Борис Греков – Золотая Орда и ее падение (страница 54)

Через некоторое время он продвинулся вверх по Волге и дошел до Сарая, который перешел сначала в руки Айбека, соперника Ходжи Черкеса, а потом Карихана, сына Айбека. В 776 г. х. (= 1374–1375) Урус-хан отнял у Карихана Сарай[586] и вскоре начал бить там свои монеты, что видно из дошедшего до нас чекана[587] с его именем в Сарае с датой 779 г. х. (= 1377–1378). Факт этой чеканки целиком подтверждает сообщение Ибн-Халдуна об овладении Сараем. Перед Урус-ханом встала самая трудная задача — устранить с пути Мамая, однако она оказалась ему не по плечу. До Куликовской битвы Мамай, как выше уже отмечалось, был в зените своего могущества и едва ли считал Урус-хана за более серьезного соперника, чем остальных сарайских ханов.

Пока Урус-хан проводил свою энергичную политику в золотоордынском Поволжье, у него оказался в самой Ак-Орде серьезный соперник в лице молодого Тохтамыша.

Тохтамыш был сыном упомянутого выше Туй-ходжи оглана, который, согласно «Муизза», был в свою очередь сыном царевича Кутлуг-ходжи,[588] что подрывает ту часть родословной таблицы ак-ордынских ханов, которая приведена выше по П. Савельеву.

Так или иначе, но Туй-ходжа оглан был видным и влиятельным царевичем в ак-ордынской правящей династии. При Урус-хане он был правитель Мангышлака. Когда в начале своего царствования Урус-хан собрал курилтай знати по вопросу о вмешательстве в дела Золотой Орды, Туй-ходжа оглан выступил решительно против этого намерения Урус-хана. За это несочувствие и неповиновение Туй-ходжа оглан был казнен. У него был сын Тохтамыш,[589] молодой, энергичный и способный царевич. Тохтамыш после казни отца чувствовал себя в Ак-Орде плохо и имел все основания бояться за свою жизнь. Чтобы спасти себя от преследований, он в 1376 г. бежал в Самарканд, к молодому тогда, но уже сильному государю Мавераннахра — Тимуру, — или, как его называли, Тимур Ленгу, что значит Тимур Хромец (в европейском произношении Тамерлан). В русской летописи он известен под тем же именем, но уже в тюркской редакции — Тимур Аксак. «Ленг» и «аксак» — одно и то же, первое слово персидское, второе тюркское, оба означают «хромец».

История Тохтамыша начиная с этого времени (1376 г.) нам хорошо и в подробностях известна, с одной стороны благодаря Низам-ад-дину Шами и Шереф-ад-дину Али Иезди — персидским авторам XV в., составившим подробные официальные истории Тимура, под заглавием «Зафар-намэ», что значит «Книга побед», а с другой — благодаря Ибн-Арабшаху, арабскому автору, младшему современнику Тимура, а также русским летописям, которые сохранили ряд ценных сведений о Тохтамыше, совершенно не вошедших в персидские источники XV в.

Ввиду того, что Низам-ад-дин Шами писал несколько раньше Шереф-ад-дина Али Иезди и лег в основу текста последнего, мы в дальнейшем изложении будем опираться главным образом на Низам-ад-дина Шами. К сведениям Шереф-ад-дина Али Иезди и других авторов мы будем прибегать постольку, поскольку они будут дополнять рассказ Низам-ад-дина Шами.

Вернемся к биографии Тохтамыша. Тимур был в походе в местности Кочкар,[590] в верхнем течении реки Чу,[591] когда ему сообщили, что к нему в Самарканд прибыл царевич Тохтамыш, убежавший от происков Урус-хана и ищущий покровительства и поддержки у Тимура. Будучи умным и дальновидным политиком, Тимур прекрасно понимал, что ему надо всячески обласкать и поддержать Тохтамыша. Занятый в это время объединением отдельных владений Средней Азии в единое государство, Тимур не мог не видеть угрозы, которая заключалась в самом факте усиления Ак-Орды. Более того, Тимур хорошо знал, что сильная Ак-Орда может действительно прекратить смуты и захватить власть во всем Улусе Джучи. Как сосед — сильная, могущественная Орда (Золотая Орда плюс Ак-Орда) была весьма опасна для дела объединения Мавераннахра. Вот почему Тимур хотел иметь влияние на дела Ак-Орды, а ради этого и держать там своего ставленника. Исходя из этих намерений и надежд, Тимур отдал распоряжение встретить Тохтамыша как можно лучше, сам же направился через Узгенд в Самарканд. Здесь эмиры представили Тимуру бежавшего из Ак-Орды молодого царевича. Низам-ад-дин Шами говорит, что Тимур всячески обласкал Тохтамыша, наградил его богатыми дарами и дал ему много золота, скота, палаток, материи, украшении, барабанов, знамен, оружия, лошадей и мулов и, наконец, войска. Наряду с этим он сразу же пожаловал Тохтамыша Отраром и Саураном,[592] а по словам Шереф-ад-дина Али Иезди[593] — и Сыгнаком (столицей Ак-Орды). Однако это пожалование надо было еще завоевать, так как в Ак-Орде оно не имело никакой силы. Ввиду того, что Урус-хан отсутствовал (он был в это время в походе на Волге), фактическая власть в Ак-Орде была в руках его сына Кутлуг-Буги. Против него и пошел молодой Тохтамыш в 776 г. х. (= 12.VI.1374 — 2.VI.1375). В первом же сражении Кутлуг-Буга был убит, однако смерть его только подняла боевой пыл ак-ордынского войска, и Тохтамыш был разбит. Бежавший царевич вновь нашел приют у Тимура. Неудача Тохтамыша не охладила Тимура в отношении к последнему. Государь Мавераннахра вторично снабдил Тохтамыша всем необходимым и дал ему новое, еще более сильное, чем прежде, войско. Теперь против Тохтамыша выступил другой сын Урус-хана — Токтакия. И на этот раз Тохтамыш был разбит. Оба персидских историка жизни и деяний Тимура подробно рассказывают об одном весьма интересном эпизоде, едва не стоившем: Тохтамышу жизни. Разбитый, оставленный всеми, Тохтамыш прибежал к Сыр-дарье. Здесь он снял с себя одежду и бросился вплавь через реку. Казанчи бахадур, один из военачальников Токтакии, нагнал Тохтамыша, выпустил против него стрелу и ранил его в руку. С большим: трудом он выбрался на берег и скрылся, в кустах. Случайно вблизи него оказался посланец Тимура Идигу Барлас,[594] присланный специально ему на помощь, на случай какой-нибудь неудачи. Идигу Барлас, услышав стон в кустах, направился туда и увидел Тохтамыша в самом жалком виде. Таким образом Тохтамыш вторично с позором вернулся ко двору Тимура. У Тимура, однако, столь велико было желание иметь своего ставленника в Белой Орде, что он не проявил никакого недовольства по адресу Тохтамыша. В скором времени к Тимуру прибыл в Самарканд еще один беглец — Идигу из племени Мангут (мангыт), в транскрипции русских летописей Едигей. Он так же, как и Тохтамыш, бежал от Урус-хана.

