Борис Антонов – Миллион долларов, или Особенности национальной свободы (страница 25)

– Уговор дороже денег. – тоже улыбнулся Валентин, мысленно уже сидя за рулем своего автомобиля.

Допив кофе, и рассчитавшись по счету компаньоны, просидев в кафе еще минут сорок, направились на рынок, дожимать продавца «девятки».

– Косарь, давай. – потребовал Марат деньги, когда они перешли улицу. Валентин отсчитав тысячу долларов, протянул ее торгашу.

– Больше ни копейки сверху не дам. – предупредил он татарина на всякий случай.

– Больше и не надо. – рассмеялся Марат. – Остальное вечером в кабаке истратишь, когда душу мою израненную лечить будешь.

– Иди, уже! – подогнал татарина Вадик. – Все бы тебе о водке и бабах. Время уже много, еще оформлять и домой ехать, давай быстрее.

– Есть мой генерал! – приложив руку к виску, про скоморошничал Марат, и повернувшись кругом, произнес. – За мной! Смотрите и запоминайте! Один раз показываю, как полторы тысячи за день заработать.

Машин на рынке, за время отсутствия друзей заметно поубавилось. Заветная же «девятка» стояла на своем месте, листочка с ценой на лобовом стекле не было, а ее продавец ковырялся в багажнике, выкладывая на асфальт какие- то вещи, судя по всему не входящие в стоимость автомобиля.

– Запаску с болонником, оставь! – делая вид что запыхался, подбежал к нему Марат.

– Да, я так. – выпрямляясь, улыбнулся продавец. – Порядок маленько, навести хотел.

– Сам наведу! – хозяйским тоном, произнес татарин. – Пошли оформляться! А, то закроют скоро.

– Так. – хотел, что-то сказать продавец, но Марат перебил его поторапливая.

– Пошли, пошли, а то не успеем, где тогда справку счет выписывать будем! Потом вещи свои заберешь, закрывай машину, и бегом. – развернулся он, направляясь к вагончику, в котором, выписывали договора купли-продажи.

Мужик, хлопнув багажником, засеменил следом за торопливым покупателем.

– Знакомьтесь, Валя. – представил Матвеева Марат, продавцу.

– Игорь. – настороженно протянул руку, мужчина.

– Это он мне денег на тачку добавил. – достал, перекладывая из одного кармана в другой доллары, не навязчиво показал их будущей жертве обмана, татарин. – Поэтому оформлять на него будем, пока я не рассчитаюсь, он вроде как хозяин.

– Валентин. – пожал руку продавцу, Матвеев.

– Паспорта! – не давая опомниться, приказал Марат обоим. – Пошли! – кивнул он головой на двери вагончика.

В маленьком и тесном помещении на половину перегороженном стойкой, за которой сидели молодые парни, было тесно и душно.

– Крайний кто? – с порога поинтересовался татарин, у всех сразу.

– Я. – поднял вверх руку парень, стоявший в очереди, ближе всех к дверям.

– Мы за тобой будем. – поставил его за чем-то в известность Марат.

– Сколько в справке счет писать будем? – повернулся татарин, к Игорю.

– А, сколько надо? – судя по всему, не искушенный, в тонкостях оформления документов, спросил его продавец «девятки».

– Чем меньше, тем лучше. – простодушно и обаятельно, улыбнулся в ответ Марат. – Обычно пишут сто рублей.

– А, это зачем? – нахмурил брови продавец, пытаясь сообразить, чем такая смешная сумма в справке-счет, может быть ему чревата.

– Что бы комиссию не платить. – разъяснил ему татарин.

– Тогда конечно пишем по минимуму – не желая ни с кем делиться своими деньгами, торопливо согласился Игорь.

– Ну и хорошо. – привстав на носочках, пытаясь разглядеть по верх голов, сколько перед ними народу, ответил Марат. – С полчаса не меньше. – вздохнул он, пересчитав людей в очереди. – Валя! Можешь пока на улице покурить, мы тебя позовем, когда надо будет. Тут и так дышать не чем. – повернулся он к компаньону, едва заметно подмигнув ему, «мол, не мешай мне работать». – Хорошо. – кивнул Матвеев, и вышел на улицу.

