Борис Громов – Это моя земля! (страница 45)
Заселялись, кстати, красиво, в полном соответствии с древними традициями. Короче, первым через порог запустили серого пуховичка, который с полным осознанием своей важной роли сначала немного покочевряжился, посидел, принюхиваясь, на пороге, но потом все же снизошел к нашим мольбам и величаво проследовал внутрь. Котенок, кстати, окончательно определился в выборе хозяина и отдал предпочтение Женьке. Что, в принципе, было вполне логично. К кому еще идти? К Андреям? Так там дети… К Тоське? Этот вариант хитромудрым котейкой явно тоже рассматривался, но… В общем, в комплекте к доброй и готовой часами чесать пузо и за ухом Антонине шел один крупногабаритный и не внушающий доверия тип. В смысле – я. Нет, кое-какие заслуги этот наглый опоссум за мной все же признавал: типа, из города забрал и время от времени чем-нибудь угощает… Но для окончательного установления доверия котенку этого явно было недостаточно. А Женька оказалась вообще идеальным вариантом: так сказать, молодая, незамужняя, без вредных привычек, да еще и со своей жилплощадью. В общем, не сильно-то долго эта животина и раздумывала. И теперь безымянное и наглое, но дико симпатичное чудовище проживает в комнате блондинки, время от времени выходя на общую территорию, дабы похвастаться своим шикарным хвостом и так… просто осчастливить нас, недостойных, своим высочайшим присутствием. Правда, от дочки Бурова и Солохиного младшенького благоразумно старается держаться подальше. А то ведь дети – они такие, без понятий о субординации… И при излишне тесном контакте могут пушистый хвост слегка того… повыщипать. За этими малолетними разбойниками не заржавеет.
И вот в эту теплую компанию мы и зазвали вчера вечером нашего вернувшегося из рейда сослуживца. Ночевать его определили в занимаемую мной комнату, временно «выселив» Тоню к Женьке, благо у той, помимо небольшой софы, еще и раскладное кресло-кровать имеется. Одну ночь потерпеть можно. Зато хорошему человеку настроение поднимем… Тот предложение принял с радостью. Пока наши дамы совместными усилиями соображали ужин, Мишаня сначала залег в ванной, причем настолько плотно, что ехидный Солоха даже поинтересовался через дверь, не отрастил ли, часом, гость жабры и хвост и не собрался ли уйти через слив в коллектор? Миша нашего острослова даже ответом не удостоил, только ухнул что-то нечленораздельное, но с весьма яркой эмоциональной окраской: мол, отвалите, жалкие смертные, я уже в раю и мне не до вас ни разу. Потом розового и распаренного гостя переодели в мой старый, но чистый маскхалат, благо размер у нас почти одинаковый, разве что Мишка в плечах слегка шире, а в талии, наоборот, немного уже, и посадили за стол. Посидели душевно. Четыре женщины на кухне (если, конечно, не передерутся) способны сотворить настоящее чудо даже при минимальном наборе продуктов. А у нас и с продуктами все было относительно нормально – имеет «вольная жизнь» свои преимущества: там притормозили, сям остановились… Да еще Солоха с его национальной скопидомностью. В общем, слегка «обросли жирком», чего уж там. Так что стол получился – загляденье. Собственно, похоже, что именно за столом они что-то с Женькиным опоссумом и не поделили. По крайней мере мне так кажется. Потому как раньше за котенком подобных вольностей как-то не наблюдалось. А тут – такой конфуз…
– А ну, стоять, животное! Догоню – хуже будет!
Ага, как же, догнал один такой… Я выглянул в коридор – интересно же… Как и ожидалось, на шум из своей комнаты выбралась заспанная, и оттого еще более симпатичная Женька. Под защиту которой нашкодивший серый «одуван» и бросился со всех лап. Увидев, что подлый враг на честный бой выходить не желает, а напротив, спрятался за юбку (вернее, полу махрового домашнего халата), Миша остановился и «убавил громкость».
– Это что тут происходит? – Голубые глаза из-под длинной челки смотрят сурово и недобро.
– Вот. – Михаил обиженно сопит и протягивает вперед свои крутые, но уж больно неприятно теперь пахнущие «пинетки».
– Ыгы, – не сдержавшись, гогочу я. – Как есть – оскорбление действием!
Миша укоризненно смотрит на меня. Наверное, именно такой взгляд был у Юлия Цезаря, произносящего: «И ты, Брут!»
– И что? – Женька подхватила жмущегося к ее ноге мохнатого хулигана под пузо и устроила у себя на руках. – Ну, нехорошо вышло, согласна… Хочешь, я тебе их прямо сейчас отстираю? Мыло в доме есть, щетка чистая – тоже. Просохнут – будут как новые. Давай сюда!
– Ну вот еще… – смутившись, забубнил Миша. – Еще не хватало, чтоб девушка мои «кирзаки» стирала… Сам справлюсь, не маленький.
Женька в ответ лишь плечами легонько пожала: мол, сам так сам, мое дело – предложить.
