Борис Долинго – Точка-джи-эл (страница 81)
Несмотря на секретность, охранял базу один небольшой отряд Лосева. Каждый боец стоил не одного десятка обычных солдат, но силы оказались слишком неравны, да и кроме ручного вооружения, люди не имели практически ничего. Никто не предполагал, что на экспедицию нападут.
Связь с орбитальным кораблём прервалась в момент нападения, поэтому Игнат не питал иллюзий относительно возможности связаться с какой-либо из планет Содружества. Их, разумеется, хватятся, но не ранее, чем через два-три дня. За это время камалы уничтожат всё, что необходимо уничтожить.
Задача полковника: выжить и сохранить оставшихся учёных и документы как ценнейшие свидетельства того, что древний звездолёт действительно существовал.
Лосеву не впервой выживать. Волновало его то, откуда камалы могли узнать про находку? Как до них дошла информация – причём с точными координатами планеты? Насколько он знал, в Содружестве факт обнаружения древнего корабля, потерпевшего аварию много лет назад на безымянной планете, скрывался не только от чужих (о них думали в последнюю очередь), но и от своих.
О находке знали лишь члены первой исследовательской экспедиции, несколько членов специальной Комиссии Совета Содружества. Полковника Лосева, как командира крупного подразделения спецназа, вызвали на секретное совещание, поручив охрану объекта – археологической базы, на планете, которая имела лишь кодовое название «Орхан-два». Двенадцать человек, которых он лично набирал в отряд, не знали ничего конкретного до момента, пока не прибыли на место. Большая часть членов научной экспедиции, обнаружившей древний звездолёт, входила в состав персонала исследовательской базы, всем запрещалось контактировать с прессой и как-то сообщать о находке. Да и невозможно представить, чтобы кто-то из учёных собственноручно слил информацию – к тому же чужим!
И, тем не менее, камалы узнали.
Лосев ломал голову, и не понимал: как?! Предательство? Это невозможно! Случаев предательства в Содружестве никогда не случалось. Предательства происходили на планетах, не включённых в СИ, но тоже, как правило, в ситуациях, когда аборигены не понимали, кому продаются. И потом: предательство сейчас, после подписания Пакта Полного Невмешательства?!..
Согласно Пакту, ни СИ, ни чужие более не вмешивались в дела интересующих их населённых планет, если таковые не имели самостоятельного активного выхода в космос. В понятие «невмешательства» входил и официальный отказ от вербовки представителей подобных миров для освоения новых планет. Времена, когда агенты идентичных и чужих, главным образом, камалы и ларзианцы, шастали, шпионя и ликвидируя друг друга, по разным подобным мирам, казалось, канули в прошлое.
Естественно, и уровень военного противостояния СИ и чужих формально практически сошёл на нет. Соответственно, сократились вооружённые силы, снизились расходы на содержание военных – от когда-то огромного корпуса Сил Специального Назначения, где начинал служить и до сих пор служил Лосев, осталось процентов двадцать, не больше. Казалось, наступили времена долгожданного мира, и можно не бояться поворачиваться спиной к вчерашним противникам…
Впрочем, Лосев хорошо помнил слова своего старого знакомого, орханина Виттара Остала, одного из руководителей службы вербовки землян. С Виттаром он встречался на совещании командиров спецслужб и спецподразделений, проходившем вскоре после подписания Пакта. Там же Лосев познакомился и с братом Виттара, начальником службы Контрразведки СИ на Земле.
После очередного заседания, во время обеда в ресторане, Виттар грустно покачал головой:
– Мне, видимо, скоро в отставку!..
На что его брат Франзир усмехнулся и налил ещё по рюмке:
– Не спеши, рано расстраиваться! Или радоваться.
Лосев, разумеется, не знал, как будут развиваться события, но сохранял твёрдую уверенность, что разведка и всё, что связано с ней, останется. Как и вербовка добровольцев на отсталых планетах – хотя, безусловно, вербовать в таких масштабах, как когда-то, станет вряд ли возможно.
Сейчас полковник Лосев, внешне совершенно безучастный, сидел, привалившись спиной к нагретому солнцем камню, и напряжённо думал. Нужно найти пещеру и отсидеться. На пути не встретилось ничего подходящего, но местность постепенно становилась всё более гористая, и Лосев рассчитывал, что пещера найдётся. Лучше бы пораньше: из пищи всего десять пайков. Значит, придётся охотиться и разводить костёр, а делать это на открытом воздухе смертельно опасно…
При строгом рационировании они могут продержаться и на пайках, неделю – впроголодь, но вытянут. Вряд ли при самом худшем стечении обстоятельств камалы останутся на планете дольше: встреча с теми, кто прилетит искать замолчавшую экспедицию, однозначно не входит в их планы.
