Борис Батыршин – Точка Лагранжа (страница 17)

— …вспомним хронологию событий последних дней. — говорил диктор. За его спиной на составленном из маленьких лампочек, табло светилась надпись: «Экстренный выпуск».

— …тридцать девять часов назад корабли международной миссии «Лунный город» с интервалом в полтора часа опустились на поверхность Луны. Первым прилунилась «Селена-5» с космонавтами Сергеем Анохиным, Геннадием Долгополовым, Владимиром Бугровым и Никитой Бабенко. Американский «Аполлон-22» совершил посадку в полукилометре от советского лунного модуля; на его борту прибыли астронавты Джереми Гибсон, Джордж Гаретт, Майкл Стражински, и француз Поль Опиньяк. Следует особо отметить, что Анохин уже побывал на Луне, тогда как все остальные участники миссии «Лунный город» оказались на спутнике Земли впервые…

— Что-то случилось? — шёпотом спросил Юрка-Кащей у стоящего рядом парня из группы «5-А». Голос диктора был не торжественным, как это полагалось бы в подобном случае, а… трагическим, что ли?

— На Луне погибли два космонавта. — шёпотом ответил тот. — Десять минут назад было сообщение ТАСС, а сейчас вот передают подробности.

— …произведена первичная разведка местности. — продолжал вещать диктор. — Сперва пешком, а потом на выгруженном с американского посадочного модуля электрокаре — космонавты, как известно, называют его «лунное багги». Пока Анохин и Стражински объезжали на лунном багги окрестности, остальные начали разметку площадки под будущий базовый лагерь, а так же выгрузку оборудования для его установки…

— А кто именно погиб? — прошептала «Юлька», услышавшая короткий диалог ребят.

— Не знаю. — парень из «4-А» пожал плечами. — Не говорили ещё. Да вы слушайте, сейчас, наверное, скажут…

— …после четырёхчасового отдыха, согласно графика миссии, была начата сборка «лунного купола». Работы заняли около двенадцати часов, с перерывами на приём пищи и отдых, после чего группа под руководством Сергея Анохина — напомним, он является начальником экспедиции — занялась подключением оборудования купола, а Стражински, Бабенко и Опиньяк отправились на лунном багги к северо-восточной стене кратера, чтобы произвести геодезическую съёмку местности. Дело в том, что предыдущая экспедиция, обследовавшая кратер, обнаружила там большую каверну, а так же следы водяного льда. Бабенко и Опиньяк стали устанавливать приборы, в то время, как Стражински занялся проверкой состояния батарей лунного багги. Для этого ему пришлось повернуться спиной к своим спутникам, которые, таким образом, оказались вне поля его зрения. И как раз в этот момент сейсмодатчики, установленные в базовом лагере зафиксировали признаки тектонической активности. Напомним наши зрителям, что большинство учёных полагают, что тектонические процессы на спутнике нашей планеты прекратились несколько миллионов лет назад, поэтому ничего подобного космонавты не ожидали…

— Раз не ожидали — зачем тогда датчики поставили? — прошипел Середа. Юрка-Кащей пожал плечами.

— Может, собирались вести сейсморазведку? Я читал, что есть такой метод — бурят шурф, закладывают туда заряд взрывчатки и производят взрыв. Волны сотрясений от него распространяются в породе, и по тому, как они поражаются от всяких там уплотнений или, наоборот, пустот, можно составить геологическую карту. А датчики — они как раз эти волны и фиксируют…

— …вблизи сотрясения грунта были настолько сильными, что Стражински почувствовал их через подошвы своего скафандра. Он обернулся, и увидел, что место, где работали Бабенко и Опиньяк, затянуто клубами пыли, и это облако растёт, быстро приближаясь к нему самому. В такой обстановке Стражински принял единственно верное решение: включил двигатели лунного багги и покинул место происшествия так быстро, как только смог. При этом он вызывал как своих спутников, так и базовый лагерь, но ответа не было…

— Сбежал, значит? — презрительно фыркнул Юрка. — Струсил, бросил товарищей?

— Думай, что говоришь-то! — парень из «4-А» скривился. — Струсил… У них каждый шаг расписан, наверняка, и на такой случай тоже есть инструкции.

— Американец всё правильно сделал. — вмешалась «Юлька. — Помнишь, нам говорили на лекции: лунная пыль блокирует радиоволны, потому что в ней полно окислов железа, да и электрооборудование лунного багги могло пострадать. Вот накрыло бы его облаком — кто бы тогда позвал на помощь?