– Но тебе, б… б… басмач, – Миша явно сначала собирался использовать словечко пожестче, но сдержался, – я этого не забуду!
– О! – ткнул я указательным пальцем в потолок. – А как по мне – так вполне для этого разбойника подходящее имечко!
– Басмач? – удивленно смотрит на меня Женька.
– А почему нет? Ну, пока маленький и на полноценного Басмача еще не тянет…
– Это еще как посмотреть, – легонько встряхнул своими «ароматными» берцами Михаил.
– Не, все равно не тянет, – заканчиваю свою мысль я. – В общем, пока что можно звать просто Басей.
Женька задумчиво почесала мгновенно сомлевшего кошака за ухом:
– Что, будешь Басей?
Котенок приоткрыл правый глаз, обвел всех присутствующих безмятежным взглядом, мявкнул что-то утвердительное и перевернулся на спину, подставив Женьке под руку свое пузо. Мол, черт с вами, согласен даже на Басю… Чеши давай, женщина, не отвлекайся на глупости! И громко, будто маленький дизельный моторчик, заурчал.
– Ладно, будем считать инцидент исчерпанным, – негромко кашлянул в кулак Михаил. – Так, Борис, давай, поднимай свою команду, завтракайте, чаи гоняйте и будьте в готовности. Если меня чуйка не подводит, сегодня будет дело. Думаю, наши отцы-командиры над планами всю ночь корпели. И сто пудов что-нибудь придумали.
– Блин, брат-разведчик, ну ты хоть намекни, к чему готовиться-то!
Миша, подлец неблагодарный, и вчера на прямые вопросы ответа так и не дал, и сегодня остался верен себе:
– К бою готовиться, Боря, к бою. Все как обычно: магазины снарядить, «карамультук» и «револьверт» почистить… Ты сам мужик бывалый, с чего б мне тебя жизни учить.
– А бой где?
– В условиях городской застройки, блин. Грошев, прекращай! Я вам еще вчера открытым текстом сказал: все строго по уставу – приказ будет доведен до личного состава в части, его касающейся. Ты же сам все понимаешь. И если бы в той группе был ты, а не я, то сейчас твоя светлость изображала бы белорусского партизана на допросе. Или я не прав?
– Да прав, прав, – отступаюсь я.
– Чего ж тогда дурака валяешь?
– Неизвестность терпеть не могу, – честно сознаюсь я.
– Понимаю… Сам такой. Но армейский порядок либо соблюдается «от и до», либо это уже не армейский порядок, а черт-те что и розовый бант сбоку. Потерпи, вот соберет командир общее совещание и доведет обстановку…
Легонько хлопнув меня по плечу, Михаил топает в ванную, откуда через несколько секунд начинает доноситься шум водяной струи и шарканье щетки. Уела-таки Женька парня своим предложением.
Не успел я вернуться на кухню, как в дверь одновременно попытались просочиться оба Андрея разом. Будь Солоха немного стройнее – могло получиться. Но – не свезло, застряли. И, сдав назад, снова вошли, но уже по очереди.
– Ну что?
– Опоссум нашкодничал и получил «по совокупности заслуг» подпольную кличку Басмач. Если коротко – Бася, – не вставая с табурета, отрапортовал я.
– Да фиг с ним, с опоссумом! По делу что?
– По делу: Миша сказал – все в свое время. Думаю, на постановке задачи от Бати узнаем во всех подробностях.
– Нет, ну какой же… вредный человек! – в сердцах выдохнул Солоха, изобразив желание плюнуть на пол и раздосадованно всплеснув руками.
– Да ладно тебе, – слегка осаживаю я нашего порой излишне темпераментного украинца. – Он мне только что все правильно сказал: будь мы на его месте – точно так же молчали бы.
Солоха лишь глубоко и протяжно вздохнул в ответ, а Буров согласно кивнул, мол, так и есть.
– Присаживайтесь, мужчины, чайник вскипел как раз. И молчуна нашего, шибко секретного, из ванной зовите. Чаи гонять эта рожа любит, я по командировкам помню.
– А чего он там вообще делает? – вопросительно изогнул бровь Буров.
– Боты отмывает. Я ж говорю – котейка накосорезил…
– Вот блин! – легонько прихлопнул ладонью по дверному косяку Андрей. – Так он тогда не Басмач, получается, а Сапер.
– Не, там все «по малому делу» было. До Сапера откровенно не дотягивает. Опять же, похоже, что быть Басей ему понравилось.
– Раз так – пусть будет, – хором решили Андреи, после чего Буров направился к столу, а Солоха – за продолжающим плескаться в ванной Михаилом.
Значит – будем ждать. Но не просто так, а с пользой для дела. Прав Миша: и оружие лишний раз обиходить не помешает, и магазины патронами набить, и снаряжение подтянуть… Вот всем этим в процессе ожидания и займемся. Но сначала – чай. Сладкий и крепкий. А к чаю – сушки и маленькие ванильные пряники, которые опять же неизвестно откуда достал наш хозяйственный хохол. За что ему, впрочем, как всегда, огромное спасибо.