Борис Георгиев – Третий берег Стикса (трилогия) (страница 45)
— Майкл меня беспокоил, вернее не сам он, а его странная сонливость, о которой якобы рассказывал Джордж, — охотно пояснил Волков. — Урсула, конечно, могла всё это придумать, чтобы бросить тень на Джорджа, но зачем ей это? Можно предположить, что сама Урсула зачем-то регулярно подмешивала снотворное Майклу, но, опять-таки, зачем ей это? Единственный человек, который мог воспользоваться сонливостью Микки так, чтобы его ни в чём не заподозрили, — Джордж. Понимаешь?
— Умгум, — промычала Ирис. «Понятно. Воспользовались сонливым Микки. Под подозрением Джордж».
— Ну вот. Получается, вероятнее всего, именно Джордж скармливал ему снотворное, которое получал для борьбы со своей липовой бессонницей. Когда оказалось, что снотворного не хватает, он украл недостающую часть. Его отношения с Урсулой облегчали ему задачу. Кроме того, он, похоже, перестал бояться, что схватят за руку, и на кражу снотворного пошёл незадолго до аварии. Но в день аварии он дежурил не после Майкла, а до него. Специально это устроил, поскольку уже не боялся, что его застукают в аппаратной, в крайнем случае, убил бы свидетеля. Но всё прошло гладко. Джордж оставил Джоан переваривать информацию, которую он на неё вывалил, спустился вниз, сдал дежурство Майклу и отправился к Урсуле обеспечивать себе алиби. Там его и застала авария. Он вполне мог эвакуироваться, как остальные охранники, не занятые на дежурстве. Но он не спешил и Урсулу не пустил. Ты слышишь?
— М-м-м, — промычала Ирис. «Джоан переваривала Майкла, но он вывалился, обеспечил алиби Урсуле, поэтому никто из нас не заметил, как Марта пускает ракеты в звёздное небо. Вон какие красивые, цветные, в красных прямоугольниках. Пуф-ф-ф! Настоящий салют. И вот ещё одна. Пуф-ф-ф. И все кричат, а громче всех — Сашка: «Ура-а-а! Ири-и-ишка-а-а!» А эта, огромная, прямо в меня… А-а-а!»
Ирис вскочила, как подброшенная, замахала руками, пытаясь отбиться от ракеты, вылетевшей из её сна, но взрывная волна толкнула её и отдалась болью в ушах — ракета оказалась самой настоящей.
Глава пятнадцатая
Тёплая южная ночь перестанет казаться вам нежной, если её бархатное небо лопнет близким взрывом, брызнет огнём и швырнёт вам в лицо перемешанную с песком воду. Мисс Уокер не заметила, как оказалась на ногах и ошалело огляделась. Темень с огоньками. На губах солоно, песок скрипит на зубах, в ушах — звон от разрыва и крик, вырвавшийся из сна:
— Иришка! Спустись вниз, пусть Джоан… а ч-чёрт!
«Саша кричит», — поняла Ирис и оглянулась. Волков застыл в напряжённой позе, выставив руки вперёд. Там, куда он смотрел, разгорелся ярчайший свет, лёг на воду дорожкой, поднялся, окутавшись окрашенным дымом…
«Афина — самозапуск», — замигала в глазах красная надпись. Огненный шарик, волочивший за собой подсвеченный дымный след, окружила знакомая красная рамка. «Афина? — опешила Ирис. — Этого не может быть! Я сплю?»
— Пар-ршивка! — рычал Волков. — Иди сюда…
«Объект перехвачен», — мигнула поверх рдеющего прямоугольника надпись и погасла вместе с рамкой указателя цели.
— Саша! — сквозь нарастающий рёв крикнула Ирис Волкову. — Что ты хотел…
— Вот так вот! — победно проорал тот, резко двинув сжатой в кулак правой рукой. Вместе с этим его движением пылающий хвостатый шар рванулся к воде, разбросав фонтан огненных брызг, рёв стал клёкотом, стих, но через мгновение потемневшая вода вздулась пузырём и так басовито проговорила «Квам-м-м!», что дрогнул под ногами пол.
— Что ты хотел сказать, Саша?! — заорала что есть сил Ирис.
— Тихо, Ирка, сорвёшь голос. Беги к Джоан, попроси связаться с этой дурой в коммутационном отсеке. Пусть Джоан спросит у неё, какого… Ах ты, сволочь!
Обернувшись туда, где корабли, Ирис увидала новую восходящую хвостатую звезду, и снова нарастающий рёв буравчиками ввернулся в уши.
— Не поняли ещё ничего?! — сорвался на крик Волков, поднимая руки. — Я объясню!
На этот раз мисс Уокер не стала следить за тем, как будет сбита ракета, у неё нашлись дела поважнее. Она понеслась к лестнице, едва касаясь босыми ногами остывшей крыши. «Квам-м-м!» вздохнула ночь у неё за спиной, но дрогнул ли под ногами атакуемый остров, девушка на бегу не заметила. Лестница. Наконец-то… Вниз!
— Мама! — крикнула Ирис, скатившись по лестнице в полумрак аппаратной.
— Что там происходит?! — спросила Планетарная Машина. — Почему взрывы?!
— Фрилэндеры! — выпалила Ирис, задыхаясь. — У тебя есть связь с Мартой? Нужно спросить её, какого… Зачем ракеты? Ведь договорились же: ждать утра!
