Борис Егоров – Пепельный Цветок (страница 2)

– Слышишь?

– Кажется, да. Стойте тут, я посмотрю, что там случилось.

Она поняла, что звук исходил от той части опушки, куда запрещал ходить местный староста. Там располагалась древняя пещера – спрятанная за деревьями и кустарниками заброшенная гробница. Жуткие звуки по ночам и тихое скрежетание днём постоянно доносились оттуда. Никто не знал, откуда она взялась и сколько времени была замурована грудой камней. Над входом не было ни надписей, ни символов, как это обычно бывает у гробниц или склепов.

Осмотревшись, она увидела, что камни лежат не так, как раньше: они немного съехали, и среди них образовалась дыра. И снова она услышала те же звуки. Они были похожи на крики маленькой девочки, вот только звучали очень далеко и глухо. Она сразу поняла, в чём дело, и, едва шевельнув рукой, прочитала заклинание, вдребезги разбив все камни, заграждающие проход в пещеру. Многовековая пыль, заросли растений, паутина и зловоние ударили своими неповторимыми композициями ароматов. От затхлости помутнело в голове, а от сырости и кромешной темноты по спине забегали мурашки.

– Только бы успеть! – прошептала Вэлькири и стала пробираться вглубь пещеры, разрезая паутину пальцами, словно острыми когтями.

Кулон засиял ярким светом, едва она вступила в темноту, и свет становился всё сильнее по мере того, как она отдалялась от входа. Тёмные мрачные стены становились всё более старыми и потрескавшимися. Из больших трещин и дыр выбегали маленькие паучки и разные неприятные насекомые. У одних было множество маленьких лапок, у других – мохнатые тельца и острые клыки, с которых стекала ядовито-зелёная жидкость, похожая на яд. Но все они разбегались от света, исходившего от кулона эльфийки. Чем глубже она шла, тем крепче попадалась паутина, и разорвать её голыми руками уже было нелегко. В ход пошёл кинжал, инкрустированный изумрудами и имевший форму полумесяца. Носила она его на набедренной повязке на правой ноге, а глубокий вырез на платье служил отличным способом быстро достать оружие и в то же время подчёркивал её пикантность. Криков она больше не слышала и оттого спешила, как могла, не обращая внимания на весь ужас вокруг. Вдалеке она увидела свечение, как будто кто-то стоял с фонарём или свечой, как вдруг пол пошатнулся и со скрежетом провалился. Тяжёлые каменные плиты рухнули в бездну, почти не издавая звука удара от падения, отчего было ясно, что глубина там приличная. Она успела схватиться рукой за паутину, которая тут была уже настолько крепкой и прочной, что могла выдержать вес, втрое превышающий хрупкую эльфийку.

– Друид тебя раздери! – выругалась она и попыталась использовать заклинание переноса, которое переместило бы её на твёрдую поверхность. Она часто использовала его в трудной или опасной ситуации.

Попытки не принесли успеха. Что-то блокировало её магические способности. Тогда она принялась карабкаться по паутине выше. Чем больше движений она делала, тем больше понимала, что прилипает к паутине, и ей всё сложнее оторваться от неё. Оставалось всего пару движений, и можно было бы перепрыгнуть на уцелевший участок пола, но почти всё тело прилипло к едкой, липкой паутине. Она рванула изо всех сил рукой, в которой был кинжал, и перерезала ту часть, что не давала ей передвигаться.

«Вот так-то лучше!» – с улыбкой на лице она принялась освобождать себя от оков паучьих сетей.

Оставалось немного, и, раскачавшись, эльфийка обрезала последнюю нить паутины. Она идеально рассчитала расстояние прыжка и приземлились бы точно на край, но вдруг почувствовала, как что-то холодное схватило её за ногу, и она начала падать гораздо раньше задуманного. От резкого движения её кинжал выпал из руки и упал на уступ, недалеко от обвалившегося пола. Вытянув руку вперёд в надежде зацепиться за что угодно, она уже почти летела в бездну, но тут ей удалось схватиться за что-то твёрдое, похожее на корень. Подняв взгляд, она увидела два серых глаза и силуэт, напоминающий пасть медведя.

Старик Брут стоял на краю плиты и двумя руками держал резную трость, за которую чудом успела ухватиться Вэлькири. Он тяжело дышал и пыхтел.

– Не мешкай! Быстрее! Я уже… не молод… чтобы… – на этих словах он замер, тело пошатнулось, глаза округлились и наполнились болью.

Он, словно камень, начал падать в бездну. Эльфийка, собрав последние силы, рванулась к нему в надежде хоть как-то контролировать их падение. Обняв старика за плечи, она ощутила ледяной, покалывающий пальцы ветерок, исходивший откуда-то из-за его спины. Подвинув руку дальше, она нащупала лезвие и очень сильно порезала об него палец. Это был кинжал, вонзившийся в спину старику.

