Борис Долинго – Игры третьего рода (страница 24)
– Если не возражаете, то вам, как серьёзному человеку, задание поручим, Вениамин Вадимович, – сказал Пётр и покосился на Черноскутова. – Думаю, представитель правительства не будет против и выпишет вам пропуск для беспрепятственного прохода к Арке. А я постараюсь в лаборатории найти какой-нибудь датчик и усилитель, чтобы сделать прибор, реагирующий на вибрацию, когда она появится.
Черноскутов кивнул.
– Только ведите себя осторожно и через Арку пока не суйтесь, – заметил он.
– С превеликим удовольствием, не сомневайтесь – всё сделаю осторожно, – заверил Сысоев.
– Я сейчас сразу же выдам вам разрешение на проход и к первой Арке, и ко второй, – сказал Черноскутов и повернулся к Александру, Домашникову и сопровождавшему их Семёну Ефимовичу: – А потом сядем и уточним список того, что нам потребуется для экспедиции.
Работа над планом экспедиции затянулась. Домашников какое-то время сидел с офицерами, а потом умчался на завод, зато Семён Ефимович принимал самое активное участие в обсуждении того, что стуит, а чего не стуит брать с собой. Замечания его были зачастую не такими уж бесполезными, но Черноскутов много раз бросал на старика многозначительные взгляды, долго, правда, не высказывая вслух недовольства присутствием в кабинете совершенно, казалось бы, «левого» гражданина, которого почему-то терпит Гончаров.
Наконец Семён Ефимович сообразил, что раздражает Черноскутова, и собрался уходить к Петру домой.
– Подожду вас там, – пробормотал старик. – Узнаю, уехал ли Федя в Кадниково.
Когда Альтшуллер вышел, Черноскутов прямо спросил:
– Слушай, ты над этим старпёром опекунство взял, что ли?
– Да, понимаешь, старик прибился ещё в лагере. Он одинокий, куда же его денешь? Гнать, что ли? Один он совсем.
Черноскутов хмыкнул:
– Прихрамывает, но крепкий ещё старикашка… Слушай, а что он умеет делать? Он по профессии кто?
– Режиссёром документального кино был на нашей киностудии, – усмехнулся майор. – Профессия, понимаешь, не самая востребованная сейчас. Правда, говорит, что заканчивал когда-то фельдшерские курсы.
– Давно?
– Я его о сроках не спрашивал. Но наверняка давно, когда же – недавно, что ли?!
Максим неожиданно задумался и стал сворачивать сигарету. Майор тоже потянулся к нарезанной бумаге и табаку. Они закурили, и Черноскутов неожиданно сказал:
– Слушай, одинокий и кое-какие навыки в медицине есть – это хорошо. Надо проверить, помнит он хоть что-то из медицинского прошлого. Ну и что, что старичок?
– Я тебя не совсем понимаю? – вскинул брови Александр. – Ты о чём вообще речь ведёшь?
Черноскутов затянулся и выпустил дым в потолок.
– Да чисто из практических соображений, прости господи. Врачей и медсестёр сейчас в городе и так осталось мало, а нам в экспедиции потребуется медик, хотя бы плохонький. Ты же понимаешь, что там может случиться всякое. И как мы можем насильно заставлять врачей идти с нами, если никто не согласится добровольцем?
– То есть ты предлагаешь старика взять?! – удивился майор.
– Считаешь, не согласится?
Гончаров хохотнул, посмотрел на Максима и покачал головой:
– Вот уж не думал, что ты такое предложишь…
– Ну а почему бы и нет? Значит, полагаешь, что будут проблемы его уговорить?
– Да как раз наоборот: он сам меня уже просил! Говорит, что хочет напоследок увидеть как можно больше, старый чёрт!
– Отлично! И врачей сохраним для города!
Гончаров снова только покачал головой, удивлённо кривя рот.
К вечеру все собрались у Домашникова. Из их «лагерного» коллектива отсутствовал только Фёдор, который уехал в деревню, но его заменял Черноскутов.
Семён Ефимович пребывал на седьмом небе от счастья.
– Я не буду вам обузой, ребята, – постоянно приговаривал он. – Немного и стрелять умею, если только напомните, как с автоматом обращаться.
– Вы лучше освежите свои медицинские навыки, – посоветовал Гончаров. – Стрелки у нас и без вас найдутся.
Пётр изложил установленные факты относительно устройства «конфетниц». С основным принципом работы двигателя этих машин специалисты завода разобраться с полной уверенностью, конечно, не смогли, но все сходились на том, что это была явно антигравитация. Помимо электрохимического генератора изумительной конструкции внутри обнаружили также аккумуляторы, позволявшие, как и прожектёрствовал Домашников, совершить настоящую революцию в земной технике. Характеристики батарей оказались таковы, что, будучи установленными, например, на средний грузовичок, они могли бы позволить автомобилю, по прикидке, проехать около полутора тысяч километров. Кроме того, заряжалась батарея при обычном напряжении и токе меньше минуты!
– И что, выпуск таких штук можно организовать здесь и сейчас? – спросил Гончаров.
