Борис Долинго – Чужие игры (страница 31)
Но вдруг инопланетянин, не дожидаясь землян, резко повернулся и заскочил во второй гравилёт. Через секунду летающая тарелка взмыла в воздух и, быстро удаляясь, исчезла. Валентин на секунду опешил: если здесь, в мире маратов, строение Зоны было аналогичным земному, то Граница и здесь простиралась вверху на высоте примерно 500 метров над поверхностью. Это означало, что «тарелка» скрылась отсюда через некий упомянутый Авваном Шунт, ведь иначе она никуда не могла деться!
Остапенко обежал гравилёт Аввана. Никого! Только цепочка следов, но по ним ничего понять было нельзя.
– Ни черта не понимаю! – обескураженно пробормотал Шорин, который встретил Валентина по другую сторону «тарелки». – Где Авван? И почему этот второй так неожиданно улетел?
Остапенко шумно выдохнул и помотал головой.
– Меня от подобных загадок уже начинает тошнить, если честно, – сказал он, разводя руками. – Смотри, люк открыт, а когда мы вышли, Авван его закрывал…
– Так он там, внутри, – с облегчением улыбнулся Николай. – Эй, Авван! Ты здесь?!
Остапенко предостерегающе поднёс палец к губам.
– Подожди-ка. – Капитан вскарабкался на корпус и, выставив перед собой деструктор, прыгнул внутрь аппарата. – Этого только нам не хватало, – обречённо произнес он через несколько секунд. – Иди сюда!
Шорин с шумом ввалился в пассажирский отсек гравилёта.
– Пожалте, панове. – Остапенко показал подбородком на одно из кресел. На нём, свесившись набок, сидел пришелец – по его позе сразу же становилось понятно, что это труп, хотя крови нигде видно не было.
Остапенко секунду колебался, а потом откинул щиток шлема. Инопланетянин выглядел обычным человеком, которому с силой ударили чем-то по лицу – оно выглядело одним сплошным синяком. Как можно
– Ну и ну! – пробормотал Шорин. – Чем это его так? Это Авван?
Капитан раздражённо фыркнул:
– Я его в лицо не знаю, как и ты! Но, думаю, это не он. Вот, почитай, рядом лежало! – Валентин подал старшине небольшую гибкую пластинку.
– Гм… – Николай осторожно взял предмет двумя пальцами. – Что характерно, по-нашему написано!
Надпись на пластинке гласила: «Непредвиденное обстоятельство теперь устранено. Всё идёт по старому плану – вторая часть вашего задания на планете баори должна быть выполнена. Немедленно улетайте на оставшемся гравилёте к арке, ведущей на планету баори. Я настроил автопилот, и вам нужно только нажать белую кнопку на пульте. Немедленно улетайте, так как скоро включится активатор на объекте № 47 и вы можете погибнуть.
Труп, что вы видите, – это агент Цансиина. Сбросьте тело в озеро, но ни в коем случае не тащите труп по земле, а выкиньте из гравилёта, когда будете пролетать над водой (чтобы остановиться, ещё раз нажмите белую кнопку). Люки открываются и закрываются голубой кнопкой. Гравилёт оставьте в мире маратов, у арки. Я пока покидаю вас – нужно срочно ретироваться. До встречи. Авван».
– Ничего не понимаю… – растерянно протянул Николай.
Валентин скривился и выругался.
– А я, что ли, понимаю! Но делать нечего, полетели, – сказал он и пролез через перегородку на водительское место. – Где тут что? Ага, всё просто вроде. Значит, белая клавиша, говоришь?..
Гравилёт вздрогнул, как был с открытым люком, приподнялся в воздух и медленно заскользил по направлению к озеру. Шорин судорожно вцепился в подлокотники кресла, кривясь и разглядывая распростёртое рядом с ним тело. Когда аппарат завис над водой, Остапенко обернулся к Николаю.
– Давай, скидывай его. Одолеешь?
– Мне, как всегда – самую пыльную работу, – мрачно пошутил старшина и, пыхтя, вытащил труп из кабины на горизонтальную плоскость тарелки. – Эх, была ни была, прощай!.. – Он толкнул убитого, и тело, кувыркаясь в воздухе, с шумным всплеском упало в воду.
Остапенко испытывал опасение, что труп всплывет, но этого не произошло. Шорин с перекошенным лицом перелез в водительский отсек и уселся рядом с капитаном.
Только тут Остапенко спохватился, что стоило обыскать карманы убитого, но теперь уже ничего поделать было нельзя. Почему это никому из них не пришло в голову, Валентин представить не мог – трупов они за годы, проведённые в Зоне, насмотрелись достаточно. Возможно, это был необычный труп – на другой планете, и совершенно похожий на человека, да ещё и появившийся при таких странных обстоятельствах.
