Борис Конофальский – Старшие сыновья (страница 93)

Морозов остановился у двери и даже положил руку на ручку, но не открывал её, только смотрел на инженера с явной неприязнью.

«А этот паренёк крепче, чем я думал», - отметил для себя Горохов и продолжал:

- Вижу, вы тоже не знаете, – он встал. – Значит, хотите, чтобы я ушёл? Хорошо. Предлагаю вам вот какой вариант: вы мне отвечаете всего на один вопрос, на самый простой вопрос и потом уже решаете, уйти мне или нет. Но на вопрос вы мне ответите честно. Идёт?

Доктор Морозов ему не ответил, но и дверь открывать не стал. Замер у двери, ждал вопроса.

- А вопрос такой: вы бывали в большом здании за рекой?

Молодой человек ему не ответил, но он явно понял, о чём спрашивает инженер. И поэтому инженер продолжил почти с улыбочкой:

- Вопросик не зашёл, не хотите на него отвечать? Бывает. Давайте тогда другой вопрос задам: с чего это вы неожиданно отменили приём на два дня. Вроде не заболели. Уезжаете? Куда? На север за бинтами и лекарствами? Так туда по течению на самой быстрой лодке сутки плыть, обратно почти трое. Так что за двое суток вы не обернётесь. Может быть, в Пермь собираетесь? Ну, это вряд ли. Там слишком грязно для вашего белого халатика, да и Людмиле Васильевне вы тут нужны. Тогда куда? И мы опять возвращаемся к первому вопросу. Ну так что, бывали вы за речкой, в одном примечательном здании? И не туда ли вы намыливаетесь в скором времени?

- Кто вы такой? – сухо произнёс доктор.

Горохов почувствовал, что дальнейшая беседа может выйти из-под его контроля, докторишка уже был готов действовать, поэтому инженер встал, подошёл к двери и положил свою тяжёлую руку на руку доктора, которая лежала на дверной ручке. Сжал её и, сблизившись с доктором так, что их носы едва не соприкасались, сказал сквозь зубы, очень тихо, но самым холодным тоном, на который был способен:

- Я Уполномоченный Чрезвычайной Комиссией Горохов, мой мандат номер сто шестьдесят. Я здесь по заданию Трибунала, и дальнейший наш разговор можете считать официальным, вам всё ясно?

- О…, - только и произнёс доктор. Он растерялся и явно не ожидал такого поворота. – Уполномоченный?

- Где ты имеешь Людмилу? Тут? - инженер огляделся. Он говорил всё так же тихо, почти шёпотом. - Это не праздный вопрос. Я хочу знать, есть ли тут прослушивающая аппаратура.

- Рядом, в массажном кабинете, - так же шёпотом отвечал доктор.

- Будем надеяться, что микрофонов тут нет. Ладно, - Горохов поднял три пальца и поднёс их носу Морозова. - Людей вербуют тремя способами: тупых деньгами, умных деньгами и доводами, тварей деньгами и угрозами. Думаю, что в твоём случае нам хватит доводов. Главный довод: упоминание в моём рапорте того, что ты осмысленно помогал Трибуналу, даёт тебе статус «благонадёжный гражданин», что значительно увеличивает шанс на получение вида на жительство где-нибудь в северной зоне. Ведь все мечтают жить где-нибудь на берегу моря, где растут персики.

Теперь молодой врач смотрел на него немного устало и со скукой. Словно наделся, что происходящее в его кабинете к нему не имеет никакого отношения.

- Морозов, Морозов, - инженеру даже пришлось его встряхнуть, - ты, кстати, имей в виду, что если со мной что-то случится, например, если меня схватят люди Папы, или твоя медсестра меня убьёт, умные люди на севере будут знать, что к этому приложил руку ты. И тогда… Тогда с тобой может случиться то же, что и доктором Рахимом.

- А что с ним случилось? – лицо молодого человека вытянулось.

- С ним случилось то, что и должно было случиться. За ним послали уполномоченного, - ответил Горохов, и, чуть подумав (незачем его сильно пугать), добавил. - Теперь он арестован, и его будут судить. Да, так почему вы отменили приём на два дня?

- Ну, так как доктора Рахима… Так как он арестован…

- Вас вызывают туда, за реку, - догадался Горохов. - А вызывают вас два человека, одного из которых зовут Виктор?

- Да, - удивлённо соглашается Морозов, - вы с ними знакомы?

«Старшие или Первые, сыновья Праматери, – инженер вспоминает, что Валера-генетик рассказывал ему про них. – Да, он, кажется, говорил, что так их называли дарги».