— Она не отзывается. Я отправила туда Роберта. Может быть, поднять платформу?
— Не смей, там Саша наверху! С ракетами «Улисс» управится, но нужно…
— «Улисс»? — удивилась Планетарная Машина. — Твой Волков хитрец. Нужно поговорить с ним.
— Не до разговоров, мама! Слышишь?! Свяжись с Мартой во что бы то ни стало! Пусть прекратят стрельбу! А мне наверх надо, помочь…
— Чем же ты можешь ему помочь?
Но Ирис не слушала — поднималась торопливо, упруго отталкиваясь босыми ногами от высоких ступеней лестницы, ведущей в ночное опасное небо. Как ни торопилась она, всё же почувствовала — платформу качнуло — р-раз! — и ещё, — р-раз! — с рокочущим утробным звуком, но взрывов не было. «Что-то новенькое», — с неудовольствием сообразила она и не ошиблась.
— Торпеды они уже попробовали, — встретил её новостью Саша. — Может быть, хватит ума не уродовать больше коралловый риф. «О-о!» — огорчилась сердобольная мисс Уокер, заметив пляску огня на берегу ни в чём не повинного островка. Оттуда тянуло гарью, негромко трещало… «И бедный крабишка погиб, наверное…
— Боюсь, на этот раз так легко справиться не получится, — проговорил Волков, настороженно вслушиваясь в негромкий рокочущий звук. Помолчал, вглядываясь, потом добавил с досадой:
— Так я и знал. Весело нам сейчас будет.
«Что это?! — запаниковала мисс Уокер, увидев, как поднялись выше корабельных огней и зависли мерцающие овалы. — Сколько же их! Раз, два…»
— Ровно восемь штук у них осталось. Все кроме одного решили пустить в дело, — думал вслух Александр. Из центра одного из семи светящихся эллипсов ударил сноп света и уткнулся в воду.
— Что решили пустить в дело? — испуганно спросила Ирис у своего капитана.
— Вертолёты. Сбивать нельзя, там люди на борту. Десант.
Пока мысли взволнованной девушки, подстёгнутые страхом, вертелись вокруг слова «вертолёты», пытаясь определить, к чему оно и где встречалось, пока она пыталась отыскать в памяти, что такое «десант», Волков принял решение.
— К лестнице! — распорядился он. — Дадим высадиться и остановим перед входом. Ракет и торпед, скорее всего, больше не будет, но я на всякий случай втолковал «Афине», что с ними делать.
— Кому… дадим… высадиться? — спросила Ирис на бегу.
— Они попробуют… Захватить платформу… Высадят десант… На крышу… Я сам…
— Нет! — отрезала мисс Уокер. — Я останусь с тобой.
Вот и лестница. Саша, справляясь с одышкой, проговорил:
— Я и хотел… Сказать, что сам… Не смогу справиться. Будет много народу, будут стрелять. «Афина» может наломать дров, если дать ей всё делать самой. Запомни: пулями и прочими железяками «Афина» пусть сама занимается, а ты — людьми. Руками двигай плавно, кулаки не сжимай. Легонько, ладошкой. Понимаешь? Иначе будут трупы.
— Хорошо, — проговорила принцесса Грави, поняв, что ей предстоит делать совсем скоро, когда верто… геликоптеры… Но вот же они!
Рокот приблизился, под освещёнными кругами винтов стало видно продолговатые тела, прожектора поочерёдно черкнули по небу широкими взмахами, ближе, ближе… И вдруг один из них вспыхнул ярко, прямо в глаза.
— Зажмурься, Иришка! — подсказал голос Волкова, еле слышный в оглушительном рокоте; она и сама уже сделала это — рефлекторно. Но видеть не перестала. В темноте проступили плоские силуэты, пойманные в красные сети «Афины». «Смешно выстроились! — отметила про себя мисс Уокер. — Один над другим, лесенкой. А этот, передний носом к нам…»
К громовому рокоту примешался другой звук, похожий на барабанную дробь, что-то затарахтело по крыше частым тяжёлым дождём, противно визгнуло… «Автозащита», — написала «Афина» в верхнем правом углу, и мисс Уокер приоткрыла глаза из чистого любопытства. Слепящий свет, частые вспышки, ошмётки пластика — фонтанами из крыши, фонтанами в свете прожектора разлетаются — метрах в десяти, не ближе.
— И не жалко тебе патронов, дружок?! — проорал Волков, но даже Ирис услышала его с трудом сквозь выворачивающий душу наизнанку рокот и частую барабанную дробь.
— Внимание, Иришка! — Волков прокричал в самое ухо. — Они садятся!
Ирис отвернулась от света, глянула из-под руки, щурясь. Ветер от винтов раздувал волосы, мешал смотреть, но мисс Уокер увидела всё же, как распался строй. Винтокрылые рассыпались веером, обходя «Грави-айленд» со всех сторон, снизились, задрав носы. Когда до крыши оставался какой-нибудь метр, округлые бока их лопнули, на крышу посыпались одна за другой чёрные фигурки. Люди. Отпрыгивали в сторону, перебегали, пригнувшись, тащили что-то из-за спины… Автоматы? Вон тот на колено встал… Вспышки, треск… «Он стреляет в нас…» — сообразила Ирис и пригнулась, заслоняясь рукой. Надпись «Автозащита» всё так же горит равнодушно, крыша метрах в десяти разбита пулями в клочья.