Урус-хан на этот раз, по-видимому осведомленный о делах на Сыр-дарье, вернулся домой и тотчас же отправил двух послов к Тимуру с требованием, чтобы он выдал ему бунтовщика Тохтамыша, угрожая в противном случае войной[595]. Тимур в требовании Урус-хану отказал и стал готовиться к походу. На этот раз выступили сами государи, оба с большим войском. Источники указывают, что Урус-хан собрал воинов со всего Улуса Джучи. Оба войска встретились зимой 777 г. х. (= 2.VI.1371 — 20.V.1376) у города Сыгнака. Зима сначала была очень дождливой, а потом наступили большие холода и выпало много снега. Обе стороны отказались от битвы, так как воины от холода не могли держать в руках оружие. Тимур провел, однако, несколько удачных стычек с противником, которые, впрочем, большого значения не имели. Той же зимой он вернулся домой, отложив таким образом задачу подчинения Ак-Орды до весны. Весной 778 г. х. (= 1376–1377) Тимур вновь выступил в поход против Урус-хана с большим войском. Однако и на этот раз он не имел решительного столкновения с Урус-ханом, так как последний во время похода умер[596]. На ак-ордынский престол сел старший сын Урус-хана Токтакия, но вскоре и он умер. Престол перешел в руки Тимур Мелик Оглана. Тимур вновь передал командование Тохтамышу, и вновь последний потерпел поражение. Благодаря быстроходному коню — личному подарку Тимура — Тохтамыш спасся от плена и гнева ак-ордынского хана. Терпение и на этот раз не покинуло Тимура, и он не отказался от мысли посадить Тохтамыша на престол в Ак-Орде. В дальнейшем сама судьба благоприятствовала Тохтамышу. Тимур Мелик не оказался серьезным человеком, он много времени тратил на удовольствия, устраивал игры, много пил и потерял всякий авторитет. Из Сыгнака и других мест к Тимуру стали приходить сведения, что в Ак-Орде существуют в большом количестве сторонники Тохтамыша[597]. Учтя это благоприятное обстоятельство, Тимур, согласно Шереф-ад-дину Али Иезди, в конце 778 г. х. (= 21.V.1376 — 8.V.1377)[598] отправил Тохтамыша в четвертый раз добывать саганакский престол. На этот раз Тохтамыш оказался победителем и провозгласил себя ханом Белой Орды. Им захвачены были города Сыгнак, Сауран и другие. Характерно, что по монетным данным Тохтамыш чеканил монеты в Сыгнаке в 780 (= 1378–1379), 781 (= 1379–1380) и 783 (= 1381–1382) гг. х.[599] Зиму 778 г. х. Тохтамыш провел в Ак-Орде, приводя дела правления в порядок, устанавливая добрые отношения с наиболее сильными и авторитетными представителями военно-феодальной знати и собирая многочисленное и хорошее войско. Весной 779 г. х. (= 1377–1378) он уже вступил в Поволжье, где по-видимому довольно быстро завладел Сараем Берке и другими городами, расположенными в левобережьи Волги.

Восточные источники не сохранили сведении о Тохтамыше, относящихся к первым годам его власти в Золотой Орде. Зато русские летописи довольно подробно освещают этот период его политической биографии. Вчитываясь в собираемые летописью факты и сопоставляя их со всем, что нам известно из предшествующего изложения, становится ясно, что Тохтамыш решительно стал проводить политику, начало которой прочно заложил еще Урус-хан. Тохтамыш поставил себе задачей подчинить своей власти весь Улус Джучи, т. е. кроме Ак-Орды еще и всю Золотую Орду, огромная часть которой была в руках у Мамая. Таким образом Мамай стал на том этапе главным врагом Тохтамыша. Занятый подготовкой к походу на Русь против Димитрия Донского, Мамай, по-видимому, не уделял достаточного внимания тому, что происходило в восточной части Улуса Джучи, и просмотрел силы и возможности Тохтамыша. Напротив того, последний зорко наблюдал за событиями, связанными с борьбой Мамая и Димитрия Донского.