На всякий случай капитан решил сохранить пластинку с надписью – мало ли что, где и как она могла бы пригодится как некое свидетельство того, что указания они получали от Аввана, а не действовали по собственной инициативе. Однако, взглянув на кусочек твёрдого материала, который он по-прежнему держал в руке, Валентин увидел, что надпись на нем пропала.
– Понятное дело, – отреагировал Шорин. – Основательный парень, улик не оставляет!
Гравилёт двигался по заданному маршруту. Остапенко не сразу узнал местность «под крылом» – сейчас тумана стало заметно меньше. Машина, нырнув, снизилась и зависла в полуметре над большой кочкой, на которую когда-то вылезал старшина у той самой арки, с которой и начались злоключения в мире маратов.
– Ну, пора выходить, – сказал капитан, открывая люк. – Хорошенького понемножку, покатались – и будя. А то скоро уже наш активатор, кажется, сработает…
По лицу Шорина было видно, что он о чём-то напряжённо думает. Николай облизнул губы и поинтересовался, что его напарник и командир собирается делать с «тарелкой». Остепенко немного удивился – ведь у них есть чёткое указание оставить её здесь, у арки.
На это Шорин возразил, что почему, мол, они всегда должны слепо следовать указаниям непонятного Аввана? «Тарелка» – штука мощная, она и им может вполне пригодиться. Мало ли чего может не учесть Авван – он же не предвидел встречу с этим агентом из Комитета, может и чего-то ещё не учесть. А к чему им рисковать? Ведь чем лучше они оснащены, тем больше шансов остаться живыми.!
Остепенко нечего было возразить – он даже внутренне несколько смутился, что подобная мысль пришла не ему, а менее продвинутому во всех технических и «политических» вопросах напарнику. Машинально он возразил, что они не умеют управлять инопланетной машиной.
Шорин, проявивший вдруг не вполне ожидаемую активность, устыдил Валентина тем, что тот – инженер, и просто обязан разобратьа в управлении агрегатом, где кнопок и рычагов меньше, чем в УАЗике.
Остапенко задумался. С одной стороны, ему не хотелось идти на конфликт и нарушать распоряжения Аввана, а с другой – только тупой упрямец не признал бы, что в словах старшины есть огромный резон. Доверять же Аввану настолько, что слепо исполнять его любые распоряжения, вряд ли стоило – их наниматель действительно мог просто чего-то не учесть. Да и проход арки даже на глаз легко позволял пролететь в него гравилёту.
Единственное сомнение у капитана вызывало то, что пока незнакомые им баори на той стороне не ждут появления пришельцев на странной машине, и это может вызвать непредвиденные проблемы. Кроме того, он продолжал сомневаться, что сможет быстро научиться хорошо владеть сложной инопланетной техникой.
Пока он излагал свои сомнения, откуда-то донёсся глухой рокот и шум.
– Что это? – напрягся Шорин.
– Похоже на…
– Водопад!
– Опять?! Откуда здесь взяться водопаду? – удивился Валентин, но сходство всё усиливающегося звука его поразило.
– Бендер! – взвизгнул Шорин. – Это же дамба накрылась!!!
Капитан пораженно уставился на холм, от которого отлетали остатки тумана. Через вершину перевалила гигантская волна, позолоченная лучами в кои-то веков пробившегося сквозь облака солнца, и с шумом рухнула вниз.
– Ёпс… – Шорин нервно сжал в руках деструктор.
Вода прибывала отовсюду. Гигантские пальмо-ели вырывало с корнями, и они, кружась, неслись вперед подобно диковинному заграждению.
Стало ясно, что активатор, сброшенный в колодец на плотине, не что иное, как банальная бомба. Теперь дамба взорвана, а за ней – громадная масса воды, которая сейчас ринулась в долину реки.
Времени на размышления не оставалось. Валентин захлопнул люк и потянул на себя «джойстик» управления. Сделал он это, видимо, слишком резко – гравилёт встал на дыбы и рванул вверх. Шорин ойкнул, прикусив язык, а Остапенко выругался.
Кое-как выровняв аппарат, капитан пошёл на снижение. Он быстро понял, как регулируется скорость, и немного успокоился. Теперь следовало ввести машину в арку.
Вокруг неё уже кипели сумасшедшие буруны. Сзади с холма нёсся вал воды, смотровой экран постоянно заливало, но аппаратом управлял не только человек, но и автоматика. Словно поняв, что от него хотят, бортовой компьютер, если он тут так назывался, направил машину точно к цели.
Стена воды высотой в несколько метров достигла аппарата и полностью накрыла его. Автоматика, судя по всему, уже включила какую-то систему стабилизации, так что водяной удар лишь чуть заметно качнул машину. На центральном экране чётко обозначились близлежащие объекты, и Остапенко понял, что компьютер автоматически сменил спектр приёма обзорных видеокамер.
Неожиданно приятный женский голос из скрытых динамиков произнёс какую-то фразу.
– Чего? – едва успел раскрыть рот Шорин.
– Точка перехода пройдена, – перевёл транслятор в шлеме Валентина, сидевшего на месте пилота.