– Ну? – спросил его куривший у входа в вагончик Вадим.

– Очередь. – спокойно ответил Валя, спускаясь по хлипким ступеням. – Марат сказал не мешать. – улыбнулся он, прикуривая. – Отрабатывает ресторан.

– Не все ему бухать. – деловито заметил Серебряков. – Нужно иногда и потрудиться.

Через двадцать минут, высунувшийся из дверей Игорь, позвал Матвеева во внутрь. Людей в вагончике, практически не осталось, лишь за стойкой, перед которой на стуле сидел Игорь, было два парня, выписывающих договора и справки.

– Где тебя черти носят? – встретил Матвеева, недовольным вопросом Марат. – Ребята домой торопятся! Давай подходи, расписывайся! – деловито, распорядился он.

Пропустив мимо слова татарина, Валентин внимательно прочитал вписанные от руки в ПТС, свои данные, убедившись, что все правильно, он аккуратно поставил свою подпись в указанных оформителем местах на документах.

– Вот и славненько! – хлопнул в ладоши, Марат. – Спасибо! – по очереди пожал он руки парням за стойкой. – Валя, ты с ребятами рассчитайся, а мы пойдем в машину деньги считать. – увлекая за собой Игоря, снова скомандовал он.

Отсчитав рублями названую сумму, Матвеев поблагодарив молодых людей, вышел следом. Вадик ждал его возле лестницы.

– Пошли! – радостно пригласил его Валентин приглашая пройти к уже своей машине.

– Я бы так не торопился. – глядя в сторону «девятки», с опаской ответил тот. – Самое интересное начинается. Похоже, Марату сейчас морду бить будут.

Валентин посмотрел на автомобиль, в салоне которого, судя по активной жестикуляции руками, сильно расстроенный Игорь, что-то кричал татарину. Марат же в свою очередь, не менее активно махая руками в ответ эмоционально отвечал.

– Тем более пошли. – спустился со ступенек Валя. – Деньги то я отдал. Не хватало, что бы сейчас этот хмырь с моими бабками уехал.

Когда до машины осталось пару метров, водительская дверь «девятки» распахнулась, и ее бывший владелец выскочил на улицу. – Пошел на хуй! – громко крикнул он в салон Марату, захлопывая дверь.

– Поаккуратнее, любезный! – предупредил его Вадик.

– И ты тоже пошел на хуй! – резко обернулся Игорь. – Пошли Вы все, на хуй! – плюнул он под ноги Валентину с Вадиком, и быстрым шагом направился к выходу с рынка.

– Куда это он? – переживая за свои деньги и машину одновременно, насторожено спросил Матвеев, подошедшего и улыбающегося Марата.

– Домой. – спокойно ответил татарин, щелкая пальцами намекая, что ему нужна сигарета.

– А, машина? – доставая из кармана пачку, спросил Валя.

– Машина твоя, деньги его, ресторан мой. – констатировал Марат, прикуривая. – Все честно, как и договаривались. Расстроился он не много. – кивнул татарин головой в сторону ушедшего Игоря. – а не чего было жлобить. Семь тысяч, за ведро с болтами. Пусть теперь знает, главный человеческий порок – это жадность. – задрав подбородок, высоко в небо выдохнул он сигаретный дым. – Все людские проблемы от жадности. – тоном проповедника изрек татарин. – Не заломил бы он такую цену, сейчас бы довольный домой пошел. А, так получается, сам себя расстроил. Честную цену за свою машину получил, а думает, что его обманули. – снова затянулся Марат сигаретой. – Пять тысяч за такую машину это потолок, до которого он от счастья подпрыгивать должен. Он что думал? Тут все лохи сказочные?

– Сколько? – вытянул лицо в удивлении Валентин.

