Борис Долинго – Чужие игры (страница 91)
– Упс! – Старшина, налетев на него, вскинул деструктор. – Что там?
Впереди заняли позиции более десяти гвардейцев, и половина из них целила в беглецов как раз из таких же «пищалей», какую только что раздобыл Валентин.
– Не стрелять! – приказал капитан. – Дернемся – от нас мокрого места не останется.
Сзади них послышался топот и голоса – беглецов взяли в «клещи».
– Туман! – Капитан попробовал вызывать Юстанну. – Туман!
– Земляне! Сдавайтесь! – прозвучало вперёди. – Оружие на пол, руки за голову!
– Туман, ответь!
Валентин забеспокоился – тарланка молчала.
– Отпустите девушку, и вам ничего не сделают!
– Ага, – мрачно проговорил Шорин, – мы вас не больно зарежем – чик-чик…
– Если через полминуты не сдадитесь, мы откроем огонь!
– Боже, боже, я же не думала, что это всё закончится этим! – чуть не плакала Кин. – Я не знала…
– Поздравляю, мы в полной жопе, – констатировал старшина.
– Земляне, отсчёт пошёл!
– Туман, хрен тебе в глотку, где ты?!
– Да здесь я, здесь, чего ты орёшь? – неожиданно отозвалась у него в шлеме Юстанна. – Проблемы у меня, понимаешь? Отвянь на время! Конец связи.
Валентину оставалось только выругаться.
– Итак? – тихо осведомился Шорин. – Наши действия?
Валентин посмотрел на него и пожал плечами.
– У гвардейцев индукторы, их много. У нас нет шансов, – удрученно сказал он. – А смысла в скорой смерти не будет никакого, поэтому я предлагаю сдаться. А там будь, что будет.
Капитан поднял вверх свободную руку.
– Мы сдаёмся! – крикнул он. – Надеемся на ваше благородство!
Шорин фыркнул.
– Отлично! – прокричали со стороны гвардейцев. – А теперь…
Тарланин вдруг замолчал на полуслове, и в рядах инопланетян началось замешательство.
– Что происходит? – старшина, уже наклонившийся, чтобы положить оружие, замер.
– Ничего не понял, – покачал головой Валентин.
В воздухе возник какой-то гул, пол вздрогнул и вдруг начал прогибаться.
– О, черт, этого ещё не хватало! – завопил Николай.
Валентин почувствовал, как ноги погружаются в глубь перекрытия – сначала по щиколотку, а потом он провалился до половины икр. Впечатление создавалось такое, словно он пытался стоять в плохо натянутом гамаке.
– Кин, что это? – заворчал Шорин. – Что за штучки?..
Он не удержался и упал на бок, чуть не нырнув под кровожадно-податливую поверхность полностью.
Остапенко лихорадочно пытался угадать, в чём причина непонятных метаморфоз. Возможно, это подоспели на помощь Юстанна и сам Авван? Хотя нет, Кин сказала, что Авван – это не Авван, а Янж. Балансируя руками, чтобы не упасть, он пытался выбраться из необычной трясины, уже захватившей его по колени, и крикнул девушке вопрос.
Кинату саму уже засосало до пояса – Валентин протянул ей руку, пытаясь помочь. Тарланка, судорожно цепляясь за ладонь землянина, прокричала, что и сама совершенно не понимает, что случилось.
Вдвоём они, казалось, начали погружаться в пол, ставший мягким, как масло, ещё быстрее. Валентин прилагал неимоверные усилия, чтобы в это ужасное болото не уйти с головой.
– Коля, как ты? – крикнул он.
– Угадай с трёх раз… – Старшина кое-как выпрямился, хотя теперь оказался погребенным по грудь. – Ха, Бендер, а у них дела-то не лучше нашего!..
Капитан посмотрел в сторону гвардейцев, которых постигла та же самая участь. Ряды их рассыпались, оружие у многих упало, и на диверсантов никто уже не обращал внимания. Никого, полностью стоящего на полу, видно не было, и барахтающиеся торсы со стороны выглядели даже смешно. «Куда мы провалимся? – с тревогой подумал Валентин. – На нижний этаж? Или ещё куда?..»
В эту секунду здание качнулось, и вся часть коридора с гвардейцами, прогнувшись, ухнула вниз. Кин завизжала.