Лейтенант Валеев подсел к командиру и молча посмотрел на него, словно задавая вопрос. Лосев тихо, чтобы не слышали остальные, объяснил, как собирается действовать дальше. Мансур кивнул и вытащил из рюкзака большую плоскую бутылку – настоящий «Гордонз».
По губам Лосева скользнула слабая улыбка:
– Успел прихватить, надо же!
– Она у меня в рюкзаке лежала. – Мансур свинтил крышку и протянул флакон Лосеву.
– За ребят! – тихо сказал Лосев и сделал большой глоток.
– Никто хлебнуть не хочет? – спросил Валеев, обращаясь к учёным.
Профессор дан-Банор и второй учёный, тоже профессор, по фамилии Питу, отрицательно покачали головами, а вот ассистентка дан-Банора, молодая женщина с Вельта, со странно земным именем Дина, кивнула и взяла бутылку.
Лосев с некоторым интересом проследил, как женщина сделала изрядный глоток и скривилась, тряхнув головой. Впрочем, он понимал её: то, что она сегодня увидела, лучше постараться забыть.
– Полковник Лосев! – спросила Дина, переводя дух. – Скажите, мы долго будем ходить в этих доспехах?
Она имела в виду военные защитные костюмы, которые Лосев заставил надеть и штатских.
– В них нет никакого смысла! – несколько нервно продолжала женщина. – Если камалы нас обнаружат, защита нам не поможет, как я понимаю.
Лосев со сдержанным удивлением посмотрел на вельтку, но отнёс её не вполне адекватную реакцию на счёт пережитых стрессов.
– Простите, я не успел вам объяснить, – ответил он. – Да, костюмы вряд ли спасут, если камалы до нас доберутся, но, смысл в этих доспехах большой. Без защитного костюма нас легко засекут с воздуха – по тепловому и электромагнитному излучению тела, и так далее. В костюме мы видимы только при визуальном контакте на сравнительно небольшом расстоянии. Ещё вопросы есть?
– А! – многозначительно сказала Дина.
Какое-то время она сидела, рассматривая носки ботинок и ковыряя в земле сорванной веточкой, а затем задала новый вопрос:
– Хорошо, а куда вы нас ведёте? По-моему, сейчас нет разницы, уходить от базы на десять километров или на пятьдесят? Вы нас собираетесь загнать как можно дальше?
Полковник заметил, как Мансур усмехнулся в кулак, одновременно исподлобья разглядывая Дину. Странно у неё проявляется нервозность: в агрессивной форме. Может, ей Мансур нравится? Ну не сам же Лосев – староват для этой соплюхи.
Знал Игнат подобных девиц, которые часто, сами являясь сравнительно «добрыми и пушистыми» в душе, с глупым упрямством испытывали потребность с кем-то пикироваться, кого-то поддевать, постоянно спорить. По собственной молодости лет он таких терпеть не мог, но, став старше, понял, что часто к этим девушкам и женщинам нужен правильный подход, чтобы легко их завоевать: часто они своим «нападением» давали понять, что наполовину завоёваны. Вот только искать этот «правильный подход» Лосеву по-прежнему не хотелось. Потому как всё равно – дуры, если
– Видите ли, Дина, – без эмоций в голосе объяснил он, – если бы знать точно, что камалы нас искать не будут, то есть если они посчитают, что перебили всех на базе, тонет смысла уходить ещё дальше. Но если они
– А вы привыкли убегать, полковник? – снова задала вопрос Дина. – Странно, а я всегда слышала, что земляне – отличные солдаты. Чуть не лучшие в Содружестве…
Лосев глубоко вдохнул и выдохнул – нет, ни перед кем девка не рисовалась. Но в одном он не ошибся: тупая дура, которая раньше не видела в жизни опасности серьёзнее, чем поранить руку археологическим скребком. Сейчас же обгадилась от страха, но, будучи представителем одной из «развитых» рас в СИ, пытается демонстрировать собственные «независимые суждения». В общем, дура.
– Там, – Лосев показал рукой в сторону покинутой базы, – осталось двенадцать отличных солдат, и не только землян. И два десятка ваших коллег тоже там остались. А я увёл вас, чтобы спасти хоть кого-то.
Он помолчал и зачем-то добавил:
– А с тем, кто слил камалам информацию, надеюсь, разберутся!
Дина замолчала, уставившись себе под ноги. Её коллеги, казалось, дремали.
– Повторяю, – сказал Лосев: – полчаса отдыхаем – и двигаемся дальше.
Тихо журчал ручей, попискивали местные птички в кронах деревьев. Солнце поднялось высоко и уже припекало. Пахло хвоей, смолой, травами и тёплой землёй на прогалинах. «Прямо как дома», – с лёгкой тоской подумал Игнат.