Борис Колмогорцев – Чай с привкусом марганца. Битва за новую логику недр. Записки геофизика. Часть третья. (страница 4)
Для обычного советского инженера это была скучная серая брошюра с цифрами. Но для того, кто умел читать, это была карта сокровищ. Там печатали мировые цены на сырье, обзоры рынков, законы о недрах в других странах.
Я пришел к своему Генеральному директору и убедил его:
– Нам нужно выписать БИКИ на нашу библиотеку. Это не просто статистика, это навигация. Мы должны знать цену тому, что ищем.
И я начал читать. Я жадно впитывал информацию о том, как устроена геология в Канаде, в Австралии. Я узнал слово «роялти». Я узнал, что государство может владеть землей, но отдавать недра в разработку частнику за процент, и это выгодно всем.
В моей голове начал складываться пазл.
С одной стороны – дерзкие научные идеи Бруно Дембовского и Льва Николаевича Белякова (ищи там, где другие не видят!).
С другой – экономическая логика Матреницкого и сухие цифры из БИКИ (считай деньги, ищи то, что можно продать!).
Так, на стыке высокой науки, лагерной мудрости и западной коммерческой информации, у меня и родилась та самая концепция, с которой я вышел на трибуну в 1988 году. Концепция диверсификации и предпринимательской геологии. Я понял: мы можем работать иначе. Эффективнее. Богаче.
Но осознать – одно, а выстроить систему – другое. Ключевым камнем преткновения была стадийность. В СССР геологоразведка была линейным, почти священным процессом: поиски, затем оценка, затем разведка, и только потом – проект на разработку. Каждый этап финансировался государством по смете и длился годами. Результат же – гигантский «неликвид» в виде запасов, законсервированных в недрах, часто на десятилетия. Я понял, что эту стену надо ломать.
Моя идея была проста, как всё гениальное. Нужно превратить геологоразведку в цепочку коммерческих сделок. Представьте: государство, как собственник недр, выставляет перспективный участок на «аукцион идей». Право на поиски получает не тот, у кого больше буровых станков, а тот, кто предлагает лучшую научную концепцию и берет на себя риски начального этапа. Найдя что-то стоящее, он не сдает «отчет в полку», а продает пакет прав на участок, скажем, среднему горному предприятию – уже по другой цене, с учетом подтвержденного потенциала. Тот, в свою очередь, проводит детальную разведку и перепродает проект крупной добывающей компании. На каждом этапе инвестор зарабатывает на росте капитализации, а государство – на роялти, которое начинает капать с самой первой сделки.
Роялти было вторым краеугольным камнем. Я подсчитал, что небольшая доля от будущей прибыли, гарантированная государству, принесет в бюджет в разы больше, чем дотирование бесконечной и безрезультатной разведки. Это превращало государство из донора в заинтересованного партнера, которому выгодно, чтобы месторождение было найдено и запущено в работу как можно быстрее. Это был честный компромисс: бизнес получает свободу инициативы и основную прибыль, а страна – стабильный долгосрочный доход и реальное освоение недр.
Я назвал это «канадской моделью», хотя это был сплав канадской практики, австралийского pragmatism и нашей, воркутинской, ясности, отточенной в спорах с Матреницким. Это была модель предпринимательской геологии, где главным двигателем становится не план, а прибыль, а главной фигурой – не главный геолог, а геолог-менеджер, умеющий считать стоимость каждой аномалии.
Концепция диверсификации и предпринимательской геологии
Когда я озвучил эти мысли в своем кругу, реакция была полярной. Молодые специалисты загорались, они видели в этом шанс на настоящую, азартную работу и достойное вознаграждение. Но многие маститые коллеги смотрели на меня как на еретика, покушающегося на святые устои. «Ты что, предлагаешь торговать Родиной?» – слышал я. Нет, я предлагал перестать закапывать в землю народные деньги и начать, наконец, извлекать из нее богатство для народа.
Но я понимал: нельзя перестроить экономику, оставив нетронутым научный фундамент. Нельзя внедрять роялти и капитализацию, если сама теоретическая база геологии поросла мхом. Борьба за новые деньги была неотделима от борьбы за новую истину. И если на трибунах мы спорили о сметах, то в тишине экспедиционных кабинетов вызревал другой бунт – тектонический.
Всё началось за год до моего выступления, когда обычный библиотечный вечер перестал быть томным.
Январь 1987-го. Библиотека после шести вечера. Свет только от двух настольных ламп и тусклой люстры. За окном – метель, а внутри пахнет старой бумагой, сигаретами и холодом, который даже радиаторы не берут. На длинном столе – свежий номер со статьей.
Скрины статьи «Геофизика или геофизикообразие»
Заголовок кричит: «ГЕОФИЗИКА ИЛИ ГЕОФИЗИКООБРАЗИЕ?». Нас человек пятнадцать – наиболее заинтересованная часть ОМЭ. Молодые и те, кто уже успел обжечься на новом знании. Никто не ушел домой. Все чувствовали: сейчас будет бой. Первым взорвался Аведисян. Он стоял у торца стола, как на трибуне, и бил ладонью по газете так, что листы подпрыгивали.
– Хватит! – голос у него был низкий, тяжёлый, как мерзлота.
– Мы не можем больше позволять себе это геофизикообразие! Плиты, спрединг, субдукция… Красивые картинки для диссертаций! А реальные данные? Гравиразведка у нас даже на 1:50 000 не закрыта полностью – ни тогда, ни сейчас! Половины территории нет! И вот на этих дырах вы строите глобальные теории? Я строю свою ФГМ только на том, что есть: вертикальные движения блоков. Точка. Никакого горизонтального дрейфа!
Маркитантов Иван Федорович, сидевший напротив, медленно откинулся на стуле. Он был из тех, кто никогда не повышал голоса, но от его слов становилось холоднее, чем за окном.
– Владимир Иванович, вы опять про «дыры». Да, покрытия нет. И именно поэтому мы не имеем права подгонять неполные данные под старую схему. Магнитные аномалии, сейсмические профили – они кричат о горизонтальных движениях. Палеомагнетизм уже показал: Европа и Америка расходились. А вы говорите – «всё вертикально». Это не наука. Это вера.
Аведисян резко повернулся к нему
– Вера?! Я всю свою жизнь на этих разрезах! Я видел, как складки Пай-Хоя и Приполярного Урала объясняются только блоковой тектоникой. Без всяких плит! А вы мне суёте океанические данные, которых у нас здесь нет и никогда не будет!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.