– Спокойно! – крикнул Валентин. – Не дёргаемся, пытаемся медленно вылезти. Побольше опоры, используем оружие. Шире локти, без рывков! Представьте, что провалились под лёд…
– Я не чувствую своих ног! – в страхе сообщил Шорин.
– Ну вот и не дёргайся!
Внешняя стена Храма принялась прогибаться наружу, и пол накренился к ней под значительным углом. Затем конструкция в нескольких местах лопнула, и в зияющих трещинах люди увидели небо и облака. Словно трап, прогибаясь, «пластилиновая» стена плюхнулась на внешнюю сторону, образуя своего рода горку. Пол, в котором застряли диверсанты, потянулся за ней.
– Ещё не всё потеряно! – приободрился Валентин.
Перекрытия храма вытягивались словно резиновые – всё крыло здания, поскрипывая и постанывая, медленно поехало, оседая на землю. Капитан прикинул шансы на спасение – не так уж и плохо. Упасть в костюме не страшно (Авван рассказывал, что УЗК компенсирует удары от падения с приличной высоты), а вот если их завалит странно оплывающим Храмом, то кто его знает, что будет – сгорел же в пожаре Сагдан!
Сейчас перед ними, почти касаясь земли, распластался лоскут стены, по которому можно попробовать съехать вниз. Оставалось лишь выбраться из тисков пленившего их пола, и путь к свободе открыт.
Тем временем начал прогибаться и потолок, грозя рухнуть вниз.
– Выбираемся, скорее! – приказал Валентин. – Нам нужно скатиться туда, вниз по наклонной плоскости!
– Я не смогу! – в отчаянии закричала Кин. – Мне не выбраться!..
Валентин знал, что такое паника. Слишком хорошо знал. Как правило, в подобной ситуации сюсюканье никогда не приводило к желаемым результатам, скорее, наоборот, способствовало гибели.
– Чепуха! – рявкнул он. – Ты или выберешься отсюда, или останешься навечно погребенной, чёрт возьми. Давай же!
Девушка смолкла, замерла и начала, сосредоточенно пыхтя, продвигаться к проёму. Валентин, стараясь не провалиться вниз полностью, помогал ей. Шорин также принялся методично выковыривать себя из пола.
Откуда-то с верхнего этажа, размахивая руками и вопя, упал гвардеец – в нескольких метрах от капитана он пробил в полу дыру и исчез этажом ниже. Стараясь не обращать на это происшествие внимания, люди всё-таки выбрались на поверхность перекрытия и оказались на верхушке горки, образованной отслоившейся стеной.
– Спускаемся по очереди! – предупредил Валентин.
Первым скатился старшина. Неуклюже балансируя и забавно подпрыгивая на неровностях, он съехал на заднице вниз, чуть не свалившись с рваного края бывшей стены.
– Нормально! – закричал Николай снизу. – Есть мягкая посадка!
– Теперь ты! – Капитан сжал руку Кин.
Кин несмело уселась на горку и посмотрела на Валентина.
– Ты поймёшь меня правильно? – упавшим голосом спросила она.
– О чём ты?
– О том, что я привела сюда людей Тигурда… Но я хотела как лучше! Тигурд тоже хотел как лучше. Не знаю, что там раньше было, а сейчас он точно хочет как лучше.
– Ладно, поговорим потом! Скорее!
Где-то над их головами громко хлопнуло, затрещало, и вниз, совсем рядом, упал балкон, расплескавшись на земле, словно подтаявшее мороженое. Кин испуганно пискнула и покатилась по наклонной плоскости. Шорин поймал её и махнул Валентину, с тревогой показав вверх, – Храм клонился всё больше и больше. Горка тоже начала деформироваться – на ней теперь вздувались большие пузыри, а поверхность шевелилась словно живая. Стоял постоянный треск, писк и скрежет.
Положение становилось критическим. Остапенко поправил оружие, сгруппировался и кинулся вниз. Удачно миновав опасный съезд со стены вбок и первый колышущийся пузырь, Валентин, тем не менее, налетел на второй, пробил его и… с утробным хлюпаньем провалился, упав на землю почти с четырехметровой высоты. Бронекостюм защитным полем смягчил падение, и капитан даже не ушибся.
– А вот и он, – прорычал кто-то рядом. – Вставай, мразь!