Богдан Ричи – Почти смертник (страница 12)
Голову бы греть начал. «Глупый мальчишка…» «Разум управляет телом…» «Где в этом логика?» И всё в этом духе.
Ну и плевать. Да, нелогично бороться с Диким один на один в лесу… Но я ведь победил.
Пусть и слегка пострадал.
Хоть собственную Книгу заводи, как у Аскеллов. Первая сага в самом разгаре… Унесла птица, стал Книжником, убил птицу, убил Дикого и триумфально вернулся домой, прихватив его палку-копьё…
Хотя ещё не вернулся. Кто знает, может, ещё подраться придётся…
Когда кончился дождь, я сидел под тем же деревом. Тело востребовало плату за недавние действия.
Рёбра болели, но терпимо. Всё было бы хуже, не виси на спине мешок древних. Он первым принимал удары Дикого, когда я развернулся, чтобы колоть ногу. Разорвались почти все упаковки с едой… Но такую цену за собственное здоровье платить готов.
Труп Дикого не трогал. Зачем бы? Поживиться на нём нечем. Ни карманов, ни имущества, которое в них можно спрятать. Куда он шёл… Почему напал… Кто может понять Диких…
Этот что-то бормотал про мёртвых… Меня скормить им собирался. Можно подумать, мёртвые умеют есть.
Дикие, одно слово.
Но они точно не мутанты… Энергия в них другая. Белая и синяя. Узнал, заглянув в книгу. И если белой перепало примерно, как с птицы оранжевой, то синей совсем-совсем чуть-чуть.
Несмотря на частичную заполненность, поверх всех сфер продолжали светиться нули.
Понятно. Цифры показывают количество
Белая и синяя. Жизнь и разум… Дикий определённо более разумен, чем птица. Вон, даже говорить умел… Означает ли это, что синюю энергию можно добывать, убивая разумных?
А белая? Это жизнь? Она будет падать со всего живого?
Почему с птицы не было? Она же живая, пусть и мутант. С неё точно перепало только оранжевой – развития. Да и разум какой-никакой у неё имелся…
Похоже, разобраться с ходу не выйдет.
А ведь есть ещё два неизвестных типа энергии – чёрное поглощение и фиолетовый баланс.
Одно ясно наверняка – чтобы развиваться, нужно убивать.
Глава 5
Дорога в Ущелье заняла чуть больше времени, чем планировал. Возможно, из-за травмы рёбер, возможно, из-за обстоятельств… Трижды приходилось прятаться от летающих машин Альфы! Трижды! Никогда раньше они не появлялись так часто. Скорее всего, Альфа нашли подземную комнату и теперь летали к ней постоянно…
Жаль. Наши охотники могли бы принести оттуда много полезного…
Ещё раз наткнулся на следы миграции Диких. Более старые. Это заставило гадать над причинами… Почему сразу два племени ушли из обжитой территории? А может, и не два… Может, и больше. Следуют за стадами туров? Вряд ли. От чего-то бегут? От чего?
В памяти всплыли слова умирающего Дикого. Мёртвые…
Ну нет… Бред какой-то.
В итоге в знакомую местность я вышел на третий день пути. Особых неудобств по этому поводу не испытывал. Да и с чего бы? Гулять по горам любил, еды хватало, с водой тоже никаких проблем. Больные рёбра… Первое время использовал копьё Дикого как посох. Потом стало проще. Заживут, рано или поздно.
Скоро вышел в место столкновения с Рики и компанией.
Дом. Он совсем рядом.
Могу ли я называть Ущелье домом? Оно так и не приняло меня. Большинство только обрадуются, если…
Большинство, но не все.
Есть белокурая Амелия со своей улыбкой, от которой, кажется, что таешь внутри. А её звонкий смех… Когда она смеялась, казалось, что сам Воин мне не соперник.
Есть Дарси, которая часто оказывалась рядом и украдкой косилась, думая, что не замечаю. А может, зная, что замечаю…
Есть Лестер, тайно от Фистера научивший мастерить лук. Жаль, до стрельбы дело не дошло… Фистер раскрыл тайну.
Есть Бруна, которая всегда улыбалась и часто угощала хлебом. Просто так. Без обещаний отработать.
