Борис Георгиев – Третий берег Стикса (трилогия) (страница 41)

— Сашенька мой! — шепнула Ирис, поднимаясь на ноги.

Волков споткнулся, когда достиг крыши, пришлось ему пробежать несколько шагов, чтобы не упасть, но дальше побрёл не спеша, должно быть, хотел поразмыслить дорогой.

— …на геостационарной орбите обнаружен корабль, оборудованный гравитационным двигателем, — монотонно бубнила Джоан. — На запрос о приписке, пункте назначения и экипаже ответил: «Исследовательское судно «Улисс», Внешнее Сообщество, порт Аркадия, Марс, участвует в спасательной операции, в настоящее время оставлен экипажем».

— Это же наш «Улисс», мама! — пояснила мисс Уокер, но её не услышали.

— Я приняла решение уничтожить его, Роберт. Кораблям с гравитационным двигателем запрещено находиться в околоземном пространстве.

— Джоан, я думаю, в этом случае нужно сделать исключение, — вступился Уокер. — Господин Волков назвал причину визита, я нахожу её уважительной, и вообще…

— Исключения опровергают правило, господин управляющий, — строптиво возразила Планетарная Машина. — Тебе больше не удастся вертеть мною, как заблагорассудится.

— Но, мама… — начала Ирис, отыскивая подходящий аргумент, однако голос её потонул в криках:

— В спасательной операции, вы слышали?

— Ну да, с истребителями мы цацкаемся, а исследовательский корабль…

— Но он же с гравидвигателем!

— Что делать, закон…

— Закон писали люди, Клиффорд, а людям свойственно ошибаться.

— Леви, не передёргивайте. На то и Планетарная Машина, чтобы…

За азартным ором никто не услышал, как опустилась лестница, и как Волков сошёл вниз, походкой разморенного солнцем курортника.

— Что за шум, а драки нет? — спросил он по-русски, громко.

— Сашка! — завопила Ирис и накинулась на него с разбегу, причитая:

— Как ты меня напугал! Чтоб в первый и последний раз, слышишь, я чуть с ума не сошла! Дурашка…

Волков слушал, задрав брови, и вид имел, нужно сказать, огорошенный, а мисс Уокер прижималась щекой к спрятанному под комбинезоном трижды благословенному «поясу Афины» и шептала: «Сашка…» Совсем забыла о готовящейся казни «Улисса».

— Как вам это удалось? — отважился прервать сцену встречи Уокер.

— Вы об этом трюке? Удивляюсь, как я успел добежать. Повезло. Дальше — дело техники. Маяк полетел вниз, а я — вверх. «Осы» тупые, им указано было целить в маяк, они и шарахнули по нему из всех своих четырёх могучих лазерных пушек.

— Да я не об этом спрашиваю. Как вам удалось взлететь? И что вы такое учинили с истребителями?

— Это не я, а «Улисс». Подхватил меня, не дал упасть, а «ос» столкнул лбами, благо они были близко друг к другу и не успели сообразить, что с ними делают.

— Что же ты сразу не полетел! — гневно вопросила мисс Уокер и даже кулаком легонько стукнула.

— Понимаешь, Иришка, — смутился он, — включить режим левитации через консоль — язык сломаешь, и времени куча. Но когда охраняемый падает, «Афина» подхватывает его сразу и сама включает всё, что нужно. Всё хорошо, что хорошо кончается. Победителей не судят.

— Охраня-а-аемый… — передразнила девушка, но больше не прибавила ничего. Ведь правда — победителей не судят.

— Ошибаетесь, Александр, — мрачно буркнул Левицкий, тяжело переживавший вердикт, вынесенный Планетарной Машиной тёзке Одиссея. — У нас судят и победителей. Джоан приговорила ваш корабль к уничтожению.

— И не только приговорила. Уже исполняю приговор, — сухо прокомментировала Джоан.

— Я знаю, — ответил смиренно капитан «Улисса». — Пока брёл по крыше этой консервной банки, получил от шкипа несколько истерических посланий. Скоро все присутствующие насладятся зрелищем гибели моего корабля. Что делать, закон есть закон…

— Саша, но как же… Ведь всё погибнет, и приборы твои, и книги… — бормотала растерянно Ирис, — я только одну и успела прочесть, да и то не всю…

— Что ты прочла, Иришка? — спросил Саша.

— «Трое в лодке» прочла, — ответила Ирис, хлопая глазами. И пуще того удивилась, когда услышала в ответ:

— Пусть будет легка ладья твоей жизни, возьми в нее только самое необходимое: уютное жилище и скромные радости; ту, которая тебя любит и которая тебе дороже всех; двух-трех друзей, достойных называться друзьями; кошку и собаку; одну-две трубки; вдоволь еды и вдоволь одежды и немножко больше, чем вдоволь, питья, ибо жажда — страшная вещь.

Пока мисс Уокер пыталась вспомнить, откуда знает эти его слова, он добавил торжественно:

— И ты увидишь тогда, что ладья твоя поплывет легче, что ей почти не грозит опасность перевернуться, да и не беда, если она перевернётся: нехитрый, добротный груз ее не боится воды.

Ирис глянула недоверчиво в прищуренные глаза своего капитана: «Он что-то задумал», — и успокоилась окончательно. Спокойно наблюдала, как в темнеющем небе возник и стал расти силуэт «Улисса», похожий на заточенный с двух сторон карандаш. «Какой он огромный!» — подумала мельком девушка, когда корабль закрыл на мгновение тонущий в океане солнечный диск и величаво погрузился в воду, почти без всплеска. Разошлись две гряды невысоких волн и над местом гибели исследовательского судна «Улисс» протянулась закатная «дорожка».

— Мои соболезнования, — нарушил тишину Клиффорд Льюис.

— Принимаю, — отозвался Волков и пожал протянутую ему руку.

Леви скорбел молча, Барбара, внимательно слушавшая диалог капитана с его «женой», признаков волнения не проявляла.

— Кстати, Роберт, — встрепенулся Александр, оборачиваясь к управляющему. — Сообщаю вам, что видел эскадру ракетоносцев. Специально поднялся повыше, чтоб осмотреться, и…

— Вы не ошиблись? — встревожился Уокер.

— Как тут можно ошибиться? Пять корыт, идут на всех парах, вовсю чадят соляркой. Или на чём там они у фрилэндеров работают?

— Не знаю. Спросите Марту, она недавно оттуда.

— Марта! — позвал Уокер, вертя головой. — Да где же она?

— Должно быть, вспомнила об одном важном деле, — хмыкнул Волков. — Где у вас тут радиопередатчик, Роберт?

— Понятия не имею. По-моему, тут такого нет.

— Как же нет? — удивился Александр. — Должен быть, и довольно мощный. Ваш радиообмен с орбиты Марса слышно! Что вы хотите сказать, Станислав?

— Роберт просто не знает об аварийной радиостанции, — отозвался тот. — Я и сам о ней давно уже не вспоминал за ненадобностью. Немудрено и забыть — четверть века никто ею не пользовался, вот разве что дежурные техники включали для профилактики, да и то — раз в полгода.

— Два раза в сутки, — поправил Волков.

— Что? — не понял главный инженер.

— Мы следим за вами чуть больше года, всё это время ваша радиостанция свистела в эфир не реже двух раз в сутки. Кто мог выходить в эфир, если управляющий и главный инженер — ни сном ни духом? Вопрос риторический. А вот и ответ на вопрос о местонахождении Марты: она возле радиостанции. Где это, Станислав?

— В коммутационном отсеке. — Главный инженер неприязненно покосился на своего управляющего.

— Что вы опять на меня так смотрите, Леви, — оскорбился Роберт, — как на врага рода человеческого?!

— Потому он на тебя так смотрит, дорогой мой, — язвительно молвила Планетарная Машина, — что Марта пользовалась особым покровительством, несмотря на не слишком развитый интеллект.

— Извините, Джоан, — почтительно вклинился Волков, — но вы недооцениваете эту женщину. Вы пристрастны, и многого не принимаете во внимание. Марта недалека от того, чтобы взять у вас реванш.

— Не понимаю, — отозвалась холодно Планетарная Машина, не терпевшая, когда кто-либо ставил под сомнение её могущество.

— Поясню, но перед этим спрошу. Способен ли ваш гравископ следить за объектами размером, ну скажем, метра два в длину и толщиною в полметра, при условии, что гравидвигателем они не оборудованы?

— Нет. Птицы, рыбы и морские млекопитающие меня не интересуют, — не раздумывая, ответила Планетарная Машина.

— Прекрасно. Второй вопрос. Станете ли вы топить корабль, на котором три сотни человек, если узнаете, что один из них негодяй и преступник?

— Нет, конечно, за кого вы меня принимаете?

— Третий и последний вопрос. Сообщал ли вам кто-нибудь сведения о боевых ракетах и торпедах?

— Послушайте, молодой человек, — рассердилась Планетарная Машина, — приберегите ваш странный юмор для более подходящего случая. Не понимаю, зачем мне могут понадобиться сведения об ископаемом оружии?

— Господи, — промямлил Станислав Левицкий, — она ведь действительно ничего не знает…

— Что от меня ещё скрыли?! — гневно осведомилась Джоан.

— То, что корабли фрилэндеров, набитые ни в чём не повинными людьми, — проговорил, отчётливо выговаривая слова, Волков, — несут как раз такое ископаемое оружие, с которым вы не в состоянии что-либо сделать. Топить корабли вы не можете, защититься от ракет и торпед не способны, не защищаться и погибнуть вы тоже не можете себе позволить. Вашу платформу разобьют ракетами, и тогда те несчастные, которых вы собирались наделить вечной жизнью…