Борис Иванов – Знак Лукавого (страница 35)

Наверняка в моем голосе слишком отчетливо прозвучало облегчение.

Старый Ходок окинул меня ироническим взглядом и, хмыкнув, тихо заверил:

– Именно тебя, Серж. Именно тебя…

– Ну так пошли ко мне, – кивнул я на тускло светящиеся стекла входной двери. – Ты вообще-то сразу бы заходил и ждал меня где-нибудь внутри. Там места хватает…

Тереке покачал головой и поднес палец к губам.

– Ну, во-первых, сегодняшний дежурный очень косо смотрит на курящих в его зоне ответственности. А во-вторых, не надо мне «светиться» здесь. А тем более с тобой вместе.

– Что так? – поинтересовался я, прислоняясь рядом с ним к успевшей отсыреть стене пансиона. – Случилось что-нибудь?

– В общем-то да, – кивнул он и затянулся табачным дымом так, что трубочка его засипела.

– Удалось найти Тагару или его предка? – поинтересовался я с деланным равнодушием.

– Не только, – нервно бросил он и снова засипел трубкой. – Ты интересовался Тагарой, его отцом… Но ты ведь и своим братом еще интересовался… Правда, как-то отдельно…

Адреналин – или что там выбрасывается в кровь в таких случаях – кольнул меня в кончики пальцев. Невзирая на холодный ветер, пот мелким бисером выступил у меня на лбу.

– В общем, – торопливо пробормотал Теренс, – вычислил я одного из наших… Такого, который письма от Ходоков сюда передает. И наоборот… Кто, что, чего – не суть важно. Главное, что у него как раз письмецо было. От твоего Тагары к отцу его – Грегори. Ну, в общем– о каких-то здешних делишках, но и о тебе и твоем брате пара слов. Я все это переписал от руки – по-другому наш «почтовый голубь» не позволил. Прочитаешь дома.

Он сунул мне в руку скомканный листок бумаги:

– Тогда поймешь, почему я слегка вибрирую… Дело завязано на Темных. Завтра, ближе к закату, лови меня где обычно.

Ох уж эти здешние «сразу после рассвета», «около полудня» и «ближе к закату»… Заклинания мира, живущего в разладе с часами.

– Это… – неуверенно спросил я. – Это стоило тебе денег?

Теренс презрительно фыркнул:

– Ничего. Угостишь меня табачком от своего мэтра и, считай, мы в расчете.

Он зашелся кашлем заядлого курильщика, прикрыл трубку полой кожаной куртки и провалился в ночь, ветреную и дождливую.

* * *

Торопливые каракули Теренса я прочитал, еще не добравшись до своей кельи. Пристроился в одном из небольших зальчиков-рекреаций, где здешние жители перебрасывались в кости и картишки, тихо болтали друг с другом или просто отдыхали от четырех стен своих келий. В зависимости от настроения очередного дежурного здесь не возбранялось (или, наоборот, возбранялось) курение – редкий здесь грех или употребление пива – грех более частый. Но в эту ночь здесь, в выбранном мной зале, было пусто.

«… Оказалось, – писал Тагара своему отцу, – что тот человек, который помог мне добраться в Рикк с территории племен (я тебе писал о нем), ищет здесь своего брата. Должно быть, это тот паренек, которого теперь ищут черные Ходоки. Темные потеряли его где-то в Рикке. Если ты, на своей стороне Червя, узнаешь что-нибудь об этом парне, я очень хотел бы связаться с этим Сергеем. Но его плотно охраняют Учителя. А ты сам знаешь, что и у тебя, и у меня с Учителями отношения сложные. Да и не могу ему пока помочь ничем. Но я думаю связаться с ним через Баума из Подземной Часовни. Он, конечно, парень трусливый, но я знаю к нему подход, а он знает, как обойти Учителей. Может, он вскоре поможет мне встретиться с этим Сергеем…»

По всей видимости, это было все, что имело в письме отношение ко мне, грешному. Я как можно аккуратнее свернул записку и упрятал ее в карман. Подойдя к своей двери, я снова ощутил укол тревоги и не сразу понял его причину. Только через секунду-другую, уже ища в кармане ключ, я сообразил, в чем дело, из-под двери тянуло сырым сквозняком.

А ведь уходя, еще при виде дождевых облаков, собирающихся в небе, я плотно прикрыл окно… Подумав немного, я вернулся в комнату отдыха и прихватил оттуда предмет, который мог хоть как-то сойти за оружие – тяжелый декоративный подсвечник, потом вытащил из кармана ключ и, держась в стороне от проема двери, вставил его в скважину и тихонько повернул. Замок, слава богу, был неплохо смазан.

Рывком я открыл дверь.

Не последовало ровным счетом ничего. В комнате было холодно и сыровато. Лампа под потолком уже была отключена дежурным, но свет, падавший из коридора, помог мне различить худенькую фигуру, клубком свернувшуюся на моей лежанке. Непрошеный гость крепко спал. Я потрепал его по плечу и тихо позвал:

– Вставай, Тагара…

Глава 6

МАГИ И ЛАБИРИНТ

Тагара проснулся и принял положение «сидя» молниеносно. Словно и не думал спать. Он одновременно был готов радоваться мне, драться с неожиданно подкравшимся недругом и пуститься наутек от неведомой опасности.

