Борис Громов – Беззаконные края (страница 26)
На последнюю перед Мантурово ночевку остановились в уже примеченном мною по пути в Никольск старом и ржавом «Неоплане». Да, двигаемся мы сейчас совсем не в сторону Кирова, как я предполагал изначально, а назад, в Мантурово. Там у ребятишек связной проживает. Понятно, не их личный, а их теперь уже сильно потерявшего в силе анклава, резидент, можно сказать. Правда, никакого негативного смысла: шпионской и подрывной деятельностью он не занимается, яд в колодцы не сыплет, динамит в паровозные топки не подбрасывает. Просто чрезвычайно тяжело жить в глухомани без надежной связи с внешним миром, что особенно ясно руководство из числа бывших «грушников» осознало во время эпидемии Супердряни в двадцатом году. Вот и заслали несколько человек в разные стороны, в среднего размера поселения, в роли таких вот «штирлицев», основная задача которых состоит исключительно в сообщении в Центр самых важных свежих новостей. Ну или как сейчас, людей встретить и разместить. Этакий аванпост в чужих краях выходит. Нормальная задумка, в принципе. Вот только… Да ладно, не мое это дело!
– Так, мальчики-девочки, на ночевку встаем там, – громко объявляю я, махнув рукой в сторону уже отчетливо виднеющегося впереди остова автобуса, протаранившего много лет назад павильон остановки, да так и замершего.
– А что, на ночевку уже? – Миша с сомнением смотрит на едва начавшее клониться к закату солнце. – До темноты еще часов семь.
– До темноты – да, а вот до Мантурово – еще часов десять быстрого шага без остановок. И в город нас посреди ночи не пустят, они со стороны «князей» и так ничего хорошего не ждут. И ночевать под стенами там сильно неудобно. Проще тут отдохнуть и выспаться как следует, а завтра одним рывком до места добраться. Все понятно? Есть возражения?
Возражений как-то не оказалось. Ну и ладненько.
У автобуса обнаружился нежданный и весьма неприятный сюрприз: небольшая, но очень характерного вида кучка помета и свежие затесы когтей на ржавых бортах.
– Мишка…
– А! – отзывается Михаил.
– Бэ, блин. Это я не тебе. Мишка сюда забредал недавно, что не есть хорошо.
Это да, первые дни лета – не самый сытый период в медвежьей жизни. Опять же, сейчас медвежатам нового помета как раз по пять-шесть месяцев… Ох, не хотелось бы с ними и мамой их повстречаться. Впрочем… Прикладываю к царапинам от когтей растопыренную пятерню, а потом, внимательно разглядывая следы на асфальте и земле, несколько раз обхожу автобус по расходящейся спирали.
– Нормально все, – сообщаю я своим напрягшимся спутникам. – Не медведица с медвежатами – это главное. Одиночка, причем молодой еще, года два. Видно, недавно сам живет, как мать бросила. Бестолковый еще, внутрь влезть так и не сумел, хотя и пытался.
– А если вернется? – проявляет осторожность Яна.
– Крикни погромче, руками махни, в воздух выстрели. Испугается и убежит. Это, по сути, ребенок еще, он трусливый. Главное, – тут я смотрю уже в сторону парней, Яна точно такой ерундой страдать не будет, – в рукопашную с ним не лезть. Зубы и когти там уже серьезные. И силенок вполне достаточно. Он, по сути, может, и дите, да только дите медвежье. А у нас ни хирурга с собой нет, ни операционной. Пожеванные и полуоторванные руки-ноги никто не соберет и назад не пришьет. Все ясно?
Парни только активно кивают. Молча. А вот Янка снова осторожничает:
– Так, может, нам еще где-нибудь переночевать, а не тут?
– Я тут шел несколько дней назад. Это лучшее в округе место. Да и бояться нечего. Часового выставим, дверь на ночь заблокируем…
– А если мне нужно будет?.. – краснеет девушка.
– Кого-нибудь из парней разбудишь. Кому больше всего доверяешь. Он и посторожит, – улыбаюсь я в ответ. – Все, закончили обсуждения. Забираемся внутрь, обустраиваемся, начинаем кашеварить. После приема пищи – по личному плану. Но! Поодиночке никому не разбредаться и сохранять бдительность! До обжитых мест, конечно, совсем рукой подать, но порой в лесах медведь – далеко не самое страшное и опасное зверье. Про волколаков, которые волко-собаки, слышали?
Детвора снова дружно согласно мотает гривами.
– А я – видал. Чуть не сожрали. И это всякое чисто из «мира животных». А ведь некоторые грязные и вонючие, при этом крайне опасные животные еще и стрелять умеют…
Впрочем, как раз вот этот момент им объяснять уже не нужно, они все прелести разгрома родного поселения на себе испытали.