– Пять тысяч. – повторил Марат. – На кстати. – вытащил он из кармана пятьсот долларов. – Сдача.

– С ума сошел? – он сейчас в милицию ломанется, заявление писать, что его обманули. – не притрагиваясь к деньгам, заволновался Валя.

– Успокойся! – улыбнулся в ответ татарин. – Не побежит. – уверено произнес он. – В первых ментам, что больше заняться не чем, кроме как за барыгами вписываться. А, во-вторых, все честно. Договор купли продажи он сам подписывал, никто его за яйца не держал. Забей, главное машина твоя.

– Может, поедем уже? – перебил компаньонов Вадик. – Что стоять то?

– Поехали. – поддержал его Марат. – Только через магазин, праздник начинается. – предупредил он Матвеева. – Эх, погуляю сегодня!

– Молодец твой татарин! – дослушав повествование Валентина, ни разу не перебив, сказал Димон, вставая. – Лохов, жадин и барыг, учить надо. – громогласно рыгнул Белов пивом. – Пошли, погреемся. – позвал он друзей в парилку.

Помывочное отделение сауны, в которое из стола перешли кремлевцы, было просторным и светлым помещением, до самого потолка отделанное белой кафельной плиткой, с огромным бассейном по центру зала.

– Ты с нами? – равнодушно спросил Белов, плавающую в нем абсолютно голую Карину.

– Я, уже. – нисколько не смутившись своей наготы, спокойно ответила девушка. – Может быть позже.

– Ну как знаешь! – заржал Димон. – А, то пойдем я тебя веничком по попе похлопаю.

– Успеешь еще. – улыбнулась в ответ Карина.

– Прошу! – церемониально открыл перед друзьями дверь парной Белов. – Не банька, а мечта, пар легкий!

Матвеев первым прошел внутрь, и сразу бросил взгляд, на градусник, висевший на стене. – «Не фига себе» – подумал он, увидев, что стрелка прибора показывала 89 градусов. – «Не свариться бы».

– Ну, как! – жмурясь от жара, и усаживаясь на полок, улыбнувшись, спросил Димон.

– Тепло. – выдохнул горячий воздух Матвеев, неожиданно почувствовав, что ему стало очень хорошо и уютно, от этого жара сауны и компании своих армейских друзей. Только теперь, оказавшись голым, на лавке сауны, он понял, что последние полтора года, провел практически в одиночестве, находясь, большую часть времени за рулем очередной машины, наматывая на одометре тысячи километров монотонных и молчаливых путешествий. Нельзя сказать, что это сильно тяготило его. Наоборот, первое время, вынужденной изоляции, даже радовало Валентина, который глядя на полотно дороги, много думал и размышлял о своих планах и делах, зачастую находя при этом ответы на сложные вопросы своего бизнеса и жизненных ситуаций. Но сейчас, сидя на одной полке с друзьями, и глядя через большое во всю стену окно сауны, на красивое голое тело Карины, Матвеев отчетливо осознал, что его, пусть и сытая жизнь, проходит как бы мимо, оставляя на обочине трассы, простое дружеское общение и теплоту любви близких. Мотаясь по стране, он совершенно не находил время, чтобы просто так поговорить с родителями, или навестить друзей. Все его мысли были посвящены только, продаже паленой водки, или перегоном очередной тачки. В этих заботах о хлебе насущном Валя, общаясь только с теми, на ком можно было заработать, совершенно потерял чувство дружеского локтя, ставя во главу угла только деловые отношения. Пытаясь сейчас вспомнить, когда он вот так, просто никуда не торопясь, лениво и безмятежно отдыхал, Матвеев с удивлением отметил, что подобного не было уже два года. – «Нужно, что-то менять». – вспыхнула яркой лампочкой в голове у Вали мысль. – «Так вся жизнь пройдет, не успеешь оглянуться. Нужно, срочно, что-то придумывать, не всю же жизнь за баранкой на трассе с бандитами и барыгами, торчать».