Борис Громов – Беззаконные края (страница 47)

– Две, – машинально поправляю я. – Нам еще желательно бы вернуться.

– Думаешь, там на обратную дорожку не заправят? – широко улыбается Кольцо.

– Понятия не имею, что там будет, – пожимаю плечами я. – Не исключаю никакие варианты, вплоть до расстрела у ближайшей стенки.

– Это за что? – вскидывается молчавший до того от самого вокзала Миша.

– Да за что угодно, парень, – хмуро отвечаю я. – Был бы человек хороший, а повод найти – дело недолгое. Вон прямо сейчас перед тобой сидят люди, которые за безопасность целой области отвечают. За тысячи людей. Им порой решения приходится принимать… самые разные, в том числе и… сложные. Вот пусть и ответят, прав я или нет.

Кировская верхушка предпочитает скромно отмолчаться. Но это их молчание красноречивее любых слов.

– Слушай, – прокашливается Лапин. – А кроме этой вот записи, что, вообще никакой информации о том, что там происходит?

– Никакой, – соглашаюсь я. – И к тому, что вот эта запись – чистой воды деза[50], я тоже готов изначально. Но согласился рискнуть. Потому что у риска этого есть смысл. Потому что происходящее на Вологодчине терпеть дальше уже нельзя. Договор чухломской если еще и не нарушен, то это случится буквально со дня на день, если не с минуты на минуту. Между «князьями» разлад, младшие подпирают старших, своей доли хотят. Да и мы им – как кость в горле. Почти восемь лет мы их на прошлом авторитете в узде более-менее держали, но – время идет. А тут они еще и армейской бронетехникой и оружием разжились неслабо. Вот-вот такая бойня начнется – туши свет, сливай воду…

– А при чем тут сообщение? – Это уже Портнов.

– Да при том, Алексей Саныч, что это – шанс! Шанс на объединение с силой, пытающейся все наладить и навести порядок! Восемь лет они молчали. Просто так? Не думаю. Подозреваю, что силы копили, собирались, готовились. Сейчас считают, что готовы… Ну, при условии, что это все вообще правда…

– Блин, просто какой-то «прыжок веры» получается, – негромко хмыкает Кольцо.

– Какой прыжок? – не поняв, о чем толкует Иван, переспрашиваю я.

Тот явно смущен.

– Знаешь, поигрывал я в прежние времена в разные компьютерные игры… И была одна игровая серия, «Ассасин Крид». Слышал, может?

– Ну, слышал, понятное дело, на рекламу в Интернете налетал периодически, по ней вроде даже кино сняли… Правда, я не смотрел.

– Ну да. Так вот, был там у главного героя один навык, этот самый «прыжок веры». Когда нужно было от погони оторваться, он просто прыгал вниз с большой высоты, а внизу его ждал или стог сена, или натянутый тент, или вода… Только в игре все места, откуда так прыгнуть можно было, специальным значком отмечались… А ты, выходит, сигаешь в полную неизвестность и на стог сена можешь только надеяться?

– Ну, выходит, что так.

– Всегда я знал, что ты, Татаринов, отморозок. Но с каждым новым подтверждением этого факта я тебя боюсь все сильнее.

Обещанное Иваном «беспроблемное» преображение красивого и блестящего представительского бронеавтомобиля в надежную рейдовую машину, как я и полагал изначально, прошло с серьезным скрипом.

Когда мы заехали в весьма прилично выглядящую автомастерскую на этой японской игрушке, нам навстречу, вытирая руки замасленной ветошью, вышел широкоплечий мужик лет пятидесяти. Примерно моего роста, кудрявые волосы, сильно тронутые сединой, ухоженная короткая бородка и усы, ярко-голубые глаза чуть навыкате. Хозяин здешний, как мне Иван успел шепнуть. Мастерская у хозяина, кстати, вполне достойно смотрелась бы и в прежние, довоенные времена: толстая шершавая плитка светло-бежевого цвета на полу, смотровая яма и разлапистый электроподъемник, стойка с диагностическим, наверное, оборудованием, сейчас накрытая легким тканевым чехлом. Разнообразный инструмент в специальных зажимах на стенах и над верстаками. И главное, чистота. Ну, не стерильность хирургического операционного бокса, понятное дело, но для автомастерской – очень чисто.

– День добрый, Ваня. И вам здравствуйте. – Лапища у мужика широкая, крепкая и мозолистая, рука настоящего работяги. – Сергей меня зовут.

– Александр, – представляюсь в ответ.

– С чем пожаловали, да еще и на такой конфетке? Что ремонтируем? Масло травит? Антифриз уходит?

– Не, Серег, – с ходу перехватывает инициативу Кольцо, впрочем, я и не против совсем. – У нас к тебе коммерческое предложение куда серьезнее…

И начинает поочередно выкладывать все наши «хотелки». Надо отдать Сергею должное, выдержки у него хватило до самого конца весьма длинного Иванова монолога. И лишь дослушав весь список пожеланий клиента, он внимательно оглядел нас взглядом взрослого человека, наблюдающего за младенцами в песочнице, и вежливо поинтересовался:

– Ванечка, ты совсем охренел?