– Чай пить будешь? – осведомился я, затепливая припасенную в качестве меры супротив капризов дежурного свечу.

При свете этого нехитрого осветительного прибора я рассмотрел мальчишку повнимательней. Он явно нуждался не только в чае. Ребра у него стали выпирать гораздо заметнее, что было нетрудно определить по обтянувшей его поношенной футболке, щеки порядком ввалились.

Ноги, прикрытые сильно вытертыми и драными джинсами, были босы и исцарапаны. Я молча достал с полки свой энзэ – кусок ветчины местного копчения и порядком зачерствевшую горбушку здешнего хлеба.

– Ты чего окна не закрываешь? – спросил я, ставя на стол-подоконник термос с крепко заваренным чаем и начиная кромсать хлеб и ветчину недавно выигранным в кости штыком.

Мальчишка покосился на отворенное в осеннюю ночь окно, в которое порывы ветра время от времени вбрасывали холод и водяную пыль. Перед окном на полу образовалась уже порядочная лужа.

– Если бы пришли за тобой… Или за мной… Я бы не успел открыть… – сбивчиво объяснил он.

– А что – могут прийти? – осведомился я, двигая к нему тарелку с накромсанной едой и кружку с чаем.

– Могут! – тряхнул головой Тагара и впился зубами в сделанный мною на скорую руку бутерброд.

Он попытался объяснить мне еще что-то, но я с трудом понимал его, поскольку рот его был набит едой и к этому добавлялось еще бульканье глотаемого чая. Чтобы не терять зря времени, я в двух словах пересказал ему все, что только что узнал от Теренса и из его записки, скопированной с письма Тагары. Мальчишка удивленно выпучил глаза. Секунду-другую мне казалось, что он сейчас выплюнет не дожеванные хлеб и ветчину, дабы словами выразить что-то смертельно удивившее его. Но для этого он был слишком голоден и только протянул руку – схватить записку, которую я прочитал ему. Пока он читал, глаза его все больше и больше расширялись.

Прожевав-таки и проглотив еду, Тагара наконец выпалил:

– Я… Я не писал этого. Я вообще сейчас не знаю, как написать отцу. И потом… Я ведь даже не знал, что у тебя где-то здесь есть брат…

Тут пришла очередь делать большие глаза мне. Но удивляться приходилось пока что лишь собственной доверчивости. Ведь я действительно ни словом не обмолвился Тагаре о существовании Ромки. Впрочем, из записки и не следовало, что он узнал об истории с похищением брата именно от меня. «Выписка» была составлена достаточно хитро.

– Ну в таком случае, почему ты пришел ко мне? спросил я и плеснул чаю и себе.

– Я хотел тебя п-предупредить… – слегка заикаясь от охватившего его волнения, выдавил из себя Тагара. – Тебя могут украсть. Или убить. Темные Ходоки.

Я уставился на него испытующим взглядом, который уже успел перенять от мэтра:

– Это ты о ком?

– О тех двоих, с которыми ты ходишь по вечерам… Теренс и Крикмор… О них говорят плохо…

– О них обоих? – уточнил я. Тагара затряс головой:

– Я не знаю – кто из них… Но есть люди, которые в таких вещах разбираются… Они сказали, что есть приметы… В общем, тебя, кажется, хотят заманить…

Я взял мятый листок у него из рук и чуть-чуть помахал им в воздухе.

– Вот этим?

Тагара судорожно кивнул:

– Да! Наверное…

– Тагара, – спросил я, выливая в его кружку остатки чая из термоса, – а почему ты вот так исчез и не появлялся? Я уж думал, что ты забыл про меня. А вот теперь оказывается – вовсе и нет. Даже про черных Ходоков что-то узнал…

Мальчишка завертел головой так, словно вдруг воротник стал ему тесен:

– Там… – Он ткнул рукой в записку Теренса. – Там правильно сказано… Мне нельзя здесь часто показываться Учителям. У отца с ними действительно сложные отношения. Ну получается, что и у меня тоже…

– Значит, тот, кто это писал, – я снова пошевелил бумажкой, – хорошо о твоих делах осведомлен?

Тагара как-то безразлично пожал плечами, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

– Вот что… – сказал он. – Я понял. Тебя как раз и хотят свести с этим Баумом…

– С Баумом из Подземной Часовни?

– Ага… – кивнул Тагара. – Тут есть такая – в холмах, неподалеку. О людях оттуда дурная слава… Может, эти твои дружки – Теренс и Крикмор… Может, они и не темные Ходоки вовсе. Может, им специально такую штуку подкинули… – Он кивком указал на помятый листок. – Чтобы тебя заманить. Ты… Не ходи, в общем, туда…

Я сунул записку во внутренний карман куртки.

– Знаешь, Тагара… – вздохнул я. – Я обо всем этом посоветуюсь с Учителем…

Мальчишка судорожно затряс головой, пристально уставившись мне в глаза.

– Понимаешь, – извиняющимся тоном объяснил я, – у меня не должно быть секретов от… Ну, ты понимаешь… О тебе я не буду говорить. В смысле – о том, что сегодня мы встречались.