В конце концов, есть и сам Фистер – чужак, ставший лидером. Да, он Головогрей. Да, он скрывает от меня правду про появление младенца в лесу и ничего не говорит про родителей. Но всё то, что я знаю о большом мире, я знаю благодаря ему.
Есть и другие. Не все зовут меня Гныем и отворачивают глаза при встрече. И пусть их не так много, но да, я могу называть Ущелье домом. Тихим, скучным домом, где никогда ничего не происходит. Домом, который нужно покинуть, чтобы начать жить по-настоящему.
Размышляя, продолжал шагать вдоль Лиасвы, постукивая копьём Дикого словно посохом. Линия берега шла зигзагами, сыпучие склоны перерастали в отвесные каменные, зажимая реку с двух сторон, но тропа бежала дальше… По большим камням, скатившимся неизвестно когда, по вымытой в склоне нише, сквозь высокую каменную арку, под валуном… и вот там, за поворотом, меня ждало Ущелье.
Я шёл по знакомой дороге, постоянно прислушиваясь. Обычно эхо доносило весёлый детский смех, который долго гулял по теснине, отражаясь от стен. Или споры людей на площади, которые не могли поделить место для ловли рыбы. Но сейчас было тихо.
Интересно почему? Самый разгар дня. Не должно быть так тихо…
Может, тревогу объявили?
Почему я не слышал?
Повинуясь неясному чувству, замедлил шаг и постарался не производить шума.
Скоро стал различать голоса.
– Не. Не верю. Не может так быть. Вот ты бы сам стал сидеть двадцать лет в такой жопе?
– Так в этом и смысл! Не понимаешь? Здесь выбор из двух концов. Или такая жопа, или будь пойман. Другого и не получится.
Остановился.
Кто это говорит?
Осторожно выглянул за изгиб, скрывавший от меня продолжение тропы.
– Да как не получится? Можно к Графу уйти. Он нас не любит, использует любую возможность, чтобы крысу подбросить.
У каменной арки стояли люди. Двое. В чёрной форме. У каждого в руках ружья, которые раньше видел только на картинках в книге Фистера.
Люди Альфы нашли ущелье.
– Ага. Вот Граф прям сидит и ждёт, когда к нему беглый агент явится. Дурак ты, Макс. Там знаешь как всё сложно у них… Можно тысячу лет прожить возле дворца Графа, а его самого так и не увидеть. А другие мигом сдадут… Деньги все любят.
Спрятался обратно. Сердце мгновенно нарастило ритм, по телу прошла волна жара.
– Это ты дурак, Артур. Люди не умеют жить по тысяче лет.
Нет! Спокойно Ан! Разум контролирует тело. Ты не знаешь, что здесь произошло, поэтому нет смысла бежать к ним и тыкать копьём.
– Это фигура речи. Дворцы тоже по тысяче лет не стоят. Доказано постройками древних.
Да. Не знаю. Поэтому нужно это срочно исправить.
Развернулся и пошёл обратно. Голоса превратились в неразборчивый гул.
Эх, мне бы с Фистером сейчас переговорить… Вот кто специалист по Альфе. Что они сделают с Ущельем? Гныев среди нас нет… Если не считать меня. Тут всё понятно. Поймают – убьют. Но что с остальными? Оброком обложат? В рабство уведут?
Стоп!
Фистер ведь беглец… Что будет с ним? Из-за татуировки на шее его не могут не узнать…
А не его ли они там обсуждали?
Не знаю. Надо выяснять.
За следующим поворотом сошёл с тропы и пополз вверх по отвесной стене. К счастью, трещин хватало. Да и навыков тоже. Даже копьё не мешало. Каждый ребёнок в ущелье здесь лазил хотя бы раз в день.
Каменная арка, под которой стояли Альфа, служила идеальным мостом, чтобы перебраться на другую сторону Лиасвы. Но, чтобы выйти на неё, требовалось проползти по узкой расщелине, которую не каждый даже заметит, не то, что внутрь сунется. Не каждый взрослый… Дети – дело другое. Все ползали через арку к Правому, чтобы поплюхаться в луже у его подножия.