- Давно хочу познакомиться. Говорят, это красавцы, которые не носят масок и не бреются. Кстати, а как зовут второго?

- Да, масок они не носят…, - молодой доктор был удивлён осведомлённостью инженера. – И второй… Он почти всегда молчит, сам никогда не представлялся, но Виктор зовёт его Тесей.

- Тесей? – Горохов удивлён. Он не может вспомнить, называл ли ему Валера имя второго «сына». – Что за Тесей?

- Не знаю. Имя такое, наверное.

- Имя… И этот Тесей всегда молчит?

- Да, но разбирается во всём не хуже Виктора.

- Во всём - это в чём?

- В генетике, структурах белка. Да и в оборудовании тоже.

- Ясно. А ты помогал доктору Рахиму? Сколько по времени и что делал?

- Они… ну, Виктор дал нам старый конструкт, мы улучшали…, - доктор запнулся.

- Ну, давай-давай… Кого улучшали? Бота? Какого?

- Даргов, - нехотя произнёс молодой доктор.

«Знает, мерзавец, что это не очень-то правильно».

- Угу… Даргов, значит? И что вы в них улучшили?

- Общую выносливость, они… вернее, Виктор, посоветовал нам начать с уплотнения клеточных мембран за счёт уменьшения межклеточного пространства.

- И получилось? – спросил Горохов, ни слова не понимая из сказанного.

- Ну… да. За полгода мы всё сделали. Они были очень довольны результатом.

- За полгода всё сделали!? Какие вы с доктором Рахимом молодцы, однако, – похвалил доктора инженер. - Теперь дарги будут ещё выносливее и ещё живучее.

- Они ещё не готовы, они зреют в ваннах, - Морозов прекрасно чувствовал сарказм инженера и теперь как будто оправдывался или пытался предотвратить большую беду, - они через полторы недели созреют, только после этого на базе их биоматериала можно будет сделать новые конструкты для репликации.

- Но, как я понял, их там немного?

- Две мужских особи и две женских.

- А для чего же Папа Дулин заказал две сотни винтовок?

- Этого я не знаю, - сразу заявил доктор. И по его тону было ясно, что к винтовкам он не хочет иметь никакого отношения.

- А цемент куда везут? Кто там, за Пермью, что-то строит? Это Виктор с Тесеем?

- Ну да. Рахим говорил, что работы скоро будет столько, что нам двоим не справиться.

- И строят они там…?

- Большой центр.

- О, повторюсь, какие же вы всё-таки молодцы, вы тут, значит, вывели новый, улучшенный вид даргов на радость всей пустыне и решили под него расширить производство? Решили работать с размахом, так сказать?

- Понимаете…, - заговорил Морозов и замолчал.

- Ну, давай, что я должен понять? Ну, говори.

- Понимаете, не я один такой…

- Ну конечно, ты не один… Таких, как ты, хватает, Трибунал не успевает ордера на вас выписывать…

- Ну посмотрите сами, - с волнением продолжал доктор, - почти всё оборудование для этих центров делают фирмы на севере, и оружие для Папы присылают с севера. Баржи сюда всё это привозят, многие на этом живут. Это просто… бизнес.

- А понял, понял… Да… Бизнес. А всё, что хорошо для бизнеса, то и хорошо, - Горохов похлопал его по плечу, - и ты не хуже других, это ж бизнес, ведь все так делают, одни продают сюда оружие бандиту, другие непонятное оборудование непонятно кому, третьи увеличивают плотность мембран у людоедов, чтобы они повыносливее были, четвёртые строят «санатории» изо всех сил, пятые всё это возят по реке, короче, каждый крутится как может. Это ж бизнес. В общем… не вы такие, жизнь такая, да? Чёрт, сколько раз…, - инженер даже помотал головой. - Ты даже себе не можешь представить, сколько раз я слышал всю эту… мерзость.

Инженер тяжело вздохнул. Морозов молчал, и он, понимая, что давить на доктора больше нельзя, спросил уже серьёзно, по-деловому:

- Короче, эти Виктор и Тесей… они сегодня тебя туда вызывают, а что хотят, не передали?

- Не знаю, наверное, хотят передать дела.

- Скорее всего, ты же тут теперь один… специалист остался. Как они с тобой связываются?

- Приходил человек от Папы.

- Значит, в этот раз от Папы, а обычно всё было завязано на доктора Рахима? - спросил инженер.

- Да.

- Во сколько тебе нужно быть в биоцентре?

- Сказали приехать к шестнадцати и ждать. Они приедут позже. Но я поеду пораньше. Хочу до жары туда добраться.