Борис Харькин – В пасти Джарлака (страница 24)

— Превращу вас в ельпов, и вся недолга. Сходите к ним в гости, а там под шумок и зуб надыбаете. Как, согласны?

Мы с Васяном переглянулись.

— Это хоть на время или так эльфами и останемся? — спросил я.

— На время, на время. Еллюзия енто. Продлится дня два.

— Если нет другого способа узнать, где Жорик… — протянул Василий.

— Нету.

Стольник снова глянул на меня.

— Тогда придется нам эльфами стать, — кивнул я.

Васян заворчал:

— Ну, толстомясый! Знал бы ты, как мы из-за тебя рискуем! Вот найдем Пухлого, я ему все выскажу!

Мне эта идея тоже показалась опасной до безумия:

— Даже если мы будем выглядеть как эльфы, они все равно нас вычислят. Да и как мы им объясним наши действия? Скажем, что мы стоматологи, пришли Джарлаку больные зубы удалять?!

— Не трухайте, историю я вам уже придумал. Завтра у ельпов праздник. Ежегодный турнир Большого Лука. С других городов столько стрелков понаедет, ну и вы, охламоны, среди них затеряетесь. А на случай, если ельпы енти начнут расспросы вести, мол, вы откель и вообще кто такие будете, вот вам и легенда: далеко на северо-востоке ельпийский град есть — Лилалиндэл зовется. Вот вы якобы аж оттудова путь держите. Лучники из вас так себе — дерьмо. Поентому наплетете, что просто на турнир поглазеть пришли. Ну как? Лихо?

— Лихее некуда! — пробурчал я.

Мерриор хмыкнул:

— Попасть в Валорион — еще не самое опасное! Хуже всего, что каждый должен королеве дар преподнести. Вы в подарок ей вот ентот камень вручите. — Дед подобрал с земли серый булыжник размером с грецкий орех.

Он что, издевается?! Если мы такой подарочек преподнесем, нас тогда сразу Джарлаку бросят, не посмотрят, что эльфы.

Старик прочел сомнения на наших лицах, обнадежил:

— Да не переживайте, я его в самоцвет превращу. Дня на три волшбы хватит, а потом снова булыжником станет.

Тут вмешалась Ника:

— Я тоже с вами пойду!

— Пойдешь, пойдешь, стрекоза! Тебя все равно не переспорить. Запретишь, так сама за ними увяжешься. Тем более путь только ты и ведаешь. Но ельпийкой я тебя оборачивать не буду, чтобы в град не совалась! Проводишь — и домой! А вы, охламоны, дорогу запоминайте, обратно самим чапать придется!

— А я? — обиженно сказала Ариэль. — Я тоже хочу пойти. Мне здесь одной будет скучно, и я хочу повидаться с Изоль.

— Енто опасно, девочка. Не надобноть тебе иттить. Лучше ты мне пока насобираешь десять ромашек и пять корней солодки бурой. И конечно же грибочков… Будем с тобой старину Убарга отпаивать.

Ариэль приободрилась:

— Тогда передайте Изоль от меня привет.

— Хок'кей, передадим, — пообещал Стольник.

— Ладно, хватит языком молоть, — поторопил Мерриор. — Вот, хлебайте зелье оборотное.

Сей колдовской процесс состоял из двух этапов — мы пили горькое зелье, а старик бормотал заклинание. На слух оно было похоже на ту околесицу, которую Мерриор нес в день нашей первой встречи.

Когда волосы Васяна посветлели и начали отрастать буквально на глазах, а уши заострились, я окончательно поверил, что Мерриор не какой-нибудь шарлатан, а самый настоящий волшебник. Мало того, мой друг еще и подрос сантиметров на двадцать!

Он окинул меня взглядом:

— Да ты красавец, Петро! Настоящий эльфийский командир!

Приятно слышать. Надо сказать, Васян тоже выглядел круто.

Наша потертая одежда превратилась в эльфийскую — штаны из тонкой кожи и зеленые плащи, в которых легко замаскироваться в лесу.

— Внуча, ну-ка принеси им луки. Ельп без лука — енто как гном без бороды!

Ника принесла из сарая два лука со стрелами и два охотничьих кинжала. Оружие будет не лишним, потому что кинжал, который подарил Зябба, я потерял во время падения.

— Вот классно! — восхитился Васян, накладывая стрелу на тетиву.

— Особенно классно будет, когда эльфы попросят продемонстрировать твое умение стрельбы из лука, — сказал я не без ехидства.

— А что? Не вопрос.

Ученик мага вскинул лук, целясь в толстый ствол дуба, росшего шагах в двадцати. Тетива больно ударила по пальцу, Стольник завизжал, а стрела не пролетела и трех метров.

Смеялись все, даже Убарг. Василий покраснел и больше стрелять не пытался.

Тем временем Мерриор, как и обещал, превратил камень в сверкающий бриллиант и вручил его не кому-нибудь, а мне:

— Ты, сынок, главным будешь. Охламону такое дело доверять нельзя.

Васян обиженно вякнул:

— Как на ворота Гадюшника лазать, так можно, а как главным — рылом не вышел.

Друг еще долго ворчал по этому поводу.

А когда уже выходили, Стольник воскликнул:

— А вам не кажется, что мы кое-что забыли?

— Что? — насторожился я.

— Имена придумать!

Я на миг задумался:

— А, это ерунда! Я буду — Леголас, ну а ты — Дриззт До'Урден.

— Сам ты Дриззт!

— Да это самый крутой темный эльф нашего мира!

— Дурацкие имена, — скривилась Ника. — Эльфов так не называют!

Ариэль с ней согласилась.

— А как называют? — осведомился Васян.

Ариэль призадумалась, потом выдала:

— Сейчас в моде — Александр, Иван, Лаврентий…

— Чего?! — выпалили мы со Стольником одновременно.

— Эльфят стали так называть после того, как в Валорионе появилась Изольда Викторовна. Она столько красивых имен выдумала! А самое модное имя — Иосиф!

Я рассудил:

— Тут несостыковка получается — мы ведь не эльфята, а взрослые особи. По-моему, когда мы родились, ее еще тут не было. Поэтому будем Леголасом и Дриззтом До'Урденом.

— Ладно! Дриззт так Дриззт, — проворчал Василий.

До Валориона добрались ближе к вечеру. Ника действительно знала лес как свои пять пальцев.