Борис Конофальский – Старшие сыновья (страница 86)

Теперь её лицо выражало умиротворение, она лежала на диване заднего сидения, почти не оставив ему места, её ноги с крашеными ногтями были опять уложены на спинки передних сидений. Горохов хотел закурить, но она стала его подгонять.

- Не засиживайся. Меня Юрок может хватиться.

- Да ты уже придумала, что ему сказать, - ответил он и начал одеваться. Горохов поглядел на её резной профиль и вдруг понял, что не может и близко назвать её возраст. – Слушай, а у тебя ещё дети есть?

- Четверо, - она подняла ноги и упёрла их в потолок кабины.

Горохов понял, что она не врёт. Почувствовал это. Всё, что она говорила до этого, до этого момента, было делом, а последнее слово она произнесла, что ли… с теплотой.

- Две пары близнецов, – продолжила Людмила. – Мальчики.

Инженер почувствовал, что двигался в нужном направлении, нужно было продолжать этот разговор.

- И сколько им? - он не торопясь натягивал сапоги.

- Старшим восемнадцать, младшим шесть.

«Врет – не врёт? Хрен её поймёшь, на теле и намёка нет на перенесённые беременности, да и сколько ей тогда лет?».

- Не скучаешь по детям?

- Скучаю… Наверное, поэтому хочу опять быть беременной.

- Хочешь быть беременной? – вот уж чего инженер от неё услышать никак не ожидал. – Говорят, тошнота и ещё всякое… Тяжело, мол…

- Ерунда всё это, - Людмила наконец опустила ноги, наклонилась, взяла свою одежду с переднего кресла, - Е-рун-да… Беременность – это счастье.

Она стала одеваться. А ему не хотелось, чтобы эта женщина прятала своё прекрасное тело в одежду. Он положил руку ей на плечо. Провёл по спине до попы.

- Подожди, не одевайся, может, ещё…?

- Нужно ехать, Юрок будет искать, а с ним лучше не косячить, - сказала она, надевая бельё.

- Что, ревнивый?

- Ужас, своих людей ко мне первое время приставлял. Узнает - попытается тебя убить, а нам с тобой нужно дело сделать, – последние слова были сказаны уже по-деловому холодно.

«Нам с тобой». Это, конечно, звучало красиво, но инженера не обманывало.

- Дело, ну ладно… Мне понадобится транспорт в верхнем городе. Боюсь, с моим мне будет не уйти.

- Мордашёв найдёт тебе транспорт, – она уже забыла про их близость. – Говори, что нужно?

- Квадроцикл с тонированной кабиной. И ещё мне нужна будет лестница и место, где нет камер, чтобы я смог перелезть стену.

- А ты разве сам не планировал путь отхода, без нашей помощи?

Он молчал. Просто смотрел, как она одевается.

- Я всё устрою, - сказала Людмила, натягивая штаны, - всё, давай, целоваться не будем.

- А я смогу увидеть детей, когда они родятся? – спросил инженер, уже берясь за ручку двери.

Она взглянула на него… Раздражённо и твёрдо произнесла всего одно слово:

- Нет.

Горохов вылез из квадроцикла и пошёл к тому камню, где оставил свой транспорт. А навстречу ему шёл бородатый Иван. Они разминулись, и бородач при этом произнёс достаточно вежливо:

- До свидания, господин инженер.

- До свидания, - ответил Горохов и вдруг подумал, что вся эта вежливость в этом диком и опасном месте немного неуместна, как и дорогой квадроцикл и красивая женщина в нём. Горохов обернулся и крикнул вслед уходящему бородачу:

- Иван!

- Да, - тот сразу обернулся.

- А я не мог вас встретить в Ухте?

- Нет, точно нет, – сразу ответил бородатый. – Там, говорят, опасно. На той стороне реки даргов много. А я их побаиваюсь…, - он усмехнулся.

- А вы ведь не всегда носили бороду?

- Не всегда, но уже лет пять точно.

- О! Пять лет носите щетину по такой жаре? Вы сильный духом человек, – восхитился инженер. – Я в Губахе знал одну группу людей, они тоже носили бороды. Для форса.

- Нет, я к той группе отношения не имею, – отвечал Иван.

Он уже хотел закончить разговор, но Горохов не спешил прощаться.

- А это вы нашли это уютное местечко?

Инженер думал, что он начнёт врать, но тот не стал отпираться.

- М… Ну да, я, - как-то нехотя согласился бородатый.

- Мне почему-то так и показалось. Интересуетесь окрестностями?

- Я как-то тут охотился.

- О! Вы ещё и охотник?

- Да нет… Я не охотник, - Иван, кажется, даже засмеялся. – Да, какой там охотник… Я так, любитель.

- Охотились на сколопендр?

- Нет, упаси Бог. Я их боюсь до смерти. Варана для кухни Людмилы Васильевны хотел добыть.

«Если бы ты боялся сколопендр, сюда никогда не сунулся бы, если ты, конечно, не полный идиот».

- Варана? – Горохов внимательно глядел на бородатого, хоть лицо того было скрыто маской респиратора. - Я помню ваши глаза. Кажется, мы где-то встречалась? Но я… не могу припомнить, где?

- Встречались? – бородач удивился. – Что-то я не припоминаю. Да и глаза у меня вполне заурядные.

Нет, инженер не помнил его глаз, он просто, наблюдая за реакцией бородатого, выяснял его статус при Людмиле. Сомнений в том, что это её доверенный человек, у него не было, раз он провожает её на такие пикантные встречи, но вот что это за человек, Горохову хотелось бы выяснить. Инженер был уверен, что это тайное место для встречи нашла не Людмила, а именно этот Иван, и Горохов сомневался, что бородач таскался сюда за варанами. Он продолжал:

- А в Губахе вы не бывали?

- Бывал как-то раз, проездом, - отвечал бородатый.

- Проездом, - повторил Горохов. – Может, я вас там видел?

- Это вряд ли, - ответил Иван.

- Понял, ладно, удачи вам, Иван, - произнёс инженер.

- И вам, - отвечал бородатый.

Горохов пошёл к своему мотоциклу, а сам думал о том, мог ли этот Иван быть с Люсичкой в Губахе; если так, то, значит, они давно работают в устойчивой паре, вряд ли Люсичка стала бы так доверять человеку, которого знает недавно.

Глава 62

Теперь-то ему точно было о чём подумать. Люсичка и Иван. Теперь инженер был уверен на все сто, что этот Иван - не просто нанятый Людмилой человек. Они работают вместе. И, судя по всему, давно. Он машинально остановил мотоцикл, когда наткнулся на утренний след сколопендры. Выследил её и убил с двух выстрелов, как учила Самара, а сам все не прекращал думать и об Иване, и о том, на кого они с Люсичкой работают, и про селекционную программу.