Домашников поскучнел.
– Сложно, увы, очень сложно. Требуются материалы, которые у нас, пожалуй, выпускала только авиакосмическая промышленность. Потом там нужны монокристаллы некоторых элементов. А вот как их сейчас вырастить?
– Значит, нам такие штуки не построить? – заключил Черноскутов.
– Я же говорю, что вырастить монокристаллы…
– Я не знаю, что такое монокристаллы, – несколько раздраженно сказал Максим, – но если такой аккумулятор нельзя сделать, то какая нам-то от этого польза?
– Не скажи! – воскликнул Пётр. – Главное, мы теперь принципиально знаем,
– Что болтать о пустых вещах! – окончательно остудил восторг Петра Гончаров. – Скажи-ка лучше, а что там ты говорил про подзарядку этих машин от внешней среды?
Пётр возбуждённо потёр руки:
– Штука весьма любопытная. Там есть устройства, позволяющие заряжать аккумуляторы просто как бы из внешней среды. Конечно, это могли быть и просто токосъемники, подключаемые к неким разъёмам на специальных зарядных станциях или что-то вроде. Но мы гадали, гадали, и пришли к выводу, что всё-таки устройство этих токосъёмников таково, что позволяет черпать энергию из воздуха. Только для этого надо находиться ну… скажем, в эпицентре грозы как минимум. Иначе нигде не найдёшь такую электризацию.
– Чушь какая! – заметил Гончаров. – Чтобы зарядить машину, нужно влететь в грозу?!
– Вполне возможно, что в мире, откуда явились эти машинки, воздух насыщен электричеством. Оно у них, возможно, реками льётся, – пошутил Домашников. – А у нас условия другие – вот они и быстро посадили аккумуляторы, потому и летали уже еле-еле.
– А их защита? – вспомнил Гончаров.
– Это какое-то силовое поле. Какое – мы пока не поняли. Возможно, тоже что-то связанное с гравитацией. Кроме того, всё и тут завязано на степень заряженности аккумуляторов. Аккумуляторы сели – защита пропала.
«Вот почему я так легко долбанул первую, – подумал Гончаров. – Если бы они подзаряжались, то чёрта с два я с ними справился бы, да и оружие их тоже, наверное, стреляло не в полную силу!»
– Ладно, а с пушкой разобрались? – спросил Черноскутов, мысля в унисон с майором.
– А, с этим проще простого, – махнул рукой Пётр. – То есть в том смысле, что мы поняли принцип. Оружие, установленное на «конфетницах», генерирует самые настоящие шаровые молнии и позволяет управлять ими с помощью магнитных полей… Нам это пока совершенно бесполезно, – упредил он новый вопрос Максима. – Нужно располагать соответствующими аккумуляторами и постоянной подзарядкой. Так что нам стоит полагаться только на собственное оружие. Тем более что оно тоже весьма эффективно, как мы видели.
Они немного помолчали, словно переваривая услышанное, и Домашников, наконец, поинтересовался:
– Ну а, Максим Иванович, как там насчёт экспедиции? Меня любопытство разбирает – не будет ли новое правительство возражать?
– С этим всё в порядке, – заверил Черноскутов. – Все понимают, что в сложившейся обстановке это необходимо. У первой группы задача будет самая общая: пройти, посмотреть, что там на той стороне делается, и вернуться обратно, прежде всего, целыми и невредимыми. Далеко соваться не надо.
Гончаров хмыкнул и побарабанил пальцами по столу, неопределённо качая головой.
– Конечно, придётся на чём-то бронированном ехать, – продолжал Черноскутов. Берём либо БРДМ, либо БТР, соответственно горючего, боеприпасов и продовольствия – с запасом на всякий случай.
– БРДМ маловата, чтобы приличный запас горючего и паёк взять, – возразил Гончаров. – А сколько ты планируешь человек? В БРДМ экипаж – четыре человека. Куда ты запасы сложишь? Я склоняюсь к БТРу – понравился он мне.
Сидевшие за столом засмеялись.
– Нет, я серьёзно. На БРДМ тоже есть крупнокалиберный пулемёт, но в бронетранспортёре внутри гораздо просторнее. Мы можем взять дополнительно больше горючего, пайков, снаряжения.
– Первая экспедиция не будет долгой, – напомнил Черноскутов. – Только определить ситуацию за Аркой.
– Долгой, недолгой, – с нажимом сказал майор, – но чем больше будет у нас запас хода, тем лучше. Ведь мало ли, с чем мы там встретимся?
– Слушайте, – подал голос внимательно слушавший до сих пор Семён Ефимович, – слушайте, граждане, я вот и сам только-только подумал: а если там вообще атмосфера негодна для дыхания? Ядовитая или просто нет кислорода? Как тогда?
Все переглянулись. Потом Домашников сказал:
– Я думаю, что вряд ли. Кто бы ни создал всё это – Арки, Зоны наши и так далее – бессмысленно соединять миры, существа одного из которых будут при Переходах в другой сразу погибать от удушья или отравления. Думаю, тут есть какое-то соответствие – зачем тогда Переходы вообще?!