Борис Хавкин – Нацизм. Третий рейх. Сопротивление (страница 80)

Партийные аппаратчики из Мюнхена признавали, что Мюллер еще до 1933 г. «очень жестко, отчасти не обращая внимания на правовые положения, боролся против левых». Однако, по их мнению, «при всем огромном рвении и его невероятном честолюбии, если бы потребовалось преследовать правых, то Мюллер и тут сделал бы все, чтобы добиться признания со стороны начальства», поскольку «он явно не был национал-социалистом».

Еще хуже мюнхенские партайгеноссе отзывались об особенностях характера Мюллера: «Он бесцеремонный человек, не терпит в своем окружении людей, которые препятствуют его стремлению продвинуться по служебной лестнице… однако охотно дает похвалить себя за работу, которой не занимался. При этом он не стесняется нарушения элементарных понятий товарищества… Для предпочтительного повышения Мюллера по службе нет никакого повода, так как он не имеет никаких заслуг в деле национального подъема».

Руководство гау запросило в парторганизации НСДАП в мюнхенском районе Пазинг характеристику на Мюллера. Оттуда пришел ответ: «Как Мюллер получил свое почетное звание в СС, нам неизвестно… Мы плохо можем представить себе его в качестве члена партии». Далее шло короткое, но красноречивое примечание: «Пожертвование на “День Айнтопф” (Айнтопф – «общий горшок», еда, объединяющая первое и второе блюдо, символ «немецкого народного сообщества». – Б.Х.) по 40 пфеннигов».

Тем не менее Мюллер доказал, что такие специалисты, как он, могли сделать в нацистской Германии карьеру, даже если против них выступала партийная организация. В январе 1937 г., вскоре после получения отрицательной характеристики из Мюнхена, старший инспектор Мюллер перескочил еще несколько ступеней служебной лестницы, став главным правительственным советником и советником уголовной полиции. Вскоре после этого он получил звание штандартенфюрера (полковника) СС.

Вскоре Мюллер заявил о выходе из Римско-католической церкви, чтобы соответствовать требованиям СС. Для его религиозных родителей этот шаг стал оскорблением. Но Мюллер решил, что вера в Гитлера принесет ему больше преимуществ, чем вера в Христа.

В 1939 г. Мюллер наконец все-таки вступил в НСДАП. Внешность его – невысокий (170 см), темноволосый, с карими глазами – мало соответствовала «арийским канонам». Но когда понадобилось доказать свое арийское происхождение (офицеру СС и члену НСДАП надо было иметь арийских предков начиная с 1750 г.), Мюллеру удалось, хоть и не совсем полно, подтвердить документально свою родословную: его предками в основном были баварские крестьяне.

Шеф гестапо

Начальника внешнеполитической разведки (VI управления РСХА) Вальтера Шелленберга и шефа криминальной полиции (V управления РСХА) Артура Небе штандартенфюрер Мюллер отталкивал от себя одним своим внешним видом: пробор посередине головы, выбритый затылок, сжатые губы, колкий взгляд, постоянно дрожащие веки.

В октябре 1939 г. Мюллер, уже имперский криминаль-директор, который и в Берлине продолжал говорить на баварском диалекте, был назначен руководителем IV управления (гестапо) в составе только что образованого РСХА. В качестве шефа гестапо он был представлен Гитлеру. Мюллер получил чин бригадефюрера СС и генерал-майора полиции. В ноябре 1941-го он был произведен в группенфюреры СС и генерал-лейтенанты полиции.

В соответствии с организационным планом 1941 года возглавляемое Мюллером IV управление РСХА, в аппарате которого служило около 40 тыс. человек, называлось «Исследование и борьба с противником, управление тайной государственной полиции». Бессменным заместителем Мюллера был оберфюрер СС и полковник полиции (впоследствии бригадефюрер и генерал-майор) Вильгельм Крихбаум, более известный как «Вилли К.» Крихбаум по совместительству был также бессменным шефом тайной полевой полиции, которую в армии называли «гестапо вермахта». Кроме того, Крихбаум курировал работу пограничной полиции рейха.

Гестапо состояло из канцелярии и пяти отделов: начальником канцелярии был штурмбаннфюрер СС Пипер. Кроме канцелярской работы отдел ведал информацией и подбором кадров для управления. В ведении канцелярии находилась также внутренняя тюрьма гестапо.

Отдел IV A «Борьба с противником» включал подразделения:

IV A 1 «Коммунисты, марксисты, тайные организации, военные преступления, незаконная и вражеская пропаганда»;

IV A 2 «Борьба с саботажем, контрразведка, политические фальсификации»;

IV A 3 «Реакционеры, оппозиционеры, монархисты, либералы, эмигранты, предатели родины»;

IV A 4 «Служба охраны, предотвращение покушений, наружное наблюдение, спецзадания, отряды розыска и преследования преступников».