— …как только Стражински добрался до базового лагеря, были организованы спасательно-розыскные мероприятия, которые увы, не дали результата. Удалось лишь установить, что участок, где работали Бабенко и Опиньяк, накрыло оползнем, и масштабы его таковы, что произвести раскопки имеющимися у экспедиции средствами не представляется возможным. При проведении работ серьёзную травму получил командир американского экипажа астронавт Джереми Гибсон. Острый камень разорвал его скафандр, но благодаря своевременно принятым мерам Гибсон был эвакуирован в «лунный купол», где ему в настоящее время оказывается медицинская помощь. Особо следует отметить, что и пострадавший, и штатный врач миссии «Лунный город», Джордж Гаретт находятся в куполе без скафандров, став, таким образом, первыми людьми, работающими в специально возведённом для людей лунном строении без дополнительных средств защиты…

— Я видел Никиту Бабенко. — прошептал парень из «4-А». Наш куратор его как-то приводил, ещё когда мы только сюда приехали и начали заниматься. Они вместе учились и дружили с первого курса. Бабенко — он из нового набора в лунный отряд, тоже проходил здесь подготовку и должен был стать одним из первых обитателей лунного поселения.

-…к сожалению, из-за проблем со связью мы пока не получили с Луны кадры спасательных работ. Представители Центра Управления полётами, откуда осуществляется общее руководство экспедицией, сообщил, что трудности связаны с режимом прохождения радиоволн. При первой же возможности, мы пустим в эфир видеозаписи…

— Наш Дима тоже мог знать погибшего космонавта. — сказала «Юлька». — Надо его расспросить сегодня перед ужином, когда будем обсуждать итоги дня. Может, расскажет что-нибудь, что не попало в новости?

— …поиск тел погибших станет задачей следующих лунных экспедиций. — теперь голос диктора звучал траурно-торжественно. — Мы же навсегда сохраним в памяти имена отважных сынов Земли, пополнивших список погибших за пределами родной планеты. И, можно не сомневаться: несмотря на все трудности и понесённые жертвы, мы, человечество, раз обосновавшись на поверхности Луны уже не уйдёт оттуда!..

Евгений Петрович (Дима про себя уже не называл его иначе, как И.О.О.) нажал кнопку на портативном переносном пульте, и изображение на экране замерло. Как это нередко бывает, в статичном варианте качество телевизионной картинки оказалось ещё ниже, и из деталей Дима различал только половину окружности, выделяющейся на фоне более тёмной породы, из которой состояли склоны кратера. Сбоку всё тонуло в непроглядной тьме — та самая каверна, где нашли водяной лёд, подумал он. Так или иначе, а забираться туда придётся — сама идея долговременного существования «лунного купола» как раз и основана на этих обнаруженных запасах воды. Без них слишком много придётся возить с Земли — и хотя теперь, с запуском в эксплуатацию «космических батутов» второго поколения делать это стало легче, всё равно на таких поставках ни о каком развитии и расширении базы нечего и думать. И ведь вода есть, она совсем близко, рукой подать — но, вот беда, чтобы добраться до неё, надо пройти мимо чёртова артефакта…

— Можно переключить на запись с камеры, установленной на лунном багги? — попросил Геннадий Борисович. И.О.О. кивнул и что-то сделал со своим пультом. Картинка на экране сменилась: теперь она показывала склон кратера, засыпанный камнями, пересекающие его следы колёс и застывшую в кадре руку астронавта со смазанным американским флажком на рукаве.

— Майкл Стражински. — прокомментировал Евгений Петрович. — когда бабенко и Опиньяк стали расставлять возле «обруча» камеры — собственно, это и было главной целью вылазки — он стал освобождать от крепёжных талей блок аккумуляторных батарей, которые предполагалось оставить там, чтобы запитывать с них и камеры и прочее оборудование. А дальше… да вот, сами смотрите…

Рука рывком сместилась — изображение было скверным. Потом она снова возникла, и Дима различил стропу, зажатую в толстых пальцах перчатки скафандра. На конце стропы висел массивный карабин с защёлкой.

— Вот, сейчас… — сказал И.О.О.

Рука со стропой немного сместилась, открывая угол багажника лунного багги, но тут изображение на неуловимый миг ярко вспыхнуло — и исчезло, сменившись каскадом помех.

— Это, собственно, всё. — Евгений Петрович отложил пульт. — Трансляция шла по радиочастотному каналу в купол, поэтому мы и имеем эти записи. То, что было на магнитной плёнке устройства, смонтированного на лунном багги — видеозаписи, данные телеметрии, всё вообще — уничтожено мощным электромагнитным импульсом. Он был такой силы, что его зафиксировали даже на орбите — орбитальный модуль «Аполлона-22» как раз пролетал над районом прилунения, и датчики были нацелены на кратер.

— А как аппаратура в куполе и посадочных модулях? — негромко осведомился инженер.