-то это слезы, у кого-то – другое состояние души, которое каждый может почувствовать, но никто не может описать его по-настоящему.

Последняя строчка седьмой ступени говорит о том, что Бог непременно оценит раскаяние. Нужно плакать обо всех моментах, где мы были неправы, и обо всех ужасах, которые делали в своей жизни.

«Мы не будем обвинены, о братия, (…) при исходе души нашей, за то, что не творили чудес, что не богословствовали, что не достигли видения, но, без сомнения, дадим Богу ответ за то, что не плакали беспрестанно о грехах своих» (Лествица, 7:70).

Восьмая ступень

О безгневии и кротости

«Как вода, мало-помалу возливаемая на огонь, совершенно угашает его, так и слеза истинного плача угашает всякий пламень раздражительности и гнева» (Лествица, 8:1).

Близ Галилейского моря в Израиле есть место под названием гора Блаженств. Согласно христианскому преданию, именно здесь Иисус произнес Нагорную проповедь, в ней были Заповеди Блаженства – это кодекс нового человека, девять правил христианского совершенства и достижения подлинной радости.