Отдел IV B «Секты»:

IV B 1 «Политические церковные деятели/католики»;

IV B 2 «Политические церковные деятели/протестанты»;

IV B 3 «Другие церкви, франкмасоны»;

IV B 4 «Евреи».

Отдел IV С «Картотека».

IV C 1 «Обработка информации, главная картотека, справочная служба, наблюдение за иностранцами, центральный визовый отдел»;

IV C 2 «Превентивное заключение»;

IV C 3 «Наблюдение за прессой и издательствами»;

IV C 4 «Наблюдение за членами НСДАП».

Отдел IV D «Оккупированные территории»:

IV D 1 «Вопросы протектората Богемии и Моравии»;

IV D 2 «Вопросы генерал-губернаторства» (на территории Польши. – «НВО»);

IV D 3 «Иностранцы из враждебных государств»;

IV D 4 «Оккупированные территории: Франция, Люксембург, Эльзас и Лотарингия, Бельгия, Нидерланды, Норвегия, Дания.

Отдел IV E «Контрразведка»:

IV E 1 «Общие вопросы контрразведки, дела об измене родине и шпионаже, контрразведка на промышленных предприятиях» (в 1939–1942 гг. этот подотдел возглавлял гауптштурмфюрер СС Вилли Леман – советский агент Брайтенбах, которого выявил и расстрелял лично Мюллер. – Б.Х.);

IV E 2 «Противодействие экономическому шпионажу»;

IV E 3 «Служба контрразведки “Запад”»;

IV E 4 «Служба контрразведки “Север”»;

IV E 5 «Служба контрразведки “Восток”»;

IV E 6 «Служба контрразведки “Юг”».

В гестапо входили также подразделения «Сбор информации» (IV N) и «Вопросы иностранной полиции» (IV P). В 1944 г. в самостоятельный отдел (IV G) выделили таможенную и пограничную стражу и пограничную инспекцию.

На местах тайная государственная полиция имела управления, которые делились на отделы. Опорой гестапо была широкая сеть осведомителей. Мюллер сделал помощниками тайной государственной полиции миллионы немцев, все остальные ее боялись. Тайная полиция казалась всесильной, внушала мистический ужас.

Шеф гестапо с рвением и беспощадностью выполнял свои обязанности – искал и уничтожал истинных и мнимых врагов рейха. За совершенные за письменным столом «подвиги» Мюллер в октябре 1944 г. был представлен к награждению рыцарским крестом «За военные заслуги». При этом были отмечены разработанные им «разнообразные методы современной профилактики» в борьбе против врагов государства.

Достоверно известно, что 28 апреля 1945 г. в руинах разбомбленной церкви Святой Троицы на Мауэрштрассе в Берлине, подземелья которой использовались как бомбоубежище, Мюллер допрашивал свояка Гитлера группенфюрера СС Германа Фегелейна, который был обвинен в дезертирстве и казнен. 30 апреля 1945 г. во время самоубийства Гитлера шеф гестапо находился в «фюрер-бункере». Затем следы Мюллера теряются.

Где же Мюллер?

Во время штурма Берлина по городу было выпущено 800 тыс. артиллерийских снарядов, взорвано 36 тыс. т взрывчатки. Берлин был превращен в сплошные руины.

В августе 1945 г., когда в городе шла расчистка завалов, в бывшем правительственном квартале во временном захоронении около Министерства авиации нашли труп человека в генеральском мундире. В левом нагрудном кармане кителя лежало служебное удостоверение группенфюрера СС Генриха Мюллера. Тело вместе с другими найденными останками захоронили на гарнизонном кладбище на Лилиентальштрассе в берлинском районе Нойкёльн. В 1958 г. семья Мюллера поставила там надгробие.

В 1963 г. прокуратура распорядилась провести эксгумацию захоронения. В могиле были обнаружены три скелета и один череп. Экспертиза установила: останков Мюллера среди них нет.

Казалось бы, версия о бегстве Мюллера из Берлина в мае 1945 г. подтверждается. Однако спустя 50 лет стали доступны документы, ранее не известные исследователям.

31 октября 2013 г. немецкий историк, профессор Свободного университета Берлина и руководитель мемориала немецкого Сопротивления Йоханнес Тухель опубликовал найденные им материалы, из которых следует, что гестапо-Мюллер действительно погиб 2 мая 1945 г. Но был погребен не на гарнизонном кладбище на Лилиентальштрассе, а в другом месте – в массовом захоронении на еврейском кладбище, куда при расчистке города свозили найденные человеческие останки.

По словам профессора Тухеля, члены похоронной команды идентифицировали Мюллера по фотографии на удостоверении и сообщили о находке американскому командованию (дело было в американском секторе Берлина). Был получен приказ американцев: предать тело земле в общей могиле.

Могильщик Вальтер Людерс заявил западноберлинской полиции в октябре 1963 г.: «Я сличил фотоснимок с лицом покойника. Могу сказать, что изображенный на снимке человек чисто внешне совпадал с трупом», который был похоронен на еврейском кладбище в берлинском районе Митте.