В общем, пока встали лагерем, насобирали дров, сварили на разведенном костре простенького кулеша из пшена и вяленого мяса, перекусили… Так и скоротали остаток дня. Ближе к отбою я распределил смены дежурств на ночь, начиная с Яны и заканчивая собой в предрассветную «собачью вахту», да и завалился на расстеленный поверх охапки лапника плащ. Каждый правильный солдат спит всегда, когда не ест. Старая шутка про «вдруг война, а я уставший» – она только на первый взгляд шутка. Есть возможность покемарить (понятно, что не в ущерб чему-нибудь важному) – используй. Кто знает, что ждет тебя буквально через несколько минут?
Переночевали спокойно. Молодой медведь не заявился разборки учинять на тему «Кто спал на моей кровати», да и никаких прочих неприятностей не произошло. Поднял я молодежь, едва рассвело, перекусили и двинули в сторону уже совсем близкой цели быстрым шагом. Лично у меня нет ни малейшего желания искать незнакомого мужика в чужом городе впотьмах, такие вопросы лучше решать засветло. А там, глядишь, переночуем у него, заберем мой аванс за «пешую прогулку», кое-что из оружия и снаряжения из запасов, специально при нем на такой случай оставленных, да и двинем в сторону Вятки. И так лишние круги нарезать начали, даже в путь толком не тронувшись.
Впрочем, нежелание ребят соваться в тот же контролируемый «князем» Никольск, имея на руках крупную сумму денег и при серьезном арсенале, я вполне могу понять. Это к компании из трех-четырех бывалых и матерых мужиков вроде меня «дружинники» цепляться без веских на то причин не рискнут, а вот таких желторотых сопляков развести вполне могли бы попытаться. Нет, до откровенного беспредела дело бы не дошло, это понятно, но «базары базарить» бывшая блатная шушера, из которой по большей части и состоят «дружины», умеет мастерски. С такими только зацепись языками, не имея достаточного опыта. Очень быстро можешь выяснить, что конкретно всем вокруг должен, как земля колхозу. Ну и к чему наживать проблем на ровном месте? Куда проще не привлекать излишнего внимания, а довооружиться и доэкипироваться уже в краях, где нормальные люди живут.
Вот поэтому и лежит сейчас наш путь в Мантурово. Да, дорога на Киров через Шарью и Котельнич почти в два раза длиннее, чем напрямую, как я изначально идти думал, через мелкие, большей частью брошенные людьми поселки и деревеньки, второстепенными дорогами, а то и вовсе проселками и быстро зарастающими лесом просеками, зато куда более оживленная и безопасная. Глядишь, и какую-нибудь «попутку» поймаем, пусть даже гужевую. Все не пешком топать. Но это позже, а для начала нужно к «штирлицу» наведаться.
Дошли, как я заранее и прикидывал, ранним вечером. Анатолия на КПП не оказалось – не его смена сегодня, но и с сегодняшним старшим я знаком, пусть и не так дружен, как с Толей. Стандартная процедура проверки на излучение (мало ли, где ты шлялся и куда лазил, может, уже светишься по ночам, кто знает?), такая же привычная просьба отомкнуть от автомата магазин и в городе его без самой крайней необходимости назад не примыкать (вопросы самозащиты и пистолетом решить можно, как говорится, «кому восемь патронов не помогли, того и тридцать не спасут»), и – добро пожаловать в гостеприимный город Мантурово. Адрес «резидента заграничной разведки» у ребят имелся, при самой незначительной помощи местных нашли быстро. А вот дальше…
– Кто такие? Чего надо?
М-да, не похоже по голосу, что тут гостям рады. Да и взгляд в приоткрывшейся в воротах смотровой щели, сквозь которую здешний хозяин нас разглядывает, тоже далек от дружелюбного.
– Открывай, Артем, не признал, что ли? – вступает в разговор Михаил.
– А что, должен? – коротко и очень неласково интересуются из-за ворот.
– Шлык, ты белены объелся? – Миша чуть не поперхнулся от возмущения. – Открывай, нас Медников прислал. Помощь нужна и припасы кое-какие.
– Не знаю никакого Медникова, – безапелляционно заявляет незнакомый, но уже мне неприятный Шлык. – И вас не знаю. Пошли вон, попрошайки, пока собак не спустил. Помощь и припасы им нужны, скажете тоже…
– Шлык, ты реально офигел?! – срывается на крик Миша. – Да ты понимаешь, что с тобой сделают?
– И что же? – ехидно интересуется его собеседник. – А главное – кто? Что, припретесь сюда всем своим уцелевшим табором и будете пожрать клянчить? Очень страшно! Пошли вон, я сказал!
Сдвижная заслонка с грохотом вернулась на прежнее место, закрывая «амбразуру» и явственно давая понять, что разговор окончен. Миленько. Впрочем, не скажу, что неожиданно. Я еще вчера возле «Неоплана» думал, что в такие вот «резиденты» людей набирать нужно, предельно тщательно проверив и сто раз в надежности убедившись. А то выйдет… да прямо как сейчас. Подгреб, судя по выражениям лиц моих юных работодателей, этот Артем Шлык под себя немало. Причем казенного. Но спросить с него теперь, получается, некому, и он все казенное, по тихой грусти, приватизировал. Молодец, что тут сказать, получил последние «вести с полей», проанализировал ситуацию, сделал выводы… И крутанул красивый финт ушами.