Они падали всё глубже в бездну. Свет от её кулона исчез совсем, а сам кулон уже напоминал не луну, а обычный камешек неправильной формы. Как она ни пыталась, контролировать падение ей не удалось, и старик упал на спину, из-за чего кинжал ещё глубже вошёл в его тело. С грохотом упали они на каменные плиты, что ещё пару мгновений назад служили полом. Удар был болезненный, но старик принял его на себя. Поднявшись на ноги, она перевернула старика на живот и увидела кинжал. Он сиял синим пламенем, но оно не обжигало – наоборот, от него веяло холодом. Вытаскивать его было столь же опасно, как и оставлять там. От лезвия вокруг раны стал разрастаться иней. Приняв решение, она рванула изо всех сил и выдернула зазубренное лезвие кинжала. Рука почти полностью онемела от холода, и она резко отбросила оружие в сторону. Свечение от кинжала стало слабее. Вэлькири принялась осматривать рану, оторвав от платья кусок ткани, чтобы наложить повязку. Кинжал стал медленно гаснуть, пока не потух совсем. Наступила кромешная тьма.

Тело старика становилось холодным, но Вэлькири не переставала прижимать кусок ткани к кровоточащей ране и повторять:

– Не переживайте, дедушка Брут, мы выберемся. Мы найдём детей и вас вылечим, вот увидите!

Слёзы медленно наливались на её глазах, и во рту появилось ощущение стягивающей боли, как если бы она рыдала. Но она изо всех сил пыталась держаться. Силы почти полностью покинули её, и она не могла даже пошевелиться. Так Вэлькири просидела несколько часов в полной темноте, в обнимку с бездыханным телом старика. Вдруг раздались шаги, сначала быстрые, затем медленные, и под конец едва различимые. Она поняла, что это были шаги девочки, Леонэль. Только она умела ходить настолько аккуратно и тихо.

– Леонэль, это ты? – прошептала Вэлькири.

– Я. А вы Вэлькири? Как вы здесь оказались? А кто это с вами? – девочка подошла ближе и ощупью дотронулась до них. – Он умер? – прошептала Леонэль дрожащим голосом.

– Надеюсь, что ещё нет. Я слышу, как медленно бьётся его сердце где-то очень глубоко. Но нам неоткуда ждать помощи. У нас нет света, и моя магия здесь бессильна. Что-то блокирует её.

– Я, кажется, знаю, что это! – сказала маленькая эльфийка и помогла подняться Вэлькири на ноги.

Когда она привстала, мешочек с камешками зацепился за платье эльфийки, раскрылся, и камни рассыпались. Всё пространство заполнилось ярким переливающимся светом.

– Они светятся! – крикнула девочка. – Но раньше они не светились!

Вэлькири подняла один из камней и увидела, что на нём нанесена магическая руна. Каждый камень имел свою руну и свой неповторимый цвет. Этот был ярко-алый и имел руну, похожую на языки пламени.

– Сейчас это неважно! – прошептала эльфийка и обернулась на лежащего рядом старика.

Казалось, он не дышит. Вдруг из полной темноты появился светящийся медведь. Он был почти прозрачный и похож на туман. Издав беззвучный рык, он побежал на старика и, пройдя его насквозь, исчез. Старик закашлялся и стал шевелить губами, не произнося ни слова. Эльфийки улыбнулись, и слёзы радости потекли по их щекам, словно кристаллики, мерцая и падая на пол. Подбежав и упав на колени рядом с ним, Вэлькири крепко обняла Брута.

– Ты жив! Ой, то есть вы живы!

– В такой ситуации можно и на ты! – едва улыбнувшись, прошептал Брут.

– А где мальчик? – вдруг опомнилась Вэлькири и резко повернула голову туда, где стояла Леонэль.

– Он… он…

– Ему нужна помощь?

– Я не хотела, простите, я не знала, что это за место! – разрыдалась девочка. – Я увидела, что проход открылся, и мне показалось интересным залезть и проверить, что внутри. Он отговаривал меня. Он пытался оттащить меня от входа, а я всё дразнила его трусишкой. Это из-за меня он полез сюда… Это из-за меня его… его…

– Успокойся, дитя! – едва слышно сказал старик. – Ты не виновата! Любой из нас в твоём возрасте поступил бы точно так же. Просто скажи, где он и что с ним стало?

Леонэль медленно протянула руку в сторону и указала пальцем на проход:

– Он там. Но туда нельзя, там она!

– Кто? – нахмурила брови Вэлькири.

– Паучиха. Она не смогла пробраться за мной вот в этот проход, но там её логово, и она, наверное, уже его убила! – со слезами на глазах дрожащим голосом бормотала девочка.

Брут почти пришёл в себя и попытался встать.

– Пойдём! – кивнул он Вэлькири на проход в стене, куда указала Леонэль.

– Не ходите, она и вас убьёт! – перегородила дорогу маленькая эльфийка. – Прошу вас, останьтесь. Вы же сами сказали, что бессильны и что-то блокирует всю вашу магию!

– У меня осталось это! – эльфийка потянулась было к ремешку на ноге, где обычно крепился кинжал, но тут вспомнила, что обронила его наверху, когда выбиралась из паутины.