И взял продолжительную «мхатовскую» паузу. Так и не дождавшись ответа, даже самого невразумительного, глубоко вздохнул и продолжил:

– Это, – Сергей коротко ткнул пальцем на «Тойоту» у нас за спиной, – бронированный автомобиль сопровождения. Если меня память не подводит, а она меня не подводит, не надейся, весит это чудо японского автопрома три тонны восемьсот кило, ладно, три семьсот семьдесят. Вы хотите сюда экспедиционный багажник, лебедку, бочку с горючим в «собачник»… Кстати, а на фига козе баян?

– Ехать далеко, – отвечаю я. – Запас хода нужен как можно больше, АЗС по дороге не будет.

– А запасной бак чем плох?

– Так стоит уже. На сорок пять литров.

– К едрене матери его! Другой поставлю, на девяносто, и не придется никаких пожароопасных и воняющих нештатных бочек за спиной таскать… Пассажиров сколько будет?

– Пятеро, но из них четверо – подростки, до взрослого мужика весом только один и дотягивает. Остальные вообще – бараний вес, а одна и вовсе девушка.

Сергей неодобрительно качает головой, во взгляде немая укоризна, мол, девчонку-то куда тащите? Мне ответить нечего.

– Угу, – что-то прикидывает Сергей в уме. – Итого на круг выйдет примерно четыре с половиной тонны… И куда вы на этом лакированном и комфортабельном гробе на колесиках собрались?

– Ебург. И обратно.

– Угу, понятно… Ну, начну с приятного. Перекрасить – вообще без проблем. – Сергей даже не понял, что слово в слово процитировал слова Ивана. – Окрас – почти любой, хоть однотонный, хоть… Да хоть вот такой.

Он тычет пальцем мне в грудь, в китель клона американского камуфляжа «А-Такс», приобретенного мною в Никольске у Павлова.

– Колорист у меня отличный. До войны огромные деньги зашибал своим умением… Впрочем, и сейчас не бедствует. Так что нарисуем, что попросите.

– Ну, тогда этот самый и рисуйте.

– Договорились. Дальше… Электролебедка в штатный бампер, багажник на крышу… Лебедка есть, багажник сварим, чертежи имеются, для джиперов-оффроудеров делали, никто не жаловался.

– Лифтануть нужно, – с видом знатока вставляет Иван, – дюйма на четыре хотя бы.

Сергей смотрит на нас уже не просто как на детей, а как на детей умственно отсталых, причем безнадежных, неизлечимых.

– Ванечка, это же довоенный представительского класса бронеавтомобиль, а не современный «колхоз» самодельный, с бронеплитами, кое-как наваренными на «УАЗ» «мечта агронома». Там бронекапсула и гидропневматическая подвеска, управляемая электронными «мозгами», причем каждым колесом по отдельности… Такое и до войны лифтовать не умели. Причем не только у нас, но и, мать ее, в Австралии! А сейчас я в настройки этой подвески даже под дулом пулемета не полезу, тупо нечем: такое оборудование и до войны не у каждого официального дилера было, и стоило оно как чугунный мост. Так что в самом лучшем случае мы проводим полное ТО и диагностику, меняем все фильтры и рабочие жидкости, если что, вылавливаем по ходовой или механике – тоже под замену все, чтоб в дороге какая-нибудь фиговинка не накрылась внезапно… Пружины ставим новые, усиленные, меняем амортизаторы… И монтируем другой запасной бак под днище, на место «запаски». С ним вам как раз до Ебурга горючки хватит, даже с небольшим резервом.

– По срокам что?

Для меня этот вопрос сейчас самый животрепещущий.

– Неделя.

– Сколько?! – взвился Кольцо.

– Неделя, – совершенно спокойным, ровным тоном повторяет Сергей. – Там с одним баком возни – дня на четыре. Такой бак с нуля сварить – это тебе не бочку двухсотлитровую запаять, там же горловины двойные, система перекачки… Нет, быстрее не управимся. Я не индийский бог Вишну, у меня не восемь рук. И кстати, стесняюсь спросить… Уважаемый заказчик, вы вообще осознаете, во сколько вам все это встанет?

– Плевать, – небрежно отмахивается Кольцо. – За все платит город. А о восьми руках… А если мы тебе людей дадим в помощь? Из гаража администрации, любых, на твой выбор, двоих.

– Троих, – явно на автомате, не поняв ничего толком, поправляет Сергей.

– Значит – троих, – мгновенно, не раздумывая, соглашается Иван.

А вот сейчас автомеханика явно проняло.

– Дружище, – смотрит он на меня, – ты кто такой вообще?

– Это Татаринов, – за меня отвечает Кольцо. – Тот самый. И ему нужно в Ебург. Через Пустоши. Срочно. А мы угробили на «спецухе» его «Тигр». Помнишь, тот, полтора года назад?

– Да понял я, не дави на сознательность… – Сергей крепко задумался. – Так, если дашь мне Славу Балезина, Авдея и… и Туманова, то справлюсь за три дня. И дополнительный бензобак не самодельный поставлю, а настоящий, фирменный. Как раз из Австралии для одного хорошего человека буквально перед самой войной на заказ пришел. Совершенно диких денег стоил, кстати… Да так и не понадобился: убили заказчика в самые первые дни, когда зэки из колоний разбежались. Уж больно красивая у него машина была… А бак тот так и лежит у меня до сих пор, в заводской упаковке еще. Но предупредить хочу сразу: машина выйдет тяжелая. И на бездорожье ей делать нечего – сядете сразу и наглухо, никакая лебедка не поможет, с такой-то массой. Особенно вот на этой резине…