Борис Конофальский – Во сне и наяву. Титан (страница 4)

Света делает шаг в сторону, словно заправский бейсболист «принимает» на свою палку эту мерзкую, когтистую и опасную кожу. Девочка бьёт точно и сильно, хотя никогда в жизни она такого раньше не делала, она даже бейсбола никогда не видела. Правда, получилось не совсем так, как она задумывала. Тварь, как мокрая тряпка, шмякнулась об палку, обтянула её, скукожилась и повисла на ней. Света встряхнула палку, но эта дрянь прилипла крепко, мало того, кожистое существо напряглось, стянулось и… раздался тихий, глухой щелчок.

Палка, к которой Света так привыкла, с которой была неразлучна, хрустнула и переломилась в том месте, где тварь к ней прилипла. Это было так… так обидно! Девочка просто взбесилась, она стала колотить палкой об асфальт, надеясь, что этим причинит гадине вред, но тварь была очень, очень крепкой, она даже не выпустила из своих «объятий» отломанный конец палки, он так и болтался безвольно туда-сюда при каждом движении.

Хорошо, что Света не до конца потеряла самообладание из-за такой утраты, она успела бросить короткий взгляд на силача. Ой! Он был совсем рядом! Оказывается, это большое существо могло быстро передвигаться! Девочка кинулась бежать, сразу рывком набрав максимальную скорость. Она летела по пустой и тихой улице, между мёртвых домов и развалин, неся, как флаг, в руке сломанную палку с прилипшей к ней кожистой тварью. И палку она держала так, чтобы гадина была от неё подальше. Нужно быть осторожной, вдруг прыгнет? Света бежала быстро, очень быстро, может, это из-за фикуса, а может, из-за того, что слышала, как в удивительной, мёртвой тишине этого района сзади шлёпает по горячему асфальту босыми ногами чёрный силач.

Палку, конечно, ей было очень жалко, но вот то, что она уволокла у силача эту его дрянь, очень радовало девочку. Только вот недолго, тварь как будто почувствовала, что отдаляется от хозяина слишком далеко, она обмякала и сползла, свалилась на землю вместе с обломком палки. Нет, оставлять силачу его оружие девочка не собиралась, зря она, что ли, рисковала? Поднимать это с земли? Брать в руки? Нет, конечно! Света выхватила Кровопийцу и начала резать эту кожистую дрянь, а затем и рубить её. А дрянь оказалась крепкой, как автомобильная покрышка, даже Кровопийца её еле прорезал. Но всё-таки резал. Светлана была сейчас и сильна, и быстра, и точна, и пару раз, как следует прикладывая силы к липкой рукояти своего оружия, она прорезала насквозь кожистую тварь. Он очень быстро двигался к ней, огромный, свирепый, ему явно не понравилось то, что она сделала с его плечом. У Светы не осталось времени закончить дело, ей пришлось бросить мерзкую кожу и бежать от него. Она побежала на юг, на ходу пряча нож в ножны и не расставаясь с обломком своей палки. Рюкзак тяжело бил её по спине, но она буквально летела над жарким маревом улицы Ленсовета в сторону станции метро «Звездная».

Пока всё у неё получалось. Всё шло по плану. Девочка, пробежав сто метров, обернулась и остановилась. Главное, чтобы силач и дальше шёл за нею. Он должен, должен идти за ней. Света увидела, как тот остановился рядом с куском своей кожи, лежащей на асфальте. Поднял её, оглядел. Видимо, ему не понравилось то, что он увидел. И после этого силач посмотрел на девочку.

«Да, да, это сделала я, злись на меня, злись!». Света спокойно стояла посреди улицы и с видимой небрежностью постукивала обломком палки по асфальту, весь её вид был вызывающим, она показывала ему, что не боится его.

Силач бережно приложил кожистую дрянь к своему плечу и аккуратно придавил её рукой. Он обращался с нею, как с ребёнком, а затем снова взглянул на девочку. А та так и стояла всё в той же позе, позе ожидания: ну, ты идёшь или нет?

И силач пошёл к ней весьма бодро. Даже издали, только лишь по его походке, девочка поняла, что он зол.

«Ну и хорошо!». Она повернулась и побежала от него, но не очень быстро, Света не хотела терять его из виду, мало того, она не хотела, чтобы и он её терял. Света всё боялась, что он отстанет, что не пойдёт за нею, и тогда её план может не сработать.

Она и не думала бежать до станции метро «Звёздная». Светлана добежала до перекрёстка и свернула к Рождественской церкви, синие купола которой смотрелись как новые. Это место в прошлый раз было очень опасным, ведь высотки по правую руку, все их балконы, были усеяны большими чёрными попугаями. Света, как только свернула к ним, не опускала головы, смотрела и смотрела вверх, чтобы не пропустить атаку. Но ни на одном балконе не было птиц. Нет, когда-то они тут были, балконы были изрядно загажены, и даже на дороге, у поребриков, валялись длинные чёрные перья, но самих птиц тут не было. Ни на балконах, ни в небе, ни на чёрных деревьях.

Светлана, добежав до конца улицы, прежде чем выбежать на Московское шоссе, обернулась: идёт ли?

Фу-у, всё в порядке, силач показался на перекрёстке, он послушно шёл за нею.

Теперь Света волновалась, она была близка к своей цели. Главное, чтобы он шёл, чтобы не сорвался.

Тут очень тихо, даже солнце здесь уже не так печёт. Московское шоссе, Рождественская церковь, а чуть левее неё – вон он, уже виднеется. Тихий, как картинка. Спокойный и очень красивый…

Белый лес. Странный лес, в котором «снег» не падает на землю, а медленно улетает в небо.

Туда-то и вела его Света. Она не очень быстро – всё боялась, что он потеряет её из вида, – перешла шоссе и пошла вдоль ограды церкви. Девочка обернулась и порадовалась: всё было в порядке, он шёл за нею. И она свернула к лесу.

На самом деле это не снег, это белый-белый пепел, он устилает всё толстым ковром, в котором гаснут последние звуки. Дальше – полная тишина, дальше не будет даже звуков шагов.

Уже у первых деревьев Светлана остановилась, скинула рюкзак; она видела его, он был не так уж и далеко, но Света не торопилась, она достала из рюкзака одну из бутылок с водою, открутила крышку и стала пить. Она очень хотела пить, и не беда, что вода в бутылке была почти горячая, вода есть вода. Светлана пила, даже когда почувствовала, что напилась. Ей пригодится выпитая вода, с ней девочке будет легче.

***

Его немного удивило поведение цели, она теперь не убегала, шла медленно. Охотник был в этом мире недавно, а в этом месте впервые, и повадок цели ещё как следует не изучил; он подумал, что она просто устала, вот и не торопится. Экономит остатки сил. Устала и думает спрятаться в этом неприятном месте. Он остановился, когда его ступни утонули в белом теплом ковре. Ему тут не нравилось. Здесь в воздухе ощущался сильный привкус гари, он чувствовал эту мерзость не только носом, но и нёбом. Одноглазый подумал, что цель затем его сюда и привела, чтобы спрятать свой приятный аромат, смешав его с запахом гари. Нет, ей это не удастся, он прекрасно чувствовал её благоухание, и никакая вонь не могла его заслонить.

Он немного постоял, прежде чем войти в эти заросли медленно горящих растений. Ему было душно, но он подумал, что если цель, простое смертное, низшее существо может тут находиться, то ему, созданию Бледной Госпожи, и вовсе нечего опасаться.

***

Ей сейчас казалось, что это были самые волнительные секунды, которые она переживала за последнее время. Хотя волнительных секунд в её жизни за прошедшие пару месяцев было очень много.

Силач остановился перед входом в лес, когда до первых деревьев ему оставалось пройти десяток шагов.

«Ну, давай… Ну, давай же, не стой!».

У Светы чуть сердце из груди не выскочило, пока он стоял и размышлял, идти ему или нет. И какое же облегчение она испытала, когда он всё-таки двинулся по её следу.

Белые деревья, белый ковёр из пепла, чёрный силуэт силача. Всё нормально.

Девочка даже подождала его, чтобы у него появилась мысль, что она совсем рядом. Она снова пошла, лишь когда он сократил дистанцию между ними до двадцати шагов. Теперь, когда она порезала кожистую тварь, Света могла делать это, она надеялась, что теперь тридцать и даже двадцать шагов для неё дистанция безопасная. И теперь ей было необходимо увести его в лес как можно дальше, дальше, чтобы он уже не смог вернуться. Поэтому девочка и рисковала, давая ему так близко подобраться к себе.

Белые деревья, белый ковёр из пепла, чёрный силуэт силача.

Она уже завела его далеко, тёмный фон опушки уже не просматривается.

Шаг, шаг, шаг… Она останавливается и оборачивается – всё в порядке: он идёт за нею. И снова она делает несколько шагов. Вся её одежда уже мокрая, волосы на лбу тоже, ей уже становится душно, но девочка идёт и идёт вглубь леса. Идёт не спеша, не спеша: пусть он её видит и чувствует, главное, чтобы он не повернул обратно. Ей уже самой непросто дышать, дыхание учащается, но надышаться всё труднее. Голова и ноги становятся тяжёлыми, она это чувствует, но и не думает останавливаться: только бы он и дальше шёл за нею. А он шёл. Спокойно и размеренно. Девочка опять остановилась. Странное дело, но тут, в этом лесу, она чувствовала себя в безопасности. Лес мёртвый, враг у неё здесь только один, главное – не терять его из виду, а сзади никто напасть не может. А тот, который может… Он вдруг покачнулся. Свете это не показалось. Он точно покачнулся и плечом задел дерево. Совсем чуть-чуть, едва прикоснулся, но с ветвей тут же полетели белые хлопья. Часть полетела вверх, но самые тяжёлые падали на силача.