Борис Георгиев – Третий берег Стикса (трилогия) (страница 158)
— Принцип Дирихле? — поморщился Волков, представив, как глава Сектора Математики и Теоретической Физики воюет с задачкой для младших школьников.
— Да, мы с ним считаем головы рыцарей, рыцарских коней и драконов. Задача сложная для пятилетнего математика, боюсь, без меня ему не справиться. Так я сгоняю быстренько на юг, потом вернусь, ты мне всё расскажешь, а после я к себе — в две тысячи одиннадцатый.
Он завёл мотоцикл, взялся за руль и, перекрикивая шум двигателя, проорал на прощание:
— Принцип Дирихле — важная штука! Как без него отличить головы драконов от голов рыцарей?!
И, не дожидаясь ответа, умчался. Волков некоторое время смотрел ему вслед, потом принялся стаскивать с себя арестантскую куртку, чтобы надеть «пояс Афины». Когда перед глазами вспыхнули красные надписи, первым делом он вызвал окно почтовой программки. Доклад председателю Совета Исследователей мог подождать, переписка с Планетарной Машиной тоже. Сначала письмо Иришке.
Он поспешно нажал бестелесную рубиновую клавишу «отправить», подумал: «Да, всё правильно. Вернуться на Землю. Понадобится много врачей и учителей». И тут же стал диктовать письмо Планетарной Машине с просьбой дать разрешение миссии Внешнего Сообщества прибыть на Землю.
Конец третьей книги
Послесловие автора
Глубока старинная насечка.
Каждый пляшет и чему-то рад.
Среди них найду я человечка
С головой, повёрнутой назад.
Конечно, я лукавил, убеждая Сашу, что всё от меня зависевшее в этой истории уже мною сделано, и остаётся съездить на юг — подстрелить из гранатомёта его бот. Не хотелось огорчать мальчика. Я, играя роль бодренького молодого деда, прекрасно понимал, — самое неприятное для меня только начинается. В полной мере убедился в этом, когда выслушал, вернувшись с юга, подробный рассказ о похождениях Волкова с того момента, как 26 апреля 2086 года случилась с Планетарной Машиной авария. Узнал, к примеру, что мне предстоит вернуться и напророчить глупышке Кире пришествие Матвея. Ввести, так сказать, в искушение, а значит и разделить ответственность за ужасное преступление — предательство. Спасти от смерти её мать, не вызывая нового хроноклазма, я уже не мог, но саму Киру… В общем, я повторил собственную ошибку, и неизвестно ещё, чем это для меня кончится в будущем. Ольгу тоже вытащил, но с ней проще, главное, чтобы она никогда больше не встретилась с Волковым, иначе новые неприятности обеспечены. Сделал я и ещё кое-какие мелочи, в остальном же не виноват. Возвращать к человеческой жизни волкодавов и учить детей тому, что вцепляться в глотку ближнему своему негоже, не моя забота. Кстати, как раз тогда, когда Саша закончил рассказ, на дворцовую лужайку опустился передвижной госпиталь и мы с капитаном Волковым стали свидетелями возвращения на Землю Короткова Ивана Арнольдовича. Доложу я вам, это было величественное зрелище. Я тут же откланялся под благовидным предлогом, так и не сообщив Саше ничего определённого о Патруле Времени, о стране Энерджистан и некоторых подробностях ниспровержения могущественной «Dark Ray Studio». Ни слова не сказал ему и о тёмной истории, связанной с изобретением машины времени — в конце концов тысяча девятьсот шестьдесят седьмой год входит в зону моей личной ответственности. Решил также, что не нужно Александру Владимировичу знать о причинах нашей ссоры с его отцом. И лучше мальчику до поры до времени оставаться в блаженном неведении относительно того, кому именно предстоит взять под личную ответственность временной сектор 22–23.
Когда инцидент с Княжествами для меня закончился, я вернулся к себе в мой 2011 год. Во-первых, потому что нужно было помочь сыну разобраться в принципе Дирихле, а во-вторых, видимо, судьба мне, как и герою с античной вазы